Чёрт из Чертаново - Антон Панарин

Подумав немного, я решил отложить выбор в долгий ящик. Всё же свободные очки это невосполнимый ресурс, а значит, не стоит ими бездумно разбрасываться.

Погасив свет, я повернулся на бок и закрыл глаза. С кухни доносилось приглушенное звяканье тарелок вперемешку с довольным бормотанием. Забавно: впервые за годы жизни в этой квартире я засыпаю не один. И пусть мой сосед это скуфообразный дух с мухомором на голове, зато с ним мы точно погасим долг перед банком в кратчайшие сроки. Благо что плесени в городе навалом, и очень скоро мы всю её вычистим.

Проснулся я не от похмелья, а от тоненького храпа нового жильца. Борр посвистывал, похрюкивал, а порой и повизгивал, как поросёнок на бойне. Однако делал он это в пределах допустимого, балансируя на грани между «гости у меня сколько захочешь» и «пошел отсюда нахрен!».

Зевнув, я потянулся, надел футболку и отправился на кухню. Едва я открыл дверь, тут же понял, что мой старинный холодильник «ЗИЛ», тарахтящий по ночам на весь подъезд, на фоне Борра звучит как колыбельная. Причём Грибоедов храпел так, что кухонный гарнитур вибрировал.

Я выдвинул нижний ящик шкафа и увидел безмятежно развалившегося на подушке Борра. Шляпа сползла ему на глаза, изо рта на наволочку стекала мутная слюна. Рядом лежала опустевшая бутыль грибовухи. Судя по всему, пока я спал, этот алкаш отмечал новоселье.

Ладно, пусть дрыхнет, а я пока схожу в душ. Я побрел в ванную и врубил ледяную воду. Лейка окатила меня с ног до головы, выкрутив бодрость духа на максимум!

Выскочил из ванной, растёрся полотенцем докрасна и потянулся за телефоном. По привычке включил ВПН и полез в телегу, а точнее в наш домовой чат.

Название, кстати, забавное «Домовой» чат. Если уж лесные духи существуют, то и домовые, поди, где-то шастают, вот только в нашем чате их точно нет. Зато есть пять сотен сообщений в сутки. Одни ищут сбежавшего кота, другие в час ночи выясняет, кто поцарапал машину или кто снова врубил музыку.

Я же пришел не жалобы писать и не выдвигать предложения по огораживанию территории, на которые все забьют. Я искал человека с проблемой, которую мы с Борром способны решить.

И такой человек нашелся! Инна Владимировна писала в чат не первый год и всё об одном. В квартире плесень, а управляющая компания разводит руками. Она несколько раз судилась с УК, но ничего не добилась. Делала ремонт, а через год чернота вылезала снова. Последнее ее сообщение заканчивалось словами «руки уже опускаются».

— Ага… Инна Владимировна, второй подъезд, квартира пятьдесят шесть… — пробормотал я, запоминая адрес. — Ждите, помощь уже в пути.

Я натянул джинсы с носками и заглянул в ванную за реквизитом. Взял ведро со шваброй, губку и полупустую бутылку моющего средства с пульверизатором. Этикетку с бутылки на всякий случай содрал. Вооружившись инвентарем, я вернулся на кухню и пнул ящик, в котором дрых мой квартирант.

— Подъем! Нас ждут великие дела.

Ящик отозвался недовольным кряхтением. Борр приподнял шляпу, глянул на меня одним глазом и жалобно протянул:

— Можно я посплю ещё минуточку?

— Конечно, нельзя, — улыбнулся я. — Мы идем зарабатывать тебе на хорошо прожаренный стейк.

Грибоедов мигом приободрился, вскочил на ноги и ударил себя по щекам, чтобы прийти в чувства.

— Я готов! — издал он боевой клич, спрыгнул на пол и заметался из стороны в сторону. — Э-э-э… А куда идти то?

— За мной. — Скомандовал я и покинул квартиру.

Во дворе нас встретило утреннее солнце, которое уже нещадно жарило. Проходя мимо парковки, я заметил машину, на капот и крышу которой заботливо уложили пакеты с мусором. Чем не инсталляция современного искусства под названием «Не там встал»?

Я вздохнул и мысленно порадовался, что у меня нет собственного автомобиля. Всё равно машину нужно где-то парковать, а дворы для этого не приспособлены. На дом приходится по меньшей мере три сотни квартир, а парковочных мест, дай бог, двадцать штук. Вот бедолаги и паркуются где попало. А стоит забыть убрать машину в день вывоза мусора, как на капоте появляются вот такие ароматные подарки.

— Расточительный вы народ, человеки, — прокомментировал Борр, семенящий рядом. — Столько еды выбрасываете.

— Это не еда, а гостинцы для духов помоек.

— Думаешь, такие существуют? — скептически спросил Бухомор.

— Думаю, что я и в твоё существование не верил ещё пару дней назад, — улыбнулся я.

За разговором мы дошли до второго подъезда, и я набрал на домофоне пятьдесят шестую квартиру. Динамик захрипел и выдал настороженный женский голос:

— Кто там?

— Ростелеком, откройте, пожалуйста.

Замок пискнул, и дверь поддалась. Всё же волшебное слово «Ростелеком» открывает в этой стране любые двери. Мы поднялись на третий этаж, я поставил ведро у ног и постучал в дверь. За ней тут же послышались шаги и возмущенный голос. Видимо, хозяйка разглядела в глазок, что на связиста я не похож.

— Ну и зачем вы меня обманули⁈ Поди, продать что-то хотите, — раздраженно произнесла Инна Владимировна.

— Меня зовут Дмитрий, я из соседнего подъезда, — миролюбиво отозвался я. — Прочитал в домовом чате, что вы уже который год с плесенью воюете. Так вот, на самом деле я не из Ростелекома, а работаю в клининговой компании. И есть у меня средство, японское. Всю плесень на раз убивает. Я его… — тут я изобразил смущение и понизил голос для убедительности, — выкупил на работе, за полцены, у сторожа. Могу вам ванную комнату и зал обработать совершенно бесплатно. По соседски, так сказать.

Дверь приоткрылась на длину цепочки, и в щели показалась женщина лет пятидесяти пяти с собранными в пучок волосами. Её внимательные глаза просканировали меня с ног до головы не хуже рамки в аэропорту.

— Я в добрососедство не верю. Так что сразу скажите, на кой-чёрт вам помогать мне просто так, а если начнёте юлить, то топайте куда подальше.

Подозрительность в наше время стала нормой. А ведь совсем недавно, в моём детстве, даже дом никогда не закрывали на ключ. Зачем? Кругом свои. А теперь количество своих резко сократилось, причём практически до нуля.

— Вы правы. Мой интерес тоже имеется. Я так то купил не одну бутылочку. А двухсот литровую бочку.

— Ох, батюшки, — ахнула женщина. — Боюсь