Хайс - Ариана Годой

Джесси убрала телефон.

— Пригласи Наталью к себе сегодня вечером на ночевку, чтобы вы смогли пойти на вечеринку.

— Ты сошла с ума, если думаешь, что я приглашу её в свой дом.

Наталья приподняла одну бровь, но Джесси продолжала говорить.

— О, но ты сделаешь это, моя дорогая Лия, — она провела пальцем по краю моего лица в угрожающей ласке. — Сегодня днём ты вернешься домой и скажешь матери, что Наталья передумала, что она снова хочет стать хорошей девушкой, и что ты пригласила ее к себе на ночёвку, чтобы поговорить с ней о правильном пути, которым мы должны следовать.

Мария бросила на неё многозначительный взгляд.

— Единственная причина, по которой я не предлагаю тебе пригласить меня, это потому что мы все знаем твою маму, она бы никогда не позволила тебе ночевать с незнакомой ей девушкой вроде меня, но Наталья совсем другое дело, не так ли?

— Почему она не может пойти сама, если так хочет пойти? Не впутывайте меня.

Меня раздражало, что Наталья не говорит сама за себя — у неё голос пропал?

— Её семья позволяет ей вольности, но, скажем так, они не ценят Штейнов после славы, которую они заработали за неуважение, они не отпустят её. А вот на ночёвку к её бывшей лучшей подруге, которая является святошей, легко.

— Зачем мне это делать?

— Ты хочешь меня разозлить, Лия? Кто знает, что Наталья может раскрыть, если ты нас разозлишь?

Шантаж.

Наталья многое обо мне знала, и одна тайна меня особенно пугала. Если она раскроет это, моя жизнь превратится в хаос. Никто не должен узнать.

Я почувствовала на себе взгляд Марии, она боялась Джесси, не отвечала ей, но говорила со мной, смущенная.

— Лия? Тебе не обязательно соглашаться на это.

— Хорошо, — ответила я, глядя на Наталью. — Пусть приедет в 6, мама подает ужин в 7.

Я обошла их стороной, ярость обжигала мою грудь.

Как они могут использовать мои самые уязвимые секреты таким образом?

— Спасибо, дорогая подружка, — услышала я, как позади меня кричит Джесси.

Беспомощность свободно пробежала по моим жилам, я не понимала, как Наталья подружилась с Джесси, неужели это случилось с ней, когда она отошла от нашей религии?

Пусть Господь вразумит её.

Мой день продолжался как ни в чем не бывало, но моё настроение было испорчено, и одна мысль о том, что мне придётся спать с Натальей, приводила меня в ярость.

Во время отъезда меня вызвали в кабинет директора.

Миссис Филипс была женой руководителя нашей церкви, как я уже говорила, мы были очень закрытой общиной.

Я сделала что-то не так?

Она видела, как я разговаривала с Джесси, и хочет меня за это поругать?

Я вошла в кабинет, и мы с директором пожали друг другу руки.

— Да пребудет с тобой Господь.

— Да будет так, — сказала я, улыбаясь, отпуская её руку.

— Присаживайся, Лия, — указала она мне, возвращаясь к своему стулу по другую сторону стола. — Хочешь чего-нибудь выпить? Воды? Чаю?

— Нет, спасибо.

Просто скажите, что у меня нет проблем.

— Ну, Лия, причина, по которой я позвала тебя сегодня днём, — неторопливо произнесла она, улыбаясь. — Правда, я очень взволнована, время прошло так быстро, ты растёшь изо дня в день.

Я бросила на неё растерянный взгляд.

— В общем, твой день рождения очень скоро, — сообщила она мне, и я совершенно забыла об этом. — 18 лет, Лия, ты уже взрослая молодая девушка, ты взволнована?

Я играла руками на коленях.

— Наверное.

— Ну, как член нашей церкви, ты знаешь, что это значит, не так ли?

Я кивнула.

— Пора тебе присоединиться к группе Просвещённых.

— Да будет так, — сказал я в знак благодарности.

— Мы с мужем очень гордимся твоим выступлением в церкви до сих пор, и с трагическим уходом Пилар мы хотим, чтобы ты стала лидером Просвещённых.

— Я? — указала я на себя, — не каждый мог стать лидером одной из групп в нашей церкви. Это была честь, моя мать умрет от гордости.

— Правда?

— Да, Лия, мы очень довольны тобой. Ты блестящая юная леди, которая высоко подняла наши убеждения.

— Да будет так, — сказала я, сдерживая свою радость.

— Ты согласна, Лия?

— Конечно, для меня большая честь служить нашему Всевышнему в качестве лидера.

Она резко встала и обошла стол, чтобы обнять меня.

— Добро пожаловать в команду руководителей.

Мама была так счастлива, что позволила мне воспользоваться компьютером в гостиной, чтобы зайти в Интернет на час. Большинство страниц с неприемлемым контентом были заблокированы, но я смогла войти в приложение Messenger, которым использовалась моя церковная группа, когда мы могли получить доступ в Интернет. У меня были добавлено только девушки из моей молодежной группы.

Мария пишет:

Поздравляю, Лия!

Адриана пишет:

Это благословение Господа!

Эйприл написала:

Никто не заслуживает этого больше, чем ты!

Когда я закончила переписку с ними, я поднялась в свою комнату, а мама уже начала готовить ужин и я вернулась к реальности, что Наталья придёт на ужин, возможно, создав мне проблемы, которых я сейчас не хотела.

Я по привычке встала перед окном, чтобы посмотреть на закат. Я забыла, что дом рядом со мной больше не был пустым, я не ожидала уловить движение во дворе, и это привлекло моё внимание, оранжевое небо заката было забыто.

Он был повёрнут спиной, но по чёрной толстовке с капюшоном я поняла, что это был Хайс. Он был в ней в ту ночь, когда его семья пришла к нам домой. Он поднял руки с топором и резко опустил его, расколов кусок дерева пополам. Он оторвал топор от бревна, которое он использовал в качестве опоры, и сделал шаг назад, чтобы взять ещё один кусок дерева и положить его на бревно, проделав то же самое.

Повторяющееся движение заставило капюшон скатиться и обнажить его светлые волосы, подтверждая, что это он. Я нахмурила брови — почему он так рано колол дрова? Хотя осень уже началась, было ещё не так холодно, чтобы пользоваться камином. По правде говоря, тот день выдался необычайно жарким.

А тебе какая разница, Лия? Может быть, они хотят запастись дровами на потом, это логично, чтобы не пришлось мёрзнуть и колоть дрова в середине осени или, что ещё хуже, зимой.

Я даже не знала, почему я тратила своё время, наблюдая, как он делает что-то подобное. Я как раз собиралась отойти от окна, когда это случилось.

Хайс отложил топор в сторону, схватил край своей толстовки и стянул её через голову, мышцы его спины