Исмея. Все могут короли - Кейт Андерсенн

не сгорал от страсти — очень мудрое решение. Но… — предвосхищая все вопросы, готовые сорваться с языка нетерпеливой императрицы, Тильда покачала ладонями в защитном жесте, — его непосредственное устное послание тебе передаст Барти. А теперь — к делу.

— К делу?.. — эхом повторила рассеянная Ис.

Чтобы каждый вернулся… «Сгорать от страсти»?! Какая дерзость! Она даже успела нахмурить брови тучей, но Тильда продолжала безмятежно, совершенно игнорируя ее статус.

— Лечение Таурона — к счастью, он среди деревьев и правда ожил — продержало тебя в бессознательном состоянии, но зато поставило на ноги быстрее любого другого. В конце концов… он вспомнил про свое задание от своего короля.

— Задание короля?..

— Сегодня шестнадцатое, Ис. Через четыре дня ты обещала быть у короля Аяна в Тополе на балу.

— Через четыре дня… — Ис покрутила локон и отвернулась к окну.

Ветерок причесал зеленые листья, и она вспомнила его сережку… В Мирахане беспорядки, и он теперь… король?.. Значит, можно…

Можно замуж.

Но если он все еще любит Лею?.. И… он хотел «вернуться к своим делам». Она была его делом. И больше им не является. Он добился даже большего, чем хотел… А с сеньорией… справится…

И почему внутри так холодно, так пусто, будто… Империи теперь для радости недостаточно?.. Будто и жизнь в ней… умерла?..

«И+М» никогда не случится. Потому он и не звал замуж. Знал. Что они не могут. Даже теперь… Ему надо приводить королевство в порядок. Ей — продолжать поднимать империю.

Ис шумно втянула воздух. Это было отличное приключение. Она и не думала, что что-то подобное может с ней случиться. Когда бы то ни было. Теперь она дышала настоящей жизнью. Недолго, но… знает, что это такое…

Лучше бы ее не знать вовсе. Как жить теперь?..

Будто жизнь — это он. Чушь какая!

Она дернула головой, фыркая, подняла подбородок. Обернулась. Одновременно замечая, что из одежды на ней только сорочка.

— Мы сможем успеть?

— Таурон говорит, что сделает для этого все. Но отправляться нужно немедленно.

— Хорошо… Мне… только четверть часа, хорошо? Я хотела бы… пройтись по этой мельнице.

Ис вышла в коридор. И увидела его. Мирахан. Как на ладони. И море. Кое-где клубились струйки дыма… Озеро, дворец… И он там…

— Хорошо. Не забудь поговорить с Барти, у него для тебя послание Мира.

Хочет ли она сейчас слышать это послание? Может… лучше не стоит?.. Вдруг она не выдержит и бросится обратно в Мирахан?.. Вот… сюда?

И забудет все, что было для нее важно все двадцать семь лет? Забудет Империю?..

«Надо вернуться к делам». Ему тоже нельзя… забывать. Прогресс. Развитие. Свобода. Они чуть не забыли. Они были так близко.

«Это было мудрое решение». Несомненно.

И сейчас она не готова слышать от него ничего. Не выдержит.

Тем не менее, Ис сдержанно кивнула.

— А… что с «Искателем Зари»?

В порту пусто.

— Фальке пишет, что они вернулись в пещеру Синего Дракона. Сирены тоже остались. Говорят, хотят увидеть, чем дело кончится. И… наш многоуважаемый дуче туда же — скучно ему в Золотом доме, видите ли.

— А Риньи?

— А Риньи куда денется? Весь экипаж сошел с ума с этими алыми рубахами, Миразан их переманил в свою стражу, они и рады. Риньи отвел корабль из опасного места.

Показалось, или над морем мелькнула синяя лента морского змея?.. Показалось, наверное. Они на закате приплывают, а сейчас утро. Волны разбиваются об утес под молчаливым дворцом, даже отсюда видно…

— Кто ему помогал?

— Не знаю. Возможно, Мир. Я не спрашивала.

— Ладно… — Ис закусила губу, — напиши Риньи и Фальке, пусть остаются. Помогают Миразану. С сенатом я поговорю. Если Фальке захочет быть представителем Империи в Мирахане, это нам будет выгодно.

Тиль подошла и встала рядом. Посмотрела туда же, куда смотрела сестра — в море и на город. Такой далекий и такой близкий.

— Снова думаешь о выгоде?

— А о чем мне остается думать, Тиль?

Тильда пожала плечами. Озорно улыбнулась, вдруг заглядывая в глаза:

— О Мире?

— Он прав — у нас теперь у каждого свои дела. И мое дело — прижать Аяна, вытребовать ларипетру, узнать о рудниках… Поехали.

— А твоя четверть часа?

— Все, что надо, я уже увидела. Где моя одежда?

— У Квиллы, внизу… Ис! Ты поговори с Барти, ладно?..

Но Исмея уже сбегала по узенькой винтовой лестничке, приказывая слезам даже не высовываться. Довольно. Их было довольно.

Выходили в спешке. Таурон сказал, что кристаллы, конечно, закончились, потому как пришлось израсходовать все, чтобы добраться на эту сторону гор, и остался только тот, что Тильда носит на запястье. Он обозвал ее позором рода Эйданов, и Ис нахмурилась.

— Так что пойдем пешком, и только самый сложный переход — по подземному лабиринту. Мирахан мог бы нам лошадей выделить, раз уж мы им так…

— Никогда, Таурон, не унижая главную фрейлину императорского двора, ты меня слышишь? — сузила она глаза в гневе. Совсем просохшие. — Иначе тебя не спасет ни то, что ты меня с того света вытянул, ни то, что ты у Аяна на особом положении.

Друид запнулся на лесной тропинке. Колесо давно замершей водяной мельницы осталось за поворотом. И только шум реки еще доносился снизу. Шли в гору. Нелегко, дыхание быстро сбилось. А голова разболелась до безобразия.

— Исмея, — это подошла Квилла, суя ей пузырек с зельем, — это от головы. Вы не сердитесь на него. Он же чурбан деревянный, всю жизнь таким был.

Ис посмотрела на пузырек с подозрением, опрокинула в себя одним залпом и, усмехаясь, отдала Квилле.

— Спасибо.

Мятная свежесть поползла из горла по всем позвонкам и добралась до основания затылка, где болело хуже всего. Боль улеглась, как морской змей на дно. Воронкой.

Триста лет тому назад

Надо было так случиться

Чтобы дочка кузнеца повстречалась с наследным принцем…

Чей-то тонкий голосок донесся из-за деревьев, выводя нежную мелодию.

— Простите, госпожа Сваль, — невпопад сказал Таурон.

Но госпожа Сваль вместе с императрицей, дознавателем и целительницей цыкнули на старого «чурбана» друида. Прислушались.

Если бы если бы нам с тобою

Две судьбы, две судьбы

Соединить, так больно

Не было б на пути сердцу одинокому…

Но только нам не найти

Нить, которая связала бы.

— У нас нет времени, — первым отмер Барти. — Вряд ли