Идеальное попадание - Эмма Райц

трясущихся ногах встал и взял в руки лопату. Он несколько раз копнул сырую землю с толстым слоем сосновых иголок и прошлогодней прелой листвы, а потом отчаянно попытался замахнуться. Вова молниеносно нанес ему удар в солнечное сплетение, парень рухнул на спину и затих.

– Ты не перестарался?

Мастер покачал головой и стал пальцами отсчитывать: 5, 4, 3, 2, 1…

– А-а-а-а-ах-х-х-х-х!.. – по лесу раздалось эхо хлюпающего кашля и болезненных стонов.

Вова взял лопату и молча пошел обратно к машине. Сокол двинулся за ним.

– Эй!.. Вы куда?! А я…

– А ты оставайся, воздухом свежим подыши. Тебе полезно, – хохотнул Дима.

Они запрыгнули в «Гелендваген» и унеслись через лес обратно к шоссе.

– Думаешь, он достаточно испугался?

– Да. Можно было бы сильнее, но хрен с ним. К Оле больше не подойдет, стопудово.

– Ему бы из леса выбраться.

Они рассмеялись и закурили, стянув маски.

– А теперь рассказывай.

Дима от неожиданности закашлялся:

– Что? О чем рассказывать?

– Зачем ты полез к Лере?

– И ты туда же…

– Я мог бы сказать, что мне просто любопытно. Но вообще-то меня беспокоит вся эта ситуация. У нее сложный развод с не совсем адекватным мужем. Ей пришлось пройти психиатрическую экспертизу. И она, мягко говоря, на грани.

– Я в курсе. Мы всю ночь говорили.

– Пф-ф… – Вова рассмеялся. – Что-то не похоже на тебя. Обычно ты всю ночь чем-то другим занимаешься.

Сокол раздраженно посмотрел на него и снова закурил.

– Как-то вчера не до этого было.

– Дим, серьезно. Свой спортивный интерес удовлетворяй в стрип-клубе. Леру не трогай. Я не представляю, как она еще в петлю не лезет.

– Я понимаю. Сложно поверить, но у меня совсем не спортивный интерес.

– А какой же?

Дима нажал кнопку на панели, и спинка его сиденья откинулась ниже, а сам он вытянул ноги и размял шею.

– Почему никто не сказал мне, что тридцатилетние девчонки на порядок круче, чем восемнадцатилетние?

Теперь настала очередь удивленно прокашляться Вове:

– В смысле?

– У меня стойкое ощущение, что последние несколько лет я трачу время и деньги не на тех. А с «той» втух за один вечер. Ну… За ночь. На одних, сука, разговорах…

– Ты что, влюбился?

– Заткнись.

Вова тихо засмеялся. Потом громче. Потом не выдержал и расхохотался во всю силу своих легких:

– Жесть, Сокол! Ты… Ой, не могу… Да. Ты стопудово тратил время и деньги совсем не на тех. Ты, по ходу, вообще не в курсе настоящих прелестей жизни и настоящих отношений.

– Да-да. Я «герой-любовник» со шрамом под ребром. Я помню.

– Кто это сказал?

– Сашка как-то поведала, как меня называют в клубе.

– Что есть, то есть. Ладно. Каждый рано или поздно обречен жестко влюбиться и сильно страдать. Хотя я был уверен, что ты с рыжей останешься надолго.

Дима поморщился:

– Ну… С ней было хорошо, весело… Но ее девчачьи закидоны все испортили. Хотя… Благодаря им я и подумал, что… есть смысл найти себе кого-то по возрасту.

– Значит, все было не зря.

– Ага. Теперь пойди и втолкуй это Дэну…

– Нет, это ты давай сам!

Они снова расхохотались, но Диме легче от этого не стало.

– Как мне ехать домой, зная, что она в «Фениксе»?

Вова прищурился:

– Так не уезжай.

– Весь офис в камерах.

– Офис – да. Но в раздевалке, душевых и, собственно, комнате отдыха камер нет…

– Погоди… Ты… Ты точно Вова?

Мастер усмехнулся:

– Я точно был им, когда мы выехали с парковки.

– Ты сейчас подкидываешь мне варианты… нарушения приказа от Морока, ты ведь это понимаешь?

– Я констатирую факты.

Дима расплылся в улыбке и погрозил ему пальцем:

– Вова-Вова… Весь такой серьезный, правильный… Все с тобой ясно…

– Я умело маскируюсь под хорошего парня. Но если она после тебя шагнет в окно, ты – труп. Потому что я тебя предупреждал.

– Я тогда сам себе мозги вышибу.

– Договорились.

* * *

Дождавшись, когда спортзал и раздевалка освободятся, Лера с безумным наслаждением зашла в душевую и встала под горячие струи воды. Приключения последних суток, с одной стороны, вымотали ее. Но с другой… Лера закрыла глаза, вновь представляя тот поцелуй Димы под хриплый шепот, описывавший «интересную подружку». Внезапно сзади раздались тихие шаги. Резко открыв глаза, в отражении светлого кафеля Лера увидела его…

* * *

– Зайдем в офис, расскажем о своих приключениях. И ты незаметно свалишь. Господи, что я говорю… Сокол, я помогаю тебе капитально накосячить в первый и в последний раз, понял?

– Я твой должник. Проси все, что хочешь.

– Я прошу тебя быть честным перед самим собой. И мыслить все же мозгом, а не членом.

Они серьезно переглянулись.

– Я все понял.

– Очень надеюсь. Пойдем.

Они поднялись в офис, где в эту ночь дежурили Арчи и Сатир. Веселая история про копание могилы в лесу, очередная порция кофе, перекуры… Дима между делом быстро попрощался, но так и не спустился к машине. Постучав в комнату отдыха, он с нетерпением дернул дверь и… не увидел внутри никого.

Его слух уловил тихое шипение воды в душевой. Он кинул куртку на диван и зашел в раздевалку, в конце которой было несколько душевых кабин. Лера стояла спиной к нему. Обнаженная. Мокрая. В пене. Она неспешно намыливала себя, и Дима, глядя на нее, ощутил резкий прилив возбуждения. Подойдя вплотную к кабинке, он продолжал молча любоваться гармоничной фигурой Леры: стройные ноги, округлые ягодицы, плавная талия, хрупкие плечи…

– Подглядывать нехорошо… – Сокол зажмурил один глаз и усмехнулся. – Дим.

– Я просто пытаюсь придумать остроумный ответ. Не мешай.

Лера дернулась от сдерживаемого смеха.

– Ладно, это бесполезно.

– Ты решил наплевать на отстранение? – Она все еще стояла к нему спиной и не спешила смывать с себя слой пены – единственную преграду между ними.

– Тут нет камер. Как и в твоей комнате.

Лера замерла.

– Я ни на чем не настаиваю. Просто хотел увидеть тебя.

Она покачала головой:

– Врешь.

Дима напряженно провел рукой по затылку и кивнул:

– Да. Но это ничего не меняет.

Лера молча смыла с себя пену и выключила воду.

– Подай мне полотенце.

– Держи.

Он не видел ее