Russian Mafia 4 - Arladaar

— А… Тут змеи есть? — тихо спросил Жека, осторожно ступая Смиту след в след.

— Есть, — негромко ответил Смит. — Щитомордник, чёрная гадюка, гремучая змея. В развалинах их может быть много. Чёрт!

Смит поднял руку со сжатым кулаком вверх, призывая остановиться. Жека заглянул за его спину и увидел, что прямого пути вперёд не было — прямо к забору подступало громадное полуразрушенное строение, похожее на фабрику середины 19 века. Трёхэтажное здание из грязно-красного кирпича, с огромными пустыми окнами, полуразвалившимися кирпичными трубами и провалившейся крышей, перегородило путь. Придётся искать обход, что было совсем не к стати.

Смит огляделся, прошёл вдоль здания, раздвигая кусты и траву и наткнулся на вход. К массивной полусгнившей двери, висящей на одной петле, из зарослей вела едва заметная тропка. Похоже, кто-то сюда иногда наведывался.

— Попробуем пройти напрямик через эту развалину, — заявил Смит. — С обратной стороны, даже если нет выхода, наверняка есть окна. Через них и выберемся. Приготовь оружие — могут быть сюрпризы.

— Полиция ж недалеко, — возразил Жека. — Стрелять нельзя — услышат.

— Если на тебя бросятся с десяток бомжей или торчков с ножами и топорами, поверь мне, на полицию будет плевать, — заметил Смит. — Нам идти всё равно некуда. Только так. Если придётся отбиваться, постараемся сделать это быстро. До машины осталось совсем недалеко.

Жека оглядел местность — так и было, идти некуда, кроме как в руину. С противоположной стороны входа в здание виднелись сплошные заросли, ещё гуще тех, через которые сюда пришли. Пробраться через них стоило бы большого труда, да ещё неизвестно, что ждало, когда повернёшь за угол. Там могло быть ещё одно такое же здание или развалившийся цех длиной в пару сотен метров. Или котлован с ядовитой водой. Или болото с змеями.

Жека согласно кивнул головой, приготовил пистолет и пошёл за Смитом, поднимавшимся по разрушенным бетонным ступеням, ведущим ко входу.

Раньше это точно была промышленная фабрика, возможно, ткацкая или кожевенная, судя по остаткам сооружений. Хотя металлическое оборудование было растащено или продано владельцами, на полу остались большие полукруглые выемки, где когда-то стояли дубильные или красильные чаны. Внутри них лежал всякий мусор и росли небольшие растения. Ощущался лёгкий трупный запах. Растения также пробивались через потресканный бетонный пол, заваленный всяким мусором — гнилыми деревяшками, старыми пустыми бутылками и тому подобной дрянью.

Под подошвами ботинок скрипел песок, и тихо идти получалось с трудом, да ещё и ноги постоянно запинались о бутылки и смятые пивные банки. Но всё-таки пробирались вперёд, соблюдая максимальную осторожность.

Посередине цеха ржавела груда каких-то массивных железяк, возможно, остатки паровой машины — меж ними валялось громадное железное колесо с толстыми спицами и лежал толстенный резиновый ремень, уже растрескавшийся от старости. Недоброе это место… На грязном полу лежала разорванная женская блузка, лифчик и трусики. Рядом на полу темнела то ли краска, то ли кровь.

Миновали машину, внимательно смотря под ноги, и впереди уже показались окна, через которые видно деревья, как послышались громкие голоса. Здесь кто-то был! И похоже что, люди вошли только что. Находились они справа, у стены, граничащей с проездом. Судя по интонации голосов, назревала какая-то разборка.

Смит сделал знак остановиться, а сам осторожно выглянул из-за железяки. Примерно с половину минуты оценивал ситуацию, потом повернулся к Жеке.

— Там какая-то разборка между латиносами, — прошептал он. — Похоже, наркоторговцы из картеля. Пятеро. Одного они притащили связанного и избитого, но, судя по его виду и разговору, он такой же подонок и мразь. Чем-то провинился перед теми, что его притащили сюда на разборки. Это плохо, братишка… Попасть сюда они могли только через тот въезд, где стоит наша тачка и где лежит доставщик пиццы.

— Что будем делать? — мрачно спросил Жека.

— А что остаётся делать? — пожал плечами Смит. — Нам нужно пройти к машине. А эти гондоны нам мешают. Они опасные и непредсказуемые. Разговоры с такими вести — себя не уважать. Надо валить их всех. Знаю, это плохой вариант развития событий, потому что поблизости полиция, но иначе никак. Если мы не уберёмся отсюда, копы вызовут подкрепление и вертолёт. Даже если мы будем плутать по этим катакомбам, рано или поздно на нас наткнутся. Затаиться тоже не получится — они первым делом будут обыскивать эти хибары.

— И какой план действий? — покачал головой Жека. Сильно ему не нравилось, что мусора совсем рядом.

— План простой! — заверил Смит. — Выходим из-за железяк и валим всех, кто движется. Ты занимай позицию ближе к окнам и начинай стрелять по тем, что находятся слева. Я возьму на себя тех, кто справа. Не геройствуй, не стой в полный рост. Займи лежачую позицию — наверняка эти мудаки откроют ответный огонь, а может, в зарослях, за окнами, ещё кто-то есть, кого я не увидел.

— Ясно, — кивнул головой Жека и посмотрел в глаза Смиту. — Начали?

— Начали, — кивнул головой Смит… — Пошли!

Жека осторожно вышел из-за груды металлолома, опустился на колено и быстро оценил остановку. Метрах в тридцати, справа, у стены, стояли пятеро смуглых человек, одетых кто во что горазд. В основном на них были широкие штаны, цветастые майки навыпуск и рубахи в тропический раскрас. На головах банданы и бейсболки. Все в наколках, на шеях и запястьях цепи и какие-то амулеты из клыков животных. Один, длинноволосый, с разбитым лицом, в бандане на голове и белой майке с потеками крови, стоял на коленях. Остальные четверо обступили его и что-то балаболили. У одного в руках была бейсбольная бита, у другого — массивный колумбийский мачете с затупленным острием, которым рубят сахарный тростник.

Как раз когда Жека приготовился для стрельбы, тот, что стоял с мачете, размахнулся и ударил им по плечу длинноволосого, почти отрубив его вместе с рукой. Раздался громкий пронзительный крик боли. Тот, что держал в руках биту, высоко поднял её, собираясь ударить длинноволосого по голове, но Жека уже принялся стрелять. Положение на колене больше нравилось ему, чем лёжа — с колена угол стрельбы и обзор были шире.

Расстояние в тридцать метров не было критическим, когда цели находятся на одном месте, да ещё и спиной. Жека начал стрелять так, как и договаривались со Смитом, в самого правого, ближнего к окнам. Попал ему