Таль 12. Время перемен - Наталья Анатольевна Егорова

правили гегемоны, племена постоянно воевали друг с другом за удобные стоянки, были разрознены и вообще вели себя как дикари. Но потом к ним снизошли высшие разумом, научившие жить в мире, и хотя поначалу погибло немало шаманов, пытаясь внять их мудрости, со временем настало всеобщее благоденствие. Гегемоны научили орков определять места, где границы миров на время соприкасаются и договариваться с духами, чтобы те выстроили коридор. И с тех пор каждый большой цикл сильнейшие племена уходят путями духов в миры, богатые дичью, которые должны принадлежать им по праву сильных.

— В общем, устраняй и властвуй, — подвел итог своему рассказу Тэль. — Гегемоны избавляются одновременно и от проблемы перенаселения и от тех, кто способен со временем восстать против их власти. Большой цикл — это время от рождения до становления воином, то есть шестнадцать лет. А сомнительная привилегия покинуть этот мир грозит десяти сильнейшим племенам по итогам всех ежегодных турниров за цикл.

— А как же тогда в поход попал Кронг? — озадачилась я.

— Обычно с племенами отправляется один высший шаман и двое-трое шаманов, отбираемые гегемонами на их усмотрение. Думаю, тут тот же принцип, просто убираю неугодных, — хмыкнул Владыка.

А еще оказалось, что двуногие стали считаться у орков лакомством именно после того, как аркшарры ввели обязательную дань ими с каждого племени. И ловить тех со временем становилось все сложнее, поскольку дикие люди просто вымирали, не выдержав подобной конкуренции за существование.

Глава 6

До следующей стоянки мы добрались только спустя два дня. Я чувствовала себя уже вполне сносно, но тренироваться с орками к предстоящему турниру наравне с Тэлем и Райном пока не могла, ограничиваясь легкой пробежкой вокруг ристалища и растяжкой. На мой взгляд эльф держался в боях неплохо, но орки только удрученно качали головами и с тревогой косились на меня, видимо считая, что вампиру придется отдуваться за троих.

Я так не думала, да и Тэль говорил, что скоро должна полностью прийти в норму. Плохо было то, что разобраться с полученной от аркшарра информацией у меня пока не получалось. Она залегла где-то глубоко в подсознании и всплывала на каких-то непонятных ассоциациях с мыслями или событиями. Вызвать же что-то целенаправленно у меня не получалось.

Корн вызвался помочь и посланный им через мою ладонь импульс действительно вызвал целый фейерверк образов, вот только в результате я снова потеряла сознание. Ненадолго, всего минут на десять, но Тэль категорически запретил подобные эксперименты, решив, что времени до турнира еще достаточно и постепенно я сама со всем разберусь. Я была в этом не уверена, но спорить с мужем не стала, понимая, как сильно они с Райном за меня испугались.

Не имея возможно не только полноценно тренироваться, но и колдовать, поскольку с концентрацией у меня тоже пока наблюдались значительные трудности, я при помощи Тэля попыталась разобраться, как же шаманы общаются с духами. Точнее начала я с того, что попросила меня этому научить, на что получила категорический отказ.

— Женщины не способны понимать духов, — с нотками превосходства в голосе пояснил шаман.

— А еще у нас их не берут на факультет боевой магии, — с усмешкой добавил переводивший для меня Тэль. — Пока не берут.

— Ладно, — не стала спорить я. — А что вообще значит «понимать духов»? Можете привести пример?

— Духи земли предупреждают меня об опасности. Это как дрожь, идущая с определенной стороны. Но ее не всегда можно различить.

На какое-то время я задумалась, после чего уточнила:

— А шаман слышит духов только одной стихии? И духи относятся именно к стихиям или бывают еще какие-то?

— Если другие есть, то мне о них неизвестно, — качнул головой орк. — Великие шаманы способны понимать все стихии, но какую-то одну всегда лучше, чем остальные. У меня это земля.

Уточнять сколько вообще стихий ему доступно, я не стала, и пока думала, что еще можно узнать про общение шаманов с духами, Тэль поинтересовался:

— А как вообще определяется, кто из молодых орков способен стать шаманом? Или это только вопрос обучения, к которому пригоден любой мужчина? Но тогда каковы критерии отбора?

Услышав такое предположение Джахрук рокочуще расхохотался.

— Если бы любой мог понимать духов, шаманы не вели бы племена по пути мира, как вожди ведут их по пути войны. Мы вообще были бы не нужны. Когда мне было одиннадцать, дела у нашей семьи, да и у племени стали совсем плохи. За год погибли оба воина и старший брат, проходивший испытание на младшего охотника. Мама смогла найти еще одного мужа, но прокормить всех нас у него не получалось. Жизнь сестер ценнее моей, поэтому они все же иногда ели, а я бродил по округе и пытался найти хоть что-то съедобное. Обычно чтобы отрешиться от материального мира используется дым особых трав и ритуал вхождения в транс, я же просто ничего не соображал, почти теряя сознание от голода. И в какой-то момент просто почувствовал, где именно в земле находится сочный корень. Ботву снаружи кто-то объел, поэтому его не нашли собиратели. Это спасло меня от голодной смерти и с тех пор я всегда чувствую такие вещи.

— Погодите, то есть при помощи дыма у вас не получилось почувствовать духов, а на грани голодного обморока вышло?

— Взывать к духам под руководством шамана начинают с четырнадцати. То, что духи сами избрали меня, большая честь.

Ничего себе. Джахрук-то у нас, оказывается, вундеркинд.

— А сейчас вам сколько лет? — заинтересовался Тэль.

— Двадцать два.

Мы с мужем озадаченно переглянулись. Пусть племя и небольшое, но насколько я понимала, продолжительность жизни орков вполне сопоставима с человеческой и если воины часто гибнут во время охоты, то шаманы бывают и долгожителями.

— И давно вы ведете племя по путям мира? — снова обратился к орку Владыка, тоже удивленный этим фактом.

— Меньше одного сезона, — откровенно смутился Джахрук. — Наставник очень старался продвинуться в своем понимании духов, чтобы научиться распознавать совмещение миров. Он считал, что кочевать должны только охотники, а их семьи жить на одном и том же месте, не просто собирая растения, что даровала земля, но специально сажая семена. Однако гегемоны не позволили бы этого. Поэтому он хотел увести наше племя в другой мир, где мы могли бы жить так, как захотим, и не тратить столько времени