Запомните нас такими - Шеридан Энн

проводя пальцами по моей коже, пока застегивает ее сзади. Его губы опускаются на мое плечо, и он нежно целует меня там, когда я оборачиваюсь, чтобы встретиться с его теплым взглядом.

— Это идеально, — говорит он мне, и мои щеки краснеют, зная, что он говорит не о цепочке.

— Я люблю тебя, — говорю я ему. — Всем своим сердцем. Ты мой самый лучший друг.

Он снова притягивает меня в свои объятия, укладывая нас на кровати, прижимая к своей груди, и когда мои пальцы пробегают по красивому кулону, висящему у меня на шее, его губы прижимаются к моему виску.

— Ты — весь мой мир, Зои Джеймс, — говорит он мне. — Я не знаю, как бы я выжил без тебя.

33

Зои

Март, апрель и май пролетели как в тумане, и я не знаю, как это случилось, но в одну секунду у нас были месяцы в запасе, а в следующую — Ной близок к выпускному, и все, что у нас осталось, — это предстоящее лето.

Это был долгий день и еще более долгий заключительный период. Мой взгляд поднимается к часам над доской, я тяжелыми глазами наблюдаю за последними секундами обратного отсчета школьной недели. Я так устала в последнее время. Я даже проспала будильник сегодня утром, и это как раз связано с постоянным беспокойством о том, что принесет следующий год, и с тем, что Ной звонит мне каждую ночь. Это всегда короткий звонок, предназначенный только для того, чтобы пожелать спокойной ночи, и почему-то в итоге мы разговариваем целую вечность. Иногда проходят часы, прежде чем я осознаю, который час.

Секундная стрелка поднимается до самого верха, и, как по команде, по всей школе разносится звон звонка. Мои одноклассники быстро собирают свои вещи и выходят из класса, все они возбуждены предстоящими выходными и вечеринкой в лесу сегодня вечером. Я не удивлена, обнаружив, что переступаю порог одной из последних. У меня просто нет энергии или энтузиазма по поводу грандиозной вечеринки, о которой все не перестают говорить. Звучит как катастрофа, которая вот-вот произойдет. Сколько фильмов ужасов начиналось с вечеринки в лесу? Я пас.

Направляясь к своему шкафчику, я останавливаюсь, чтобы взять свои вещи, когда рядом со мной падает большое тело, и его знакомый запах поражает меня первым. Ной хватает меня, оттаскивает от моего открытого шкафчика и запихивает в следующий. Когда его тело прижимает меня к земле, его руки обхватывают меня, и прежде чем я успеваю даже улыбнуться ему, его губы оказываются на моих.

Он крепко целует меня, прежде чем его губы спускаются по моей шее.

— Ты готова убраться отсюда? — шепчет он между поцелуями.

— Угу, — стону я.

Его губы возвращаются к моим, он целует меня еще раз, прежде чем дать мне секунду, чтобы закончить собирать вещи и закрыть шкафчик. Ной немедленно забирает книги у меня из рук одной рукой, а другую закидывает мне на плечо, притягивая меня прямо к себе.

Направляясь к студенческой парковке, мы проходим мимо Тарни, которая в последний момент поднимает голову и свирепо смотрит на нас. Я отвожу взгляд, не позволяя ее ненависти повлиять на остаток моего дня. Как всегда напоминает мне Ной, я и так потратила слишком много часов, сокрушаясь из-за нее, и она, черт возьми, точно не заслуживает больше моего времени. Кроме того, прошло по меньшей мере восемь месяцев. Ей пора двигаться дальше.

Мы садимся в машину Ноя, и когда он трогается со своего места задним ходом, он смотрит на меня.

— Что ты хочешь сделать? — спрашивает он. — Проголодалась?

— Эм….

— Парк? Озеро? — спрашивает он, перебирая варианты. — Мы могли бы сводить Хейзел на тот фильм, из-за которого она все время тебя достает.

— Нет, я думаю, она сказала что-то о том, что сегодня вечером будет ночевать у подруги, так что я сомневаюсь, что мы увидим ее все выходные, — говорю я ему, прежде чем испустить тяжелый вздох. — Хотя я немного устала. Какой-то парень не переставал говорить мне об этом всю ночь.

— Какой-то парень, да? Мне есть о чем беспокоиться?

— О, да. Этот парень... — Я поднимаю руку, имитируя поцелуй шеф-повара. — Немного грубоват по краям, горяч, как грех, и определенно имеет подлую жилку, но у меня есть достоверные сведения, что когда он по-настоящему целует девушку, она тает в его объятиях.

— Хммм, — говорит он, и ухмылка играет на его восхитительных губах. — Звучит как неудачник.

— Большой неудачник, — поддразниваю я.

Ной закатывает глаза и смотрит на меня, его рука, минуя рычаг переключения передач, опускается на мое бедро, нежно сжимая его, как он всегда делает.

— Хочешь просто отдохнуть у меня дома?

— Да, если только ты не хочешь есть, — говорю я. — Я могла бы сесть за стол и притвориться, что не засыпаю, пока ты жуешь еду, как свинья.

— Я не жую еду, как свинья.

— Нет, ты прав, — говорю я. — Ты просто вдыхаешь ее.

Ной ухмыляется. Он знает, что я права, но, тем не менее, разворачивается и направляется обратно к своему дому. Он протягивает мне свой телефон, чтобы дать мне полный контроль над музыкой, и, прежде чем я успеваю опомниться, он останавливается возле своего дома.

Я собираю свои вещи и тянусь к двери, когда оглядываюсь и понимаю, что он не собирается уходить. Он даже не заглушил двигатель, и я откидываюсь на спинку сиденья.

— Что случилось? — Спрашиваю я, наблюдая, как его обычное беззаботное выражение лица становится почти испуганным.

— Я, э-э-э... — он оглядывается на меня, делая глубокий вдох и раздумывая. Он кивает в сторону своего дома. — Пойдем, поговорим внутри.

Мои брови хмурятся, и я выхожу из машины и иду по дорожке к входной двери. Он держит меня за руку, но этот Ной не тот, с кем я была в конце школы, — этот неуверенный, и я никогда не знала его таким.

— Что-то не так? — спрашиваю я тихим голосом, мой разум лихорадочно перебирает бесконечные возможности, которые потенциально могут разрушить мой мир.

— Остановись, — бормочет он, сжимая мою руку, отпирая входную дверь и ведя меня внутрь. — Ты слишком много думаешь об этом.

— Что еще мне оставалось делать? — Бормочу я. — Ты смотришь на меня так, словно тебя вот-вот стошнит, а потом говоришь, что мы поговорим внутри. Конец света буквально происходит в моей голове. Если это серьезный разговор о том, что я скоро поступлю в колледж и хочу изучить свои варианты, ты мог бы, по крайней мере,