Воспоминания о давно позабытом - Анри Волохонский

Пониже располагается тарелка с синей птицей. Думали, что это птица дронт. Рисунков дронта у меня много: гравюра из энциклопедии Брокгауза и Ефрона, открытка с известной картиной Савери, яркое изображение в бестиарии Алоиса Цетла, две фотографии — в профиль и в фас — модели дронта из коричневатого пуха страусихи, которая была выставлена в местной аптеке, в ее окне. Я считаю дронта геральдической птицей российской интеллигенции, поэтому при случае собираю изображения. Но на тарелке не дронт, а птица феникс.

Рядом возвышается тонкий табурет, а на табурете прозрачный ящик величиною в локоть. В нем скульптура голой толстой красавицы с поднятыми вверх руками, которую сделала Ира Рейхваргер из ваты и капронового чулка. Она в свое время изготовила много таких и похожих статуй. Иные из них групповые, есть даже целая свадьба: жених, невеста, родители жениха и невесты, их родители, младшие братья и сестры и прочие. Всю эту группу — двадцать фигур — взяли в Иерусалимский музей. А сама Ира недавно скончалась.

Рядом с моим ложем, ближе к углу, стоит бамбуковый стакан для карандашей. На нем изображен куст бамбука. Хотя он и треснутый, я им дорожу, ибо подарил мне его от всей души Леонид Ентин.

В замке Тю На слиянии Роны и Мозеля В самом том благородном строении Тю На краю Да по краю глубокого озера Там задам — там задумчиво правил Тю-тю Там топор Там топорщился розами пышный розариум В среднем роде бы было не браться за ум Средь ветвей Меж цветами там уж проползает в террариум Уж не знаю зачем там медлительно зреет изюм А на бан А на банке высокого острова Околев не бродила зеленая тля Одолев На один провожая бесхвостого Мак алел и высоко цвела конопля В дымке фью Что же ты мне такое насвистывал? Только пью незаметно поя и тая Тоже мне Мне бы тоже чего-нибудь истинного В замке Тю твоя мамочка поятая