Оператор. Тайна заброшенного арсенала - Александр Трогон

В этот момент рация вновь заговорила. Валера сразу же узнал голос брата. Судя по интонации, Савва сильно нервничал. Хакер предупредил, что у него возникли непредвиденные трудности. Следом за этим, к несказанному изумлению всех, к переговорам подключилась Кира.

– Какая же она все-таки упертая, – едва слышно пробормотал Валера, догадавшись, что девушка не послушалась приказа и самовольно спустилась в коллектор.

И действительно: через несколько секунд яркий луч фонарика, направленный Барсуком в сторону выхода из подземного хода, высветил стройную фигуру девушки, решительно шагающей навстречу обоим мужчинам.

Глава 20

Савва перенастроил камеры, проверив, что происходит снаружи, в коридоре подвала. Убедившись, что коридор пуст, Кира быстро взлетела вверх по лестнице, и уже через пару мгновений присоединилась к друзьям. Хакер протянул ей свой ноутбук и показал, как им пользоваться.

Усевшись прямо на холодном полу и скрестив ноги в позе йога, девушка принялась листать папки с файлами, расположенные в хронологическом порядке. Времени было катастрофически мало, и Кира в первую очередь открыла последний отчет доктора Сергеенко, сделанный им за два дня до своего исчезновения с базы.

Чем больше девушка углублялась в чтение, тем сильнее хмурилось ее лицо. Судя по записям, ученые лаборатории проводили незаконные эксперименты, в качестве подопытных используя бездомных, а также заключенных уголовников, отбывающих пожизненный срок.

Результаты последних испытаний были поразительными и жуткими одновременно. Искусственно выведенный штамм вируса моментально проникал в мозг человека, изменяя нейронные связи и позволяя манипулировать сознанием. Инкубационный период длился от двадцати четырех до сорока восьми часов, после чего подопытные полностью теряли собственную личность, превращаясь биологического робота. Достаточно было заложить в такого человека нужную программу, и он превращался в дистанционно управляемое оружие. При этом некоторые участники эксперимента реагировали на вирус быстрее остальных, подчиняясь его воздействию практически мгновенно.

– Немыслимо! – ужаснулась Кира, прикрыв рот ладонью.

В голове не укладывалось, как такой талантливый ученый, чьи научные работы были направлены на поиск новых способов борьбы с неизлечимыми заболеваниями, добровольно согласился участвовать в бесчеловечных опытах над людьми. Испытываемое Кирой сочувствие к доктору Сергеенко, на себе испытавшему воздействие собственного изобретения, теперь сменилось глубочайшим отвращением.

Пересилив себя, она продолжила изучать файлы. В одной папке с официальным отчетом девушка обнаружила напечатанную докладную записку Сергеенко, адресованную командиру военной части. В ней ученый высказывал свои опасения в отношении коллег, работающих в лаборатории. Сергеенко подозревал, что один из них работает на вражескую разведку, недвусмысленно намекая на возможность утечки совершенно секретной информации. Однако конкретных имен ученый не называл.

Сделав фото с экрана, Кира переслала данные Оператору. Худшие опасения аналитика подтверждались: на военной базе действовал предатель.

***

Полковник Баринов, возглавляющий эту богом забытую, по его твердому убеждению, военную часть, метался по кабинету из стороны в сторону, как раненый зверь. Вот уже целую неделю, как его подчиненные наблюдали своего командира в состоянии крайней взвинченности. Доставалось всем. Особенно страдали младшие офицерские чины, на которых полковник со злорадным удовольствием вымещал собственную бессильную ярость.

Импульсивно схватив телефонную трубку, Баринов дозвонился до помощника генерала, курирующего деятельность засекреченной базы. Однако тот отказался соединить полковника, сославшись на необычайную занятость своего шефа. Баринов со злостью швырнул трубку на рычаг аппарата спецсвязи, а затем обессиленно упал в кресло, сжав голову обеими руками и глухо застонав.

Таймер обратного отсчета неумолимо отсчитывал минуты и должен был обнулиться менее чем через тридцать шесть часов. Полковнику было жизненно важно срочно попасть в Москву, чтобы передать этим людям то, что они хотят. Однако, по закону подлости, руководство военного ведомства настрого запретило Баринову покидать территорию базы до тех пор, пока не пройдет проверка по линии ФСБ. Особистов ждали со дня на день, но те отчего-то тянули и не назначали конкретную дату своего визита.

Полковник глубоко задумался в поисках выхода из сложившейся ситуации. Нужно было незамедлительно придумать любой, пусть даже идиотский, предлог, чтобы вылететь в столицу.

Баринов поднял покрасневшие от бессонной ночи глаза и уставился на фотографию в рамке, на которой он был запечатлен в парадном мундире вместе с миловидной женщиной и двумя симпатичными близняшками. Руки мужчины непроизвольно сжались в кулаки. Со всей силы треснув по массивной столешнице рукой, отчего фотография зашаталась и завалилась лицевой стороной вниз, Баринов сделал свой окончательный выбор.

Нажав на кнопку интеркома, он вызвал своего личного помощника.

– Срочно закажите мне билет на ближайший рейс в Москву, и вызовите сюда начальника лаборатории, – велел полковник.

– Но Вы же знаете, как Юрий Константинович не любит, когда его отрывают от работы. А он, как раз, сейчас занимается своими исследованиями, – недоуменно проблеял в ответ младший офицер.

– Плевать я хотел на его желания! – рявкнул Баринов, смерив помощника уничижительным взглядом. – Пусть сейчас же тащит свой тощий зад сюда в кабинет!

– Есть! – лихо козырнул офицер и бросился выполнять поручение.

– Ну, вот и все, – тихо пробормотал полковник, проводив помощника долгим мутным взглядом. – Обратной дороги больше нет.

Поднявшись из кресла, Баринов тяжелой шаркающей походкой подошел к большому напольному сейфу. Набрав нужный код, он приоткрыл бронированную дверцу и вытащил с одной из внутренних полок припрятанную там походную флягу, наполовину заполненную коньяком. Дрожащей от нервного напряжения рукой полковник отвинтил металлическую крышку и сделал добротный глоток.

– Вот так-то лучше, – пробормотал командир себе под нос, убирая флягу обратно.

Баринов настолько погрузился в собственные переживания, что не заметил, как встроенная под потолком камера видеонаблюдения, направленная на выход из кабинета, сместила свой ракурс. Все это время за полковником пристально наблюдали.

***

Получив доступ к системе, Оператор быстро убедился в том, что камеры слежения в лабораторном блоке отсутствуют. Зато кабинет командира штаба отлично просматривался. Включив запись звука, аналитик услышал достаточно для того, чтобы понять: полковник планирует какую-то срочную встречу, и вполне возможно, что с покупателем вируса. Иначе, для чего бы ему потребовалось вызывать к себе перед отъездом начальника биолаборатории?

Задав требуемые параметры интересующей его информации в операционной системе базы, аналитик принялся изучать выдаваемые поисковиком сведения. Постепенно ситуация с исчезновением доктора Сергеенко начала проясняться.

Архивная запись с камеры слежения, установленной при выезде с контрольно-пропускного пункта базы, зафиксировала, как командир штаба лично усаживает вирусолога в армейский внедорожник, и тот быстро выезжает за ворота. Зато все видеокопии с камеры, установленной в кабинете Баринова, были стерты. Оператор искренне удивился, что полковник не позаботился о том, чтобы уничтожить видеозапись, доказывающую, что свидетельство о смерти