Все права защищены (кроме твоих). Музыкальный бизнес глазами юриста - Кирилл Олегович Марковский

быть как физическое (человек), так и юридическое лицо (компания). При этом закон не запрещает двум и более лицам владеть правами на фонограмму, однако на практике вы редко встретите таких совладельцев. По сути, если автор записал свое исполнение написанной им песни на диктофон, то он стал правообладателем «3-в–1» (автор-исполнитель-изготовитель фонограммы).

И хотя диктофонная запись оставляет желать лучшего с точки зрения качества, тем не менее она не перестает охраняться законом как фонограмма.

Гораздо сложнее обстоят дела с «инициативой и ответственностью». Поскольку ни закон, ни судебная практика не раскрывают нам существо этих терминов, изготовителем принято считать лицо, инициировавшее запись и вложившее финансовые средства в процесс записи: затраты на аренду студии звукозаписи, оплату услуг звукорежиссера, аренду музыкальной и звукозаписывающей аппаратуры, музыкальных инструментов. Однако важно это закрепить документально, поэтому при сотрудничестве со звукорежиссерами или иными специалистами по звукозаписи в договоры включается оговорка о том, что эти лица соглашаются с тем, что заказчик является изготовителем фонограммы и они не претендуют на какие-либо интеллектуальные права на готовую запись песни[46]. Некоторые звукорежиссеры почему-то считают фонограммой лишь мастер-запись – сведенную, сбалансированную и готовую к тиражу запись. И потому полагают, что права на фонограмму возникли у них. Однако это заблуждение: инициатор записи – это вы, а не он. Вы пришли к нему за услугами, а не он вас искал по всему городу, чтобы предложить сделать запись. Если вы работаете по сделке 360, то в договоре скорее всего будет указан статус продюсера (лейбла) как изготовителя фонограммы. Это логично, поскольку продюсер (лейбл) будет финансировать ваши студийные записи – искать студии, нанимать звукорежиссеров, техников, битмейкеров и прочее.

Фраза «первая запись» не обязательно означает первую в хронологическом смысле этого термина, она относится к первой инициативе, которая предпринята с целью записи, и таким образом применяется к каждой из первых осуществленных записей.

Изготовителю фонограммы принадлежит исключительное право на фонограмму и комплекс прав, которые близки к личным неимущественным правам автора и исполнителя, однако никак не именуются законом: право на указание на экземплярах фонограммы и (или) их упаковке своего имени или наименования, право на защиту фонограммы от искажения при ее использовании, право на обнародование фонограммы. Суть этих правомочий очень схожа с теми, которые мы с вами уже обсуждали в рамках прав автора и исполнителя. А перечень способов использования фонограммы во многом повторяет те, что предусмотрены для произведений и для исполнений. Поэтому тут я не буду углубляться подробнее.

Как и для объектов авторских прав для возникновения, осуществления и защиты смежных прав на фонограмму не требуется ее регистрация или соблюдение каких-либо иных формальностей. Однако изготовитель фонограммы не может просто взять и использовать запись – сначала нужно получить разрешение от тех, кто создал музыку (авторов) и тех, кто её исполнил (артистов). Для этого необходимо заключить сделки с указанными лицами до начала полноценной монетизации записи. Но при этом права изготовителя фонограммы признаются и действуют независимо от наличия и действия авторских прав и прав исполнителей.

Коллективный голос: роль ОКУПов в музыкальной индустрии

В наши дни музыка сопровождает нас везде: в такси звучит радио, в торговых центрах и ресторанах – фоновая мелодия из динамиков, а на телевидении мы слышим её и в передачах и рекламе. И это происходит во всем мире. Только вдумайтесь – это колоссальные объемы использования музыкального контента. Для легального использования музыки пользователям пришлось бы искать каждого правообладателя и договариваться с ними в индивидуальном порядке об использовании их творений, что в условиях глобализации и цифровизации стало бы непосильной бюрократической нагрузкой. В свою очередь, музыкантам понадобилось бы постоянно отслеживать повсеместное использование своей музыки и вести соответствующий документооборот. Представьте, какой объём работы лег бы на плечи менеджеров, юристов и бухгалтеров!

Облегчить эту проблему призвана система коллективного управления правами, чья суть сводится к следующему: правообладатели передают свои права в управление специализированной организации. Эта организация, действуя в их интересах, заключает с пользователями договоры – их еще называют бланкетными лицензиями (blanket license). По такой лицензии пользователь может легально использовать весь репертуар, входящий в каталог такой организации. Далее она собирает вознаграждение (удерживая небольшой процент за услуги), а затем распределяет и выплачивает авторам (артистам) роялти. Такие организации именуются обществами по управлению правами на коллективной основе (ОКУП). В зарубежной музыкальной индустрии они носят название collective management organizations (CMO) или performing rights organizations (PRO). Важно понимать, что такие общества не подменяют собой музыкальные издательства или лейблы, а скорее дополняют их, фокусируясь на областях, где индивидуальные сделки экономически нецелесообразны. В итоге выигрывают все: пользователь получает за плату доступ к огромному массиву музыку, а правообладатели в полной мере реализуют свое право на вознаграждение, не затрачивая большие ресурсы на документооборот.

Считается, что предтечей идеи коллективного управления правами является визит в 1846 году трех французских авторов – Эрнеста Бурже, Поля Анриона и Виктора Паризо в парижское кафе-шантан «Амбассадор»[47]. Услышав исполнение своих творений на сцене кафе, авторы вдруг отказались платить за счет, мотивируя тем, что собственник кафе не заплатил им за использование произведений. По другой версии, в кафе присутствовал лишь Эрнест Буже, и было это в другом заведении – кафе Morel. А казус заключался в том, что официант отказался обслуживать автора, поскольку последний не стал заказывать какой-либо алкогольный напиток – обычная коммерческая практика того времени (большую часть выручки рестораны получали именно с продажи алкоголя)[48]. После этого случая последовало несколько судебных разбирательств, по итогам которых суд признал право авторов на получение вознаграждения за публичное использование их музыки. Тем самым, они заложили основы французского авторского общества SACEM – первого в мире авторского общества, управляющего правами композиторов.

Сейчас такие общества существуют повсеместно, всего их насчитывается около 225 из 120 странах мира, при этом объем и виды прав в их управлении могут быть различными. В Америке, например, действуют сразу пять обществ, управляющих авторскими правами: ASCAP, BMI, SESAC, PRO Rights и Global Music Rights. В Германии авторскими правами управляет GEMA, а в Великобритании за авторские права отвечает PRS, а за смежные – PPL.

Чтобы пользователи в конкретной стране могли использовать музыку зарубежных правообладателей, такие общества имеют соглашения о представлении взаимных интересов почти со всеми своими зарубежными аналогами. Взимая с пользователей деньги, общества впоследствии перечисляют суммы вознаграждения соответствующему иностранному обществу-партнеру, которое, в свою очередь, выплачивает роялти своим членам – авторам, исполнителям, изготовителям фонограмм и иным правообладателям.

В России система ОКУПов имеет