Феромон - Кейтлин Морган Стунич

Давление в воздухе меняется. В горле пересыхает. Губы приоткрываются. Мое обнаженное тело реагирует так, словно меня гладит невидимая рука.

Я чувствую его запах прежде, чем вижу его.

Кардамон и мед. Феромоны мотылька. Принц идет.

Я смотрю вниз, и вот он, шагает через поляну, стягивая перчатки, палец за пальцем. Он тянется, чтобы потереть лоб, и я просто знаю, что попала ему в лицо инопланетным ямсом.

Абраксас. О боже, что если он не в порядке? Что если Парень-Мотылек добрался до него?

Темные глаза принца, бесконечные, как беззвездное небо, скользят по моему обнаженному телу с огнем и точностью, вжигая в меня намерение и страсть. Когда мы смотрим друг на друга, я чувствую это странное падение, эмоциональное кувыркание, словно я только что залезла в постель дома, укрывшись одеялом. Безопасно. Уютно.

В ожидании траха.

Я вскакиваю на ноги и делаю резкий шаг назад, чуть не споткнувшись о меха с прошлой ночи.

Нет, нет, нет.

— Доброе утро, Принцесса.

Парень-Мотылек осматривает меня снизу, его массивные усики-антенны подаются вперед, словно чтобы учуять меня. Его белоснежные, как метель, крылья широко распахиваются, а затем мягко веют вперед, колыша воздух, удушая меня этим запахом.

Он идет прямо к моему логову и взбирается на борт корабля, как ни в чем не бывало, приземляясь передо мной в своем военном костюме и ботинках. Его плащ — э-э, крылья — метут пол, когда он оглядывается с очередной гримасой.

— Ты спарилась с ним.

Он звучит так, будто хочет кого-то убить.

Нет. Не кого-то. Он звучит так, будто хочет убить Абраксаса.

— Сталкер-мотылек, — шепчу я ему в ответ, пытаясь играть в дерзость, когда на самом деле я в ужасе. Его присутствие здесь — это не мелочь. Это что-то серьезное. Что-то очень, очень плохое.

— Рюрик. — Он хлопает перчатками по ладони и подходит ко мне, кладя голую руку мне на щеку. Мои колени подгибаются, и я падаю на пол, он следует за мной, пока я ахаю от боли. Я сильно ударилась о металл. — Это мое имя. Ты также можешь называть меня Ваше Императорское Высочество.

Длинная пауза, пока он выдавливает жестокую улыбку.

— Или… муж тоже подойдет.

Я даю ему пощечину, и он хватает мое запястье, скрежеща этими безумными зубами. Как вампир. У него по три клыка с каждой стороны рта. Остальные зубы кажутся относительно нормальными. Он хватает мое запястье и подносит к лицу, глубоко вдыхая, а затем издавая шипение.

— Ты подчинишься медицинскому осмотру? — спрашивает он меня, и я пинаю его в лицо.

Пытаюсь, по крайней мере, и почти получается, но он использует колено, чтобы прижать мое бедро к полу, толкая меня на спину и фиксируя мои запястья своей ужасающе сильной хваткой.

Не помогает, что я голая. Реально не помогает. Этот запах. Мое тело. Я, блядь, проигрываю эту битву. Я бы предпочла задохнуться, чем вдохнуть еще раз этот отравленный воздух. У моего тела другие идеи. Она хочет этого. Ей плевать, что этот момент разбивает мне сердце. Я выбрала Абраксаса, и я хочу, чтобы этот мотылек отвалил нахрен. Я солгала, когда сказала, что не хочу, чтобы он умер. Хочу. Я просто хочу, чтобы он исчез.

— Где Абраксас? — шепчу я, и Его Императорское Высочество смотрит на меня так, будто понятия не имеет, о чем я говорю. — Самец Асписа! Где он, блядь?

Рев сотрясает джунгли, сопровождаемый бешеным хлопаньем тысяч крыльев, когда существа бегут из леса. Потому что этот звук? Это звук ярости.

Это Абраксас.

Это моя пара.

Принц-мотылек улыбается мне, прижимая меня к полу моего собственного логова.

— О, не волнуйся. Я выслежу его, вырежу ему язык и сдеру кожу заживо за то, что он посмел прикоснуться к моей будущей королеве. — Он касается устройства у себя на ухе и рычит в него. — Поднимайте нас.

— Если ты убьешь его, я убью себя.

Теперь моя очередь улыбаться, когда принц направляет эти бесконечные глаза обратно на меня. Его крылья распахиваются за спиной — очевидный признак стресса. О, его легко читать.

— Тогда мы оба умрем. Испытай меня, мудак.

Он бьет кулаком по полу рядом со мной и хватает меня за подбородок другой рукой, ногти впиваются в кожу.

Корабль вздымается вокруг нас, кренясь то в одну сторону, то в другую, прежде чем мой желудок переворачивается от ощущения скорости. Это так же дезориентирует, как аттракцион в парке развлечений, это стремительное чувство движения вверх, вверх, вверх. Земля стонет вокруг нас, тяжелые лианы рвутся, и когда я поднимаю голову, чтобы посмотреть мимо принца, я вижу головокружительный поток стволов деревьев, зеленого полога, а затем бесконечного неба.

Я делаю резкий вдох.

— Ты подчинишься медицинскому осмотру. — Он наклоняется и приближает рот к моему уху. Я слышу шипение и шепот его настоящих слов под сладкими, напыщенными тонами переводчика. — И ты никогда больше не увидишь ни эту планету, ни свою собственную. Когда я стану королем, я уничтожу их обе.

Мы внезапно останавливаемся, так резко, что я взлетаю с пола, а затем падаю обратно с достаточной силой, чтобы разбить голову. Только… я не ударяюсь головой, потому что он ловит ее в свою ладонь. Наши глаза встречаются, и это происходит снова.

Я путешествовал сквозь время и пространство, чтобы найти тебя, — говорит его взгляд.

Я хочу кричать. Из всего, что со мной случилось, это худшее. Когда он смотрит на меня, кажется, что я именно там, где должна быть. Моя свобода воли была отобрана. Абраксас был прав: эти существа — паразиты. Гребаные паразиты.

Рюрик поднимается с пола, и я пытаюсь последовать за ним.

Но я не могу.

Мои конечности кажутся тяжелыми, и головокружение охватывает меня, заставляя весь мир вращаться. Я перекатываюсь на живот и ползу, голая и ошеломленная, к гнезду. Я не смотрю на яркие огни снаружи корабля, на стерильные металлические стены или на принца, пока он изучает меня через плечо.

С последними силами я заползаю в гнездо, скатываюсь по пологому склону в меха и отключаюсь, окруженная запахом Абраксаса.

Глава 20

Я пускаю слюни повсюду. Надеюсь, Абраксас не против добавить дополнительные дни стирки в свое расписание. Ничего не могу с собой поделать. Иногда, когда я сплю, я пускаю слюни. Разве не большинство людей так делает? Нет? Только я? С ворчанием я переворачиваюсь, прижимаясь к теплу моего партнера. Его запах успокаивает