Идеальное попадание - Эмма Райц

* * *

– Что это сейчас было?

– Он не должен был тут появляться. Его присутствие может вывести тебя из равновесия и исказить результаты экспертизы.

– Пока что, – хмыкнула Лера, – его присутствие вывело из равновесия только тебя. Или ты не выспался?

Даниил отрицательно покачал головой:

– Все нормально. Нам нужно подняться на третий этаж.

Лера сама удивлялась своему железному спокойствию. Перед началом длительной беседы она прошла детальный медосмотр, сдала кровь, продемонстрировала сгибы локтей и коленей. Ей измерили давление и пульс, проверили остроту зрения и рефлексы.

Через полчаса она предстала перед судебно-психиатрической комиссией в большом светлом кабинете с залитыми солнцем окнами.

Даниил установил видеокамеру и сел на один из стульев, стоявших за спинами экспертов.

После списка формальных вопросов о ее имени, возрасте, семейном положении и самочувствии диалог перешел на более узкие темы. Лера отвечала спокойно, удерживая в узде юмор.

* * *

– Валерия, у вас на правом запястье имеется татуировка. Можете пояснить ее смысл?

– Конечно. Маска и хлыст – атрибуты персонажа комикса, Женщины-кошки из выдуманной вселеннойDC.

– Вы ассоциируете себя с ней?

– Я бы так не сказала. Мне импонируют ее манера общения и независимость мышления.

– Что именно в ее манере общения вас привлекает?

– Она способна постоять за себя в любой словесной битве и прекрасно скрывает истинные эмоции от тех, кому не хочет их демонстрировать.

– Вы сейчас тоже скрываете свои истинные эмоции?

Лера улыбнулась:

– Мне кажется, глупо пытаться что-то скрыть в своем поведении от психиатра.

– Вы не ответили на вопрос.

– Нет, сейчас я ничего не скрываю и отвечаю правдиво.

– Что насчет фразы под хлыстом? Вам не кажется, что она сама себе противоречит?

– Нет. Она вполне логична.

– Тогда поведайте нам логику.

– Умелому лжецу нет нужды придумывать ложь. Чтобы ввести человека в заблуждение, достаточно просто ловко жонглировать фактами под выгодным углом. Или вырывать действия и слова из контекста ситуации.

Психиатр кивнул и сделал пометку в записях.

– Валерия, вы употребляете спиртное? Если нет, то почему? Если да, то как часто, в каком количестве и когда делали это в последний раз?

– Употребляю. Не слишком часто. Возможно, раз в неделю или реже. Пью в символических дозах. Последний раз… О, это было на предписанной судом встрече с мужем. Мы ужинали в ресторане, и я заказала порцию виски со льдом.

– Вы курите?

– Бросила, когда узнала о беременности.

– Первой или второй?

Лера сглотнула, прижав ладони друг к другу:

– К сожалению, о первой беременности я узнала, когда она уже завершилась выкидышем. Поэтому бросила курить, когда узнала, что беременна во второй раз.

– Вы много курили?

– Одну-две сигареты в день. Иногда обходилась без них несколько дней.

– Вы когда-нибудь употребляли наркотические вещества?

– Нет.

– Почему вы уволились с последнего места работы?

Лера бросила короткий взгляд на Волохова. Тот смотрел на нее уверенно и как-то… успокаивающе, словно ментально поддерживал ее, добавляя твердости голосу и плавности мыслям.

– Потому что мой муж позвонил генеральному директору и пригрозил повысить цены на поставки стройматериалов, если мне позволят вернуться к работе в бюро.

Комиссия громко вдохнула, но психиатр спокойно задал следующий вопрос:

– Ваш муж как-то аргументировал подобное поведение?

– Вам процитировать его ответ?

– Если помните дословно.

– «Чтобы ты больше не мельтешила в моей работе».

– То есть уволиться вас принудили?

– Считайте, что так.

Дальше ей задавали вопросы о семейной жизни, об ощущениях после смерти сына, об отношениях с мужем во время беременности, после родов и после похорон. Потом последовал обширный список отвлеченных вопросов о других аспектах ее жизни.

Лера не пыталась хитрить, юлить и уходить от ответа. Она периодически проигрывала в борьбе со слезами, время от времени улыбалась и в целом создавала впечатление адекватного живого человека.

Через два часа ей дали немного времени на отдых, а сама экспертиза завершилась около трех часов дня.

– Думаю, достаточно. Результаты мы озвучим на судебном заседании.

– Спасибо. Я могу идти?

– Да. – Члены комиссии закрыли папки с записями и тоже засобирались.

– Всего доброго, господа. – Волохов убрал камеру в кейс, вручил Лере бутылку воды, и они вместе первыми вышли из кабинета. – Как самочувствие?

– В горле першит. Устала, хочу есть и спать.

– Думаю, план Багрянцева провалится. Максимум, что тебе светит в качестве диагноза, – депрессия.

Они подошли к «Гелендвагену», и Арчи разблокировал замки дверей.

– Ого! Красотуль, тебя как будто вывернули наизнанку, а потом вернули как было.

– …и я все равно выгляжу лучше, чем ты.

Арчи хохотнул:

– Засчитано!

– А где Стас?

– Он проторчал тут часа полтора, выкурил полпачки сигарет, потом ему кто-то позвонил, и он уехал. Куда теперь? На точку?

Волохов посмотрел на часы:

– Можем пообедать где-нибудь.

– Я за!

Они оба глянули на Леру.

– Э… Можно. Только, пожалуйста, не в «Уголек», «Аист», «I like grill», «Novikov»…

– Проще доставку заказать, – прыснул Арчи.

– Езжайте за мной. – Даниил улыбнулся, выудив брелок из кармана пиджака. – Я знаю место, где Багрянцев точно никогда не был.

Два черных автомобиля плавно тронулись и влились в поток.

* * *

– По-моему, Волохов к тебе неровно дышит. – Арчи покосился на Леру, севшую спереди, и закурил, опустив стекло.

– Ты тоже так думаешь? Он сегодня как-то странно себя повел при встрече со Стасом, когда тот намеренно начал нас провоцировать.

– Пф-ф… Он странно себя вел, еще когда я привез тебя в «Феникс».

Лера непонимающе посмотрела на Арчи:

– Как?

– Пока ты сидела с Аней на кухне, он предлагал перевезти тебя к нему домой.

– Что?!

– Мы с Дэном тоже решили, что идейка так себе.

– А у него что, целый дом?

– У него все в шоколаде: Рублевка, выстроенный под его личные вкусы современный дом с панорамными окнами, дорогой мебелью и молчаливой прислугой. Эдакая Снежная Королева в мужской интерпретации.

– Ледяной принц на черном коне…

– Что?

Лера покачала головой:

– А ты откуда знаешь? Бывал у него в гостях?

– Мы устанавливали ему новую интеллектуальную охранную систему. Еще до официального запуска «Феникса». Волохов – один из наших первых