Здравствуйте, я ваша ведьма Агнета. Книга 9 - Евгения Владимировна Потапова

— Николай, ты-то зачем приехал? Гостья сейчас тебя увидит и точно отлетит в мир иной. Решит, что я тебя вызвала, чтобы грехи ей отпустить перед кончиной.

— Агнета, не ругайся, на байке быстрей, — ответила мне Света. — Где она?

— В летней кухне, — кивнула я на домик.

— Ну пошли.

— Светлана, у нее уже агония началась, боюсь, мы не успеем, — вздохнула я с тоской.

— Давай хоть попробуем, — сказала она.

Николай устроился в беседке и достал свою книжечку из кармана.

— Ты это, батюшка, помолись за рабу божью Анну, — попросила я. — Вдруг поможет.

— Хорошо, — кивнул он.

Мы со Светланой вошли в домик. Анна металась на диване из стороны в сторону и стонала.

— Ой, она вся землистого цвета, — испуганно сказала Света.

— Бесполезно что-то делать? — спросила я.

— Я попробую, — покачала она головой. — Подержи ее за плечи и за ноги.

— Мне не разорваться, — ответила я.

— Николая позови.

Позвали батюшку, велели держать девушку за ноги. Светлана стала водить по ее животу рукой.

— У нее все кишки узлами завязаны, ничего подобного никогда не видела, мне не распутать.

— Надо попробовать это сделать на чем-то, — сказала я.

— На чем?

— Веревки какие-нибудь, не знаю, нитки там.

— Ну неси чего-нибудь, — кивнула Света.

Батюшка в это время читал молитву.

— Меня отпевают? — просипела Анна.

— Вас лечат, — ответила я.

Вытащила из шкафчика ровно свернутый моток бельевой веревки и протянула его Светлане. Та положила его на живот Анне. Я зажгла несколько свечей и задымила веники из трав. Моток, как живой, размотался, а веревка быстро стала завязываться в узлы и складываться в причудливые узоры. Светлана принялась что-то шептать и развязывать узел за узлом. Как только кусок веревки освобождался, он чернел и рассыпался в труху. Из этого кома периодически вываливались какие-то перья, птичьи косточки, нитки, ржавые гвозди, клочки бумаги и даже кусочки от фотографий.

В окно кто-то постучал костяшкой пальцев. Я выглянула. С той стороны стоял жнец и курил папироску, выпуская клубы дыма. Интересно, новенький, что ли? Он мне показал циферблат часов. Посмотрела на своих друзей и подопечную и вышла на улицу. Сейчас они и без меня справляются.

— Время на исходе, — сказал жнец.

— Мы еще не доделали, — ответила я. — Подождать хотя бы полчаса можешь?

— Ты смеешься? У меня всё по времени.

Он достал из черного балахона толстый журнал, открыл нужную страницу и стал водить пальцем.

— Вот в десять тридцать — Анна, в десять тридцать одна — Василий, в десять тридцать две — Алексей. У меня всё по графику.

— У тебя часы спешат. Сейчас десять двадцать, — ответила я.

— У меня не могут спешить часы, — ухмыльнулся он.

— Куренье вредит здоровью, — хмыкнула я, — Если что, то я сама могу ее проводить на тот свет.

— Не вопрос. Распишись вот здесь и здесь, — сказал жнец.

Он достал из кармана перьевую ручку и написал рядом с фамилией Анны: «Оставлена под ответственность жнеца Агнеты».

— Пиши: «обязуюсь проводить Анну на тот свет».

— Хорошо, — согласилась я.

Я поставила подпись под первой записью и написала то, что сказал жнец.

— Новенький? — спросила я.

— Да, раньше работал в морге, вот меня сюда и направили после смерти, дескать, тебе не привыкать. А вот от привычки смолить никак не избавлюсь, — ответил он. — А тебя как в эту профессию занесло? Ты вроде пока еще живая.

— Одно неосторожное движение — и я уже жнец, — усмехнулась я. — Ладно, я побежала, может, удастся оттянуть время.

— Удачи! В моей практике еще никому не удавалось это сделать.

— А в моей пару раз получилось, — подмигнула я.

— Я потом загляну в книгу, посмотрю, на какую дату ей назначат.

— Может, как-нибудь мне расскажешь?

— Сама знаешь, не положено человеку об этом знать, — выпустил он колечко дыма.

— Знаю, беги, а то тебя там уже Василий ждет.

— Удачи, Агнета, от всего сердца желаю.

— Благодарю, — махнула ему рукой.

Жнец исчез, оставив непотушенный окурок. Я его затушила об землю.

— С огнем играешь, — рядом снова появился Шелби. — Нельзя так делать.

— Льзя, — ответила я. — Тело умрет, душу отправлю, а пока тело живо, можно и побороться.

Я вернулась в летнюю кухню. Со Светланы катился пот градом. Николай тоже покрылся испариной. Мне показалось, что в комнате не хватает воздуха, и я открыла двери и окна. Анна смотрела в потолок стеклянным взором. Я глянула на медленно вздымающуюся грудную клетку.

— Жива, — тихо сказала я.

Светлана продолжила разматывать узлы, какие-то она просто стала пережигать, не развязывая.

— У нее тут конвульсии начались, когда ты вышла, — прошептал батюшка. — А потом всё прошло, и вот она теперь лежит в таком положении. Как бы не померла, прости Господи, — он перекрестился.

— Пока не помрет, — ответила я.

Света развязала последний узел. Анна громко вздохнула, закрыла глаза и вытянулась. Я кинулась щупать пульс и слушать дыхание. Дышала она ровно. Позади послышался грохот — в обморок упала Светлана.

— Тащи ее в баню, — велела я батюшке. — Сейчас всё с нее смывать будем. Лучше, конечно, в летний душ, но там вода еще не согрелась.

— Давай в душ, потом ее разотрем, — сказал он.

Он подхватил Свету на руки и выскочил вместе с ней на улицу. В несколько прыжков доскакал до летнего душа. Я схватила полотенце и побежала за ними.

— Катя, Катя, — крикнула я.

Дочь выглянула из кухонного окна.

— Неси ночную рубашку и халат для гостей к душу, — велела я.

— Сейчас, — Катя скрылась в окне.

Николай уложил подругу на пол и включил воду. Я тихо зашептала шепоток.

— Как вода в землю уходит, так и все хвори и чужие болезни в землю уходят со Светланы. Все с собой забирают, с нее всё смывают. Ключ, замок, язык.

Шептала я так до тех пор, пока Света не открыла глаза и не принялась плеваться водой.

— Ироды, заморозить меня решили, — прохрипела она. — Прямо в одежде меня запихнули.

— Давай сама с себя чужие болячки смывай, — велела я.

— Как она? — стала стаскивать с себя мокрый сарафан Света.

— Вроде спит.

— Ей бы капельницу поставить. Я взяла с собой физраствор и глюкозу.

— Смоешь болячки и поставишь, — ответила я. — Вещи сухие я тут повесила.

Мы отошли с Николаем от душа.

— Я видел за стеклом смерть, — сказал он.

— И я видела, — пожала я плечами.

— Ты с ним о чем-то договорилась?

— Да, оставила Анну под мою ответственность.

— Рисковая ты женщина, Агнета, — покачал он головой.

— Да у меня просто первый раз такое. Обычно я вижу мертвяков, а тут живой человек, еще дышит, как-то мне