Вместе сильнее - Эстрелла Роуз

— Не забывай, что в доме есть еще прислуга, которая ходит по дому и может увидеть меня в таком виде.

— Ой, да что ты так беспокоишься об этих служанках! Они тебе никто! Просто какие-то женщины, которые работают на тебя.

— Не надо так говорить!

— И вообще, меня не устраивает, что ты обращаешься с ними как со своими подружками или родственниками.

— А по-твоему, я должен кричать на них? — удивляется Терренс. — Должен запрещать им отдыхать в свободное время и не отпускать их, когда это нужно?

— Конечно, должен ! Они на работе! Вот пусть и выполняют свои обязанности! А если им не нравится, то пусть увольняются!

— Если для тебя служанки – кто-то вроде рабов, то для меня – нет.

— Но это правда, Терренс! — с невинным взглядом пожимает плечами Рэйчел. — Служанки, охранники, садовники и другие люди, работающие у тебя дома, – это всего лишь рабы. Единственная их обязанность – слушать своего хозяина и не лезть не в свое дела. А твои служанки смеют вести себя высокомерно и всегда хотят все знать.

— Своей прислугой и их работой я полностью доволен и не собираюсь никого менять, — сухо отвечает Терренс.

— Они совсем меня не уважают! Та полная женщина отказалась дать мне стакан сладкой воды, сказав, что у нее якобы дела, и мне стоит попросить кого-то другого. Очкастая дама тоже стоит из себя гордую и смотрит на меня с презрением… Только лишь та пигалица более-менее нормальная! Хотя и она относится ко мне безобразно. — Рэйчел заправляет прядь волос за ухо. — Вот моя служанка бежит ко мне по первому же зову и бросает свои дела, потому что знает, что я не люблю ждать.

— И что? — громко удивляется Терренс. — Что я должен сделать, раз они тебя якобы не любят? Пойти накричать на них или выгнать отсюда?

— Да ты обязан всех их уволить!

— Я не вижу смысла.

— Я сама пошлю их всех к чертовой матери, когда выйду за тебя замуж и перееду сюда. Или же пусть они учатся быть прислугой , а не подружками.

— Моя прислуга относится ко всем одинаково. И при мне все эти женщины хорошо с тобой обращались.

— Потому что они боятся тебя. Зато когда тебя рядом нет, они задирают нос и жалуются, что твоя бывшая девушка ушла отсюда.

— Я не видел, чтобы они тебя задирали.

— Интересно, что же такого сделала Кэмерон, раз эти служанки едва ли не плачут по ней?

— Они любят ее. Любили за то, что они запросто могли поговорить с ней по душам.

— Это ненормально! Прислуга должна знать свое место и не вмешиваться в дела хозяев.

— Это мой дом! И я решаю, кто будет здесь работать, а кого надо уволить!

— К тому же, о чем можно разговаривать с сумасшедшей? О чем эти три служанки говорили с ней? Неужели эта безмозглая курица не успела поругаться с ними до того, как ты выгнал ее отсюда?

— Не оскорбляй Ракель в моем присутствии, Рэйчел, — сухо требует Терренс.

— Серьезно? — тихо ухмыляется Рэйчел. — А с чего бы мне уважать ее?

— Эту девушку здесь любили все без исключения. Прежде всего, за умение найти темы для разговора и расположить к себе. И теперь они тоскуют по ней.

— И как ты только смеешь позволять им просто произносить имя этой прошмандовки? Да только за это ты обязан урезать им зарплату или вообще выгнать к чертовой матери.

— Я сам решу, что мне делать!

— Ничего, милый, скоро я наведу здесь порядок, — уверенно говорит Рэйчел, мягко погладив Терренса по колену. — Скоро я стану твоей женой, перееду сюда и заставлю их быть тихими как мыши. И сделаю все, чтобы имя этой нахалки никогда не было произнесено в нашем доме. А любой, кто посмеет сделать это, будет немедленно уволен.

Однако Терренс снова погружается в свои мысли и не слышит всего, что говорит Рэйчел. Мужчина все больше хочет, чтобы она ушла и позволила ему немного расслабиться. Это снова начинает раздражать девушку, и она уже не скрывает своего возмущения и не хочет быть мягкой и тихой, какой была в самом начале.

— Твою мать, Терренс, ты опять замечтался! — резко размахивая руками, громко, раздраженно бросает Рэйчел. — Да сколько можно уже, черт возьми!

— Ох, Рэйчел, ну что тебе от меня нужно? — тихо простонав, устало спрашивает Терренс. — Чего ты вообще пришла сюда? Лично я тебя не приглашал!

— Как чего? Поддержать тебя!

— И пожалуйста, прекрати так кричать. У меня и так болит голова. И я жутко хочу спать…

— То есть, ты хочешь, чтобы я ушла? Я тебе больше не нужна?

— Я этого не говорил.

— Слушай, МакКлайф, так больше не может продолжаться! — громко восклицает Рэйчел. — Я тебя не узнаю! После встречи с той сумасшедшей девицей, которая оскорбила и втоптала тебя в грязь, ты резко изменился! Что эта ведьма там с тобой сделала? Околдовала что ли?

— Если ты всегда веселая, и у тебя все хорошо, это не значит, что у других все точно также.

— Да, но только раньше ты почему-то был нормальным: разговаривал со мной, целовался, обнимался, делал мне комплименты… В чем я сейчас провинилась? Скажи мне!

— Рэйчел, отстань от меня, пожалуйста, — сухо просит Терренс, ладонью потирая лоб.

— Ну ладно… — Рэйчел приподнимает руки. — Если у тебя нет настроения обниматься и целоваться со мной, ничего страшного. Но ты хотя бы поговори со мной! Не молчи!

— А что ты прикажешь мне делать, если я не хочу с кем-то разговаривать? — Терренс резко переводит взгляд на Рэйчел. — Вот сейчас я хочу побыть один и привести свои мысли в порядок. Мне что теперь через силу улыбаться тебе и делать вид, что все чики-пуки?

— Ты