Нити времени - Анастасия Мишель

насколько он талантлив. Он ни разу с тех пор он меня не подвел. А уж его отношения с моей дочерью не имеют отношения ни к его работе, ни к тому, что мы все сейчас на его стороне.

— Вы все ни шиша его не знаете. И я не стану тратить время на уговоры, он достаточно хорошо промыл вам мозги. Может он и гений, но ничего хорошего в нем нет, — продолжал плеваться ядом Томас. — Моя бедная жена положила все силы на его воспитание, но он не стоил ни секунды ее времени и любви. И вы еще поймете, что я прав. Потом, может через много лет, когда все, что вы любите, он превратит в прах.

— Довольно. Ты наговорил достаточно, отец, — сказал Рич, и ее сердце сжалось в крошечный комочек.

— Не зови меня так, ублюдок. Я никогда не был тебе отцом, — мужчина оскалился.

— Тут ты прав. Но правда еще и в том, что именно ты погубил маму. И сам выкопал себе яму. Надеюсь, ты используешь время, что теперь у тебя будет, разумно.

— Время?.. — Том поднял бровь и Лекси криво усмехнулась:

— А вы правда верили, что после такого сохраните должность?

— Я думаю, мисс Сорели, вы понимаете, что человек, способный на подобное, несет большой риск нашей работе и людям, — сказал отец твердо и посмотрел на них. — Вы трое можете идти. Мы закончим сами.

Девушка кивнула, взяв Ричарда под руку, чтобы увести его из этого кошмара. Ее держала лишь одна мысль — ее срыв никому не поможет. Ему особенно.

— Как ни прискорбно, тут вы правы. Ваши заслуги велики, мистер Декстер, но подобная выходка подорвала доверие высшего руководства к вам, — голос Ады стал на удивление жестким и холодным, — еще увидимся, Ричард. Вас ждет большое будущее, — эти слова она сказала на порядок мягче.

Дик сжал ладошку своей девушки и сдержанно кивнул.

— Доброго дня, — тихо сказал он и они втроем пошли прочь из кабинета. Лекси крепко сжала его руку в ответ. Отчего-то слова Ады и мягкость ее голоса не добавили ей спокойствия. И девушка не понимала почему. Ведь она сама считала, что после всего этого чем больше поддержки Рич получит, тем лучше. Но от Ады…

«А может это все-таки ревность?..»

— Я, конечно, знал, что он урод. Но чтоб настолько… — хмуро сказал Джеймс, шагая рядом.

— Да гадина он. Непорядочная, — почти прошипела Лекси. Ричард крепче сжал ее ладонь и девушка подняла на него свирепый взгляд. И тут же растаяла, увидев слабую полуулыбку на бледном лице.

— Теперь все закончилось, — произнес друг, тоже пытаясь ее успокоить.

— Да, спасибо за все, что ты сделал, — тихо сказал Ричард, переведя взгляд на Джеймса. — Это много для меня значит.

Друг криво улыбнулся.

— Брось, мы же друзья. К тому же, Стивенс уже обещала расплатиться кексиками.

— Он очень дешевая рабочая сила, — хмыкнула Лекси, крепче сжав руку любимого человека. — Молись, чтоб не…

— Я думаю, нам стоит как-нибудь всем вместе сходить в караоке, — предложил Рич, перебив ее и девушка прикусила язык, поняв, что едва не прокололась.

— Было бы круто, — кивнул Джим. — И знаешь что… не бери слова этого придурка на свой счет. Хотя ты и так круто держишься, но все же — все, что он сказал просто чушь.

Рич слабо улыбнулся и кивнул. Когда они дошли до холла, Джим попрощался с ними и отправился в костюмерную, навестить маму. Лекси остановилась и заставила Ричарда замереть на месте. Сделала к нему шаг, крепко обняла, закрыла глаза, стараясь успокоиться. Но внутри все так же пылало. Хотелось вернуться и накостылять его отцу, но вместо этого девушка старалась держаться. Впервые выбирать не свою злость, не порыв сделать что-то здесь и сейчас, а перспективу. Будущее. Что будет, если она сейчас сорвется? И сорвется при Аде?

Ничего хорошего.

— Я отпросила тебя на сегодня, — как могла спокойно сказала она. — Подумала, что тебе не помешает выходной после этих адских дней.

— Да, это уж точно. Иэн еще утром написал мне, велел взять отгул, — тихо сказал Ричард, обнимая ее в ответ, — спасибо.

— Сможешь сесть за руль или лучше вызвать такси? — девушка все же отпустила его и повела к выходу, а в ее душе все еще горел огонь ярости. Бушевал ураган.

— Я в норме, не бойся. Скажи, куда ехать, я отвезу, — Дик улыбнулся уголками губ.

— Хорошо, — Лекси назвала ему адрес и распахнула дверь, вдохнув ядерно горячий воздух. На удивление, именно этому природному жару удалось успокоить ее. Привести разбушевавшиеся чувства хоть в какой-то порядок. — Рич… все закончилось.

— Он так глупо попался, что даже не верится. Я думал, он провернул все хитрее, что есть какое-то тройное дно, но обычный подкуп его спалил.

— Даже глупо как-то. Насколько слепа его ненависть?..

— Настолько, что он сам себя закопал. Лекси, пожалуйста. Давай оставим эту тему. Помнится, у нас сегодня свидание?..

— Верно, — кивнула она, постепенно расслабляясь. — Но вечером. А пока у нас просто выходной и мы едем развлекаться. Готов?

— Я не отделял одно от другого. И да, готов, более чем, — Рич слабо улыбнулся и поцеловал ее в щеку. Лекс улыбнулась в ответ и повернула лицо так, чтобы поцеловать парня в губы со всей нежностью, с какой только могла. Остатки злости сами собой трансформировались в приятное тепло, не обжигающее, а согревающее израненные души.

— Я очень тебя люблю, мой Риччи… — прошептала она, заглянув ему в глаза. Девушка погладила его по щеке, едва касаясь пальчиками мягкой щетины. Он чуть вздрогнул и удивленно взглянул на нее, н Лекс поймала себя на мысли, что его уже очень давно никто не называл ласковыми именами.

— И я тебя тоже, — тихо шепнул он и крепко обнял ее, — ты самое настоящее чудо.

Девушка обняла его в ответ и провела ладошкой по спутанным волосам. Ей казалось, что если ей это помогает, то и ему это может помочь. Лекси искренне хотелось, чтобы все произошедшее сегодня до этого момента забылось, исчезло из их памяти. Хотелось сделать этот день по-настоящему особенным и счастливым.

Конечно, слова его отца ранили и ее. Лекс не представляла, насколько больно было самому Ричарду и не решилась бы задать этот вопрос напрямую, но сама буквально разрывалась от боли. Слышать подобное о любимом человеке и не иметь возможности его защитить…

Конечно же она не поверила ни единому его слову.

Ни на секунду.

Ни на мгновение.

Девушка решила, что такой отец как Томас знает о собственном сыне куда меньше, чем за десять