Абсолютно несовместимы - Эмма Райц

– Черт… Нормально его отметелили. Но идет хотя бы сам.

– Вопрос, куда именно он идет?

– Давайте сейчас! Мастер быстро сориентируется и поддержит нас в ближнем бою!

– Нет, Сокол! Лежи и не дергайся. Мы сейчас убьем семерых, но на их крики выбежит еще два десятка. Мастера там точно порешат…

– А если они ведут его на казнь?

Денис обреченно вздохнул:

– Тогда заминируем тут все по периметру. И взорвем на рассвете.

– Только не говори, что и взрывчатку прихватил?!

– Взял все, что было.

– Сокол, я же говорил тебе, что Морок – психопат.

Спустя полчаса Мастера привели обратно. Выглядел он еще хуже. Но охранников осталось всего четверо.

– И на этом спасибо, – усмехнулся Арчи.

– Солнце садится. Блин, конечно, на небе ни облачка, и фаза луны самая подходящая… – Морок недовольно скрежетнул зубами. – Ночью мы будем как на ладони.

– Значит, пойдем в глубоких сумерках.

– Погодите. Пока мы никуда не ушли, я бы хотел уточнить. Мы только вытаскиваем Мастера? Никаких триумфальных расстрелов по территории не планируется?

– Заманчивое предложение…

– Блин, Сокол! Хорош подкидывать ему безумные идеи! Я домой хочу.

– Ладно. Кельт прав. У нас есть дела в Москве. Так что ограничиваемся Мастером. К сожалению. Стартуем через две минуты.

* * *

Вернувшись утром со смены, Алиса молча улыбнулась Ане и знаком показала, что ложится спать. Та ответила большим пальцем вверх и тихонько пошла на кухню сварить себе кофе.

Для верности Алиса сделала еще несколько звонков на номер Ани, когда проснулась. Она шепотом подозвала ее в ванную комнату:

– В больницу приходил человек, расспрашивал меня о тебе. Сказал, что из полиции, но явно врет. Если ребята не вернутся сегодня-завтра, я думаю, мне есть смысл пойти к настоящим полицейским и заявить о твоей пропаже. Возможно, так мы отвлечем их внимание.

Аня зажмурилась от напряжения:

– Я уже не знаю… А если мне самой прийти и все рассказать? Отдать эту чертову флешку и подписать что-нибудь… Какую-то клятву о неразглашении?.. Я жутко боюсь, что сюда вот-вот вломится вооруженный отряд головорезов и убьет нас с тобой… Прости, что втянула тебя в это.

Алиса улыбнулась:

– Молния не бьет в одну точку дважды.

* * *

Три темных силуэта бесшумно приблизились к шаткому сараю. Охранники расслабленно и немного сонно переговаривались.

Морок знаком показал Кельту обходить слева и ждать звуки переклички, а сам вместе с Соколом двинулся вправо. Он почти не дышал, сердце билось ровно и спокойно, мышцы горели, готовые в любой момент отработать сигналы мозга к действию. Сокол внимательно следил за охранниками, напряженно прислушиваясь.

Через четверть часа раздалось шуршание раций. Охранники, смеясь, ответили и продолжили неспешную беседу, покачиваясь и передавая друг другу пачку сигарет.

Морок кивнул, и они с Соколом бесшумно сняли троих. Четвертый упал через секунду от глухого выстрела Кельта.

– Сокол, выводи Мастера. Мы пока тут разберемся.

– Между перекличками двадцать минут, – Арчи на всякий случай прощупывал пульс у лежавших на земле повстанцев. – Нам надо ускоряться.

– У этих тоже наши автоматы…

– Вижу. Забираем. Чем больше улик, тем весомее аргументы.

Они быстро собрали оружие, оглядываясь по сторонам. Дима вывел тихо стонавшего Мастера, тяжело опиравшегося на его плечо.

– Откуда вы тут?

– С северо-востока, – усмехнулся Морок.

– Нет… Кто дал приказ о вызволении?

– Я.

Вова вздохнул и покачал головой:

– Ты ведь понимаешь, что нарушил правила? Командир оставит тебя без оплаты.

– Плевать. Погнали, у нас десять минут до переклички.

Низко пригибаясь к высокой сухой траве, они короткими перебежками перемещались от дерева к дереву, сделав большой крюк, чтобы не так явно мелькать под яркой почти полной луной.

– Сокол, заводи.

Дима сел за руль, Арчи помог Вове залезть на переднее сиденье, Денис закинул трофейное оружие в багажник. Внедорожник бесшумно тронулся и с выключенными фарами на ощупь двинулся в сторону лагеря.

– Парни, я ваш должник. Честно. Я никого не ждал и ни на что не надеялся, – Мастер сдерживал болезненные стоны и морщился на каждом ухабе.

– Вернемся – свозим тебя к нашим спецам, – хохотнул Арчи. – Такая дата должна остаться на теле.

– Да хоть в паспорте…

– Как ты попал в плен? – Денис напряженно смотрел по сторонам в надежде, что за ними не будет погони.

– Я сам не понял. Пока следил за пятой группой, оставшейся без старшего, пропустил двоих. Они зашли сзади и приставили ко мне ножи.

– Почему они не убили тебя?

– Не знаю. Вообще все очень странно выглядело в этот раз. Особенно обидно было схватить пару ударов в солнечное сплетение нашими же автоматами.

– Это не наши… Это оружие, поставляемое «Фобосом».

Вова повернулся к Денису:

– Не понял. Поставляемое? Кому?

– Долгая история. Если в двух словах, то мы работаем на организацию, которая не чурается торговать смертью во все стороны, наводя прицелы на своих же наемников. Расскажу все подробности, пока будем лететь обратно.

Вернувшись в лагерь, Денис отдал приказ на сборы и подготовку к вылету. Мастер вошел в штабную палатку вместе с Арчи и связался с командиром.

– Взять под арест святую троицу.

– Сожалею, но это невозможно.

– Что-то я не припомню момент, когда мои четкие приказы превратились в мягкие пожелания.

– Лех, рублем наказывай, даже меня. Арестовывать я никого не буду. Это маразм.

– Они самовольно покинули лагерь и нарушили протокол.

– А ты послал нас с ясельной группой на смерть. Один – один.

– Ты отказываешься выполнить приказ?

Вова вздохнул и уверенно ответил:

– Так точно.

– Хорошо. Встретимся на родной земле, посмотрим, как ты запоешь.

– У меня нет слуха. Готовься к ушному кровотечению. Конец связи, – Мастер, не дожидаясь очередной волны бешенства Алексея, закрыл ноутбук.

– Люблю я твой кровавый юмор! – прыснул Арчи, протягивая ему сигарету. Вова молча закурил и на выдохе закрыл глаза, до сих пор не веря, что парни с риском для жизни полезли за ним в логово врага.

* * *

За полчаса до прилета в Москву Денис закончил красочный рассказ о подноготной «Фобоса». Вова, Дима и Арчи тупо смотрели в пустоту.

– И что ты планируешь делать со всем этим?

– Попробую использовать в качестве билета наружу.

– Ты хочешь уйти из