Девочка в подвале и другие истории - Рэй Гартон

доставляла мне работа. Когда мы жили в Вакавилле, это была такая нервотрёпка. Ты же знаешь, каждый день как въезжаешь в Сан-Франциско - ужасное движение. Но я люблю свою работу, люблю рекламу. А здесь, в Реддинге, уличное движение вообще не имеет большого значения. Я действительно наслаждаюсь своей работой.

Он улыбнулся.

- Это здорово, дорогая. Я рад.

После ужина они вместе вымыли посуду, потом пошли в гостиную и посмотрели телевизор - кабельное телевидение снова работало. На коленях у него лежал блокнот. Во время рекламных роликов он что-то строчил в нем.

- Что ты делаешь? - спросила она.

Он пожал плечами.

- Пишу понемногу.

- Серьезно? - она улыбнулась. - Ты скучаешь по нему, не так ли?

- Да, думаю, что скучаю.

- Можно мне посмотреть?

- О, нет. Ничего интересного. Просто... валяю дурака.

В ту ночь в постели они занимались любовью. Это был лучший секс за долгое время. С момента несчастного случая. Удовлетворенная, Грейс заснула на сгибе его руки.

* * *

Проснувшись, Грейс обнаружила, что лежит в постели одна. Посмотрела на электронные часы на тумбочке: 3:11. Она что-то услышала, села и прислушалась. Телевизор в гостиной был включен на небольшой громкости. Она встала и надела халат.

Фрэнк сидел на диване и что-то лихорадочно писал в блокноте. Он был одет в футболку и боксеры. Лампа на журнальном столике давала единственный свет, не считая свечения телевизора. Она вошла в гостиную, но он ее даже не заметил.

- Дорогой, - сказала она.

От неожиданности все его тело дернулось, и блокнот упал на пол. Он наклонился и поднял его, продолжив писать. Закончив, он поднял глаза и улыбнулся ей. Это была широкая улыбка. Слишком большая. На его лбу и верхней губе блестели капельки пота.

- Что ты делаешь? - спросила она, подходя к нему и потирая глаз костяшками пальцев.

- О... Ээ. Я... я не мог уснуть.

- Так что ты...

Он посмотрел на телевизор.

- Тсс!

Наклонившись вперед, стал смотреть рекламу и снова принялся писать.

Она села рядом с ним.

Фрэнк напрягся и немного отодвинулся от нее.

- Ээ, почему бы тебе не вернуться в постель, дорогая? Я приду позже.

- Что ты пишешь?

- Ничего. Я просто...

Она протянула руку, попытавшись взять блокнот, но он вырвал его у нее.

Грейс нахмурилась.

- В чем дело?

- Ни в чем.

- Почему ты не хочешь показать мне, что пишешь?

На экране появилась еще одна реклама, и Фрэнк сосредоточил на ней все свое внимание. Он положил блокнот на колени и снова принялся писать.

- Что ты пишешь? - спросила она.

- Послушай, я сейчас немного занят. Почему бы тебе не вернуться в постель?

- Ты вспотел, Фрэнк. Что происходит?

- Иди спать, - рявкнул он.

Она вздрогнула.

- Я не лягу спать, пока ты не расскажешь, что с тобой. Фрэнк, ты так хорошо справляешься. Я не понимаю, что ты делаешь в такой час, потея, словно после пробежки?

- Ты не поймешь.

- Попробуй объясни.

Он сосредоточил свое внимание на другой рекламе, снова что-то записывая в блокнот.

Грейс встала, крепко скрестив руки на груди.

- Ты собираешься поговорить со мной?

Включили старый черно-белый фильм, Фрэнк устало откинулся на спинку дивана и вздохнул. Он вытер лоб тыльной стороной ладони.

Грейс подошла к телевизору, наклонилась и нажала кнопку включения. Картинка мигнула и погасла.

Фрэнк снова подался вперед и сказал:

- Нет! Включи его снова!

Он огляделся вокруг, пока не нашел пульт на журнальном столике, направил его на телевизор и снова включил.

Пока он это делал, Грейс подошла к нему и взяла блокнот с его колен. На странице были написаны строчки из цитат, и в каждой строке обведены определенные слова.

- Что это? - спросила она.

Он встал и выхватил у нее блокнот.

- Я же сказал, что ты не поймешь.

Он снова сел на диван и стал смотреть старый фильм.

Грейс глубоко вздохнула, села рядом с ним и положила руку ему на плечо.

- Фрэнк, ты... ты меня пугаешь.

- Бояться нечего. Все хорошо.

- Что-то не так.

- Все нормально, теперь все хорошо. Он говорит мне, что все хорошо.

- Кто? Кто говорит тебе, что все хорошо?

Серый свет телевизора искрился на непролитых слезах в его глазах. Он повернулся к ней и улыбнулся. Одна из слез упала вниз. 

- Фрэнки.

Чувство холода разлилось в груди Грейс.

- Что?

- Он говорит мне, что все хорошо. Что он не ненавидит меня за то, что я сделал. Что он знает, что это был несчастный случай.

- Когда... как он тебе это сказал?

- Я заметил закономерность. В рекламе. Около шести недель назад. Сначала это было только по утрам. Потом началось и во второй половине дня. А теперь все время. Определенные слова в определенных фразах. Однажды я смотрел телевизор, и это просто... это просто для меня стало очевидным. Что-то щелкнуло. Я начал их записывать и теперь получаю все его сообщения.

Чувство холода разлилось по ее животу.

- Он говорит мне, что все хорошо, что он не ненавидит меня за то, что я сделал. Что он знает, что это был несчастный случай. Это есть в рекламе. Все это есть в рекламе.

Она сжала его плечо и сказала:

- Милый, ты... ты рассказал доктору Стэку об этом?

- Нет. Вот почему я перестал встречаться с доктором Стэком. Теперь, когда Фрэнки разговаривает со мной, доктор Стэк мне больше не нужен. Фрэнки разговаривает со мной. Все хорошо. Все прекрасно.

Холод распространился по всему телу Грейс, и она вздрогнула.

Фрэнк улыбнулся и положил руку ей на щеку.

- Теперь наш мальчик разговаривает со мной. Все просто прекрасно.

Перевод: Игорь Шестак

"Ночной продавец"

Маркус Миллер въехал на стоянку круглосуточного магазина "Хенди-Спот" и поставил свою "Хонду Сивик" на одном из парковочных мест в 1:34. Он был одет в спортивные штаны, толстовку и кроссовки. Одинокий продавец в оранжево-желтом жилете подметал дорожку перед магазином. Маркус вышел из машины и направился ко входу в магазин, держа в руке комбинацию чековой книжки и бумажника.

- Не надо там парковаться, если вы не собираетесь заняться ей, - сказал продавец.

Маркус остановился, повернулся к нему и спросил: