Путешественник Книга 7 - Олег Ефремов

заготовили мне сюрприз. Даже Маркус меня обнял и крепко прижал, так что у меня затрещали все косточки. Но днюха была нескоро, а вот сюрприз меня точно ждал. Ворона, то есть Вера, несла для меня крошечный тортик с одной единственной свечкой, что принято дарить друг другу, если хотят съекономить. У нас обычно на днюху выносят огромные торты, чтобы хватило на всю честную компанию с кучей свечей и большим фейерверком. Это снова меня удивило, но усталость брала свое, приступив мою бдительность. Все были рады и просили загадать желание, дабы задуть свечу. Потом накормили этим тортиком, что показался самым вкусным лакомством на Земле. Все-таки я был сильно голоден и мог сейчас проглотить слона. Парни налили всем шампанского и пили за меня и моё здоровье. Все члены отряда Искателей сейчас были в клубе, за исключением Бель. Её отчего-то не было, но всех это, как нельзя лучше, устраивало. Ребята шутили, весело смеялись и хорошо проводили время, как и тогда, когда мы с парнями решили впервые потусить в «Ночной птице». Девушки, танцующие на танцполе, кидали в нашу сторону заинтересованные взгляды, но держали дистанцию. Возможно, они понимали, что наши девушки не дадут им и шанса приблизиться к интересующим парням. В какой-то момент почувствовал небольшое головокружение, словно моё тело стало слишком лёгким и решило немного полетать по этому залу. На душе было хорошо и приятно, хотелось воспарить к небесам. Вера смотрела на меня и строила глазки, а я наблюдал за этим как-бы со стороны. Так иногда бывает, когда принимаешь психотропные средства, разделяющие на несколько частей сознание или когда, например, умрёшь.

Ещё я отметил, как Кайла с ужасом смотрит прямо на меня и тычет локтем в ребро Трубецкого. У того тоже задергался глаз, когда он меня разглядел. В этот момент моё тело, что сидело рядом с Вороной, обняло девушку и поцеловало в засос. Вот теперь я занервничал, так как Орлов это увидел и явно стал злиться. По всему клубу закружились салфетки, подхваченные ветром со столов, замерцало блестящее конфетти, поднятое с полу, зазвенели хрустальным звонком люстры, что находились над приватными зонами. Вот только торнадо не хватало на этом празднике жизни, ну или смерти. Мысль о том, что я всё-таки умер уверенно поселилась в моей голове. В этот момент в помещение клуба забежало двое с автоматами и приказали всем лечь лицом вниз. Клуб огласился истошным визгом перепугавшихся девушек, что умудрились перекричать качающую на полную музыку. В этот момент Кассандра вышла из дамской комнаты, и ей приставили к груди оружие. Орлов продолжал злится, моё охреневшее тело продолжало тискать в объятиях Верку, теперь уже далеко уже не сердючку. Со столов начали падать фужеры, внося дополнительно хаос в происходящее. Остальная команда экстренно совещалась, но из-за музыки было не разобрать, о чем говорили ребята. Хитрая кицунэ вместо того, чтобы вырубить налетчиков, отчего-то стала с ними выяснять отношения. Те пригрозились её прямо здесь убить, но та на это заявление не повела и бровью. Охрана клуба затеяла с налётчиками так не вовремя перестрелку. Кассандра, как назло, оказалось между стрелков. Её задело шальной пулей, девушка упала на пол, истекая при этом кровью. Я хоть и переживал немного, но понимал, никого из отряда так просто сейчас не убить. Хотелось помочь кицунэ, но сделать этого не получалось из-за отсутствия тела. Ребята вообще не заметили, что в клуб ворвались незнакомые и затеяли перестрелку. Девушки с танцпола продолжали визжать, шторм набирал обороты, диджей так и не отключил музыки, явно отрешился от бренного мира, нацепив большие наушники.

В этот момент в клуб вошла Бель, окинув пристальным взглядом ниепическую картину происходящего. Она, покачивая бёдрами, на высоких каблуках приблизилась к лаундж-зоне, где её, наконец-то, заметили.

О чем-то поинтересовалась у Оболенского, потом подошла и свернула одним резким движением ему шею. Вот теперь я умер окончательно, так как со свернутой шеей никто не живёт. В клубе наступила полная тишина. Диджей, наконец-то, открыл глаза и остановил музыку. Орлов резко прифигел от увиденого, и его торнадо распалось. Девушки, что лежали по всему танцполу, перестали орать, увидев, как только что парню свернули шею. Стрелки побросали оружие и вместе с охранниками рванули на выход. А кицунэ, зажимая бок, уселась на пятую точку.

— Ну и как вы, идиоты, умудрились просрать Оболенского? Что это был за мудак в его теле, что лапал сейчас Ворону? И куда, мать вашу, подевался старикашка Оркус? — Бель была явно не в духе и хотела сейчас разнести здесь все похлеще торнадо. Я не расслышал, о чем начали говорить ребята, меня, словно воздушный шарик, потянуло из этого здания. Я медленно поднимался к свету, внизу замелькали ночные огни города. И тут большая зубастая тень меня заглотила, прервав мой неторопливый полет.

— Я что-то не понял, меня что сожрали? — не выдержав, задал ментальной вопрос.

— Не сожрали, а поглотили твою душу, дабы она не отправилась на перерождение. Мы с ребятами знатно накосячили, пытаясь тебя спасти. Посиди временно в моей стальной клетке воли, пока мы не разрулим сложившуюся ситуацию и не вернём тебе целое тело, — послышался голос Маркуса внутри которого я оказался.

— И как же вы хотели меня спасти, что нечаянно просто убили? — не смог сдержать в этот момент сарказма.

— Разными способами, и как назло, он все одновременно сработали. Это долгая история, давай вернёмся в клуб, и ты сам все от ребят услышишь…

Интерлюдия

За четыре часа до возвращения Оболенского.

Команда Искателей собралась практически полным составом, вернувшись из путешествия по иным мирам. Стоило подвести итоги и поделиться полученными результатами, а также составить план по спасению командира.

— У меня вчера состоялся турнир, и наги смогли изготовить эликсир «Вечного покоя», что помог уже исцелить трёх человек, страдающих раздвоением личности, — похвалился Абрамович результатами своего успеха.

— Ты, Миша, немного преувеличиваешь, пациенты исцелились не полностью. Посторонние души обрели всё же покой, а вот появившиеся субличности по-прежнему в них остались. Кутузов, Холмс и Онегин сегодня утром снова проявились во время моей практики в лечебнице для душевнобольных. Но при сеансе гипноза ни хирурга, ни заведующей гостиницы, ни призрака несостоявшегося поэта в них не осталось, — уточнил информацию гипнотизёр Смирнов, но даже этот результат всё равно говорил об успехе.

— Вот поэтому надо будет пригласить Оболенского выпить, чтобы чужая душа ушла на покой. Предлагаю устроить