Королевская битва - Константин Федотов

Я короткими перебежками перемещался от одного укрытия к другому и каждый раз внимательно оценивал периметр. Но пока все было чисто. После очередной перебежки я почувствовал, как мне в глаз угодил солнечный зайчик. Тут же упав на землю, я перекатился за камень и замер на месте, притворившись ветошью. Но выстрела так и не последовало.

— Может, показалось? Да и откуда тут зайчик? Оптика бы тут не бликовала, тем более, дилетантов, что допустили бы подобное, в живых уже, скорее всего, не осталось. — мысленно произнес я.

Тем не менее, «береженого Бог бережет». Поэтому высовываться я не спешил, как бы это реально не оказался снайпер. Но и стоять на месте не вариант, так что я двинулся в другую сторону, обходя опасное место по дуге. Продвинувшись вперед еще метров на пятьдесят, я понял, в чем было дело. Все-таки рефлексы не обманешь, и да, это был солнечный зайчик, только не от оптики, а от консервной банки.

В густых кустах папоротника была обустроена снайперская лежка. И сделана весьма неплохо, если бы не пустая банка, то я бы мог ее и не заметить. А так вот пожалуйста, баночка, на свет просматривается силуэт неподвижно лежащего человека и немного торчит пятка ботинка. И смотрит снайпер в сторону водопада, по всей видимости, там кто-то есть. Недолго думая, я тут же вскинул свой автомат, и в эту же секунду над моей головой в небо взмыла ракета.

— Сука! — выругался я и спрятался за камень, в который тут же влетела пуля, высекая столп искр и выбивая крошку.

— Du hast keine Chance! Gib auf! (У тебя нет ни единого шанса! Сдавайся!) — громко прокричал снайпер.

— О как! Немец! — почему-то с радостью произнес я. — Хочешь, чтобы я сдался, а вот хрен тебе! Как там было? А, вспомнил! Russisch gibt nicht auf! (Русские не сдаются!) Сейчас ты мне за все ответишь!

— Deine Anwesenheit gibt dir keine Vorteile! (Твое происхождение не дает тебе преимуществ) — прокричал в ответ немец.

— Es ist seltsam, das aus dem Mund eines Deutschen zu hören. (Странно это слышать из уст немца) — ухмыльнувшись, ответил я.

Немецкий я знал на четыре с минусом, так как практики было не сильно много, в отличие от английского. Все же за границей проще говорить именно на нем или на русском. А вообще, катаясь в Европу, уже более актуально изучать арабские языки.

Вел беседу я с немцем не ради удовольствия, я просто готовился к атаке. Уж кому-кому, а ему я проиграть точно не могу. Оба прадеда не поняли бы меня и устроили бы взбучку на том свете.

Моя тактика была проста: да, я зажат за камнем и не могу выйти, но и он, хоть и держит меня на мушке, тоже ограничен в маневрах. Кусты и два камня — это все, что у него есть, а у меня есть гранаты. И чтобы их кинуть, из-за камня вылезать необязательно. Взяв в одну руку светошумовую, во вторую осколочную, я вынул кольца и заорал во всю глотку.

— Гитлер капут! — это я сделал не для ради пафоса, а для того, чтобы он не услышал, как отстрелила чека.

Мысленно досчитав до двух, я тут же метнул снаряды из-за камня.

— Три! — вслух произнес я и, зажмурившись, приоткрыл рот.

Два хлопка прозвучали почти одновременно, осколки полетели во все стороны, со звоном ударяясь о камни, а немец завопил от боли.

Убить я, конечно, его не убил, но ранил — это факт, а еще дезориентировал, но расслабляться было рано. Выкинул в одну сторону камень, а сам в этот момент выпрыгнул в другую. Немец даже выстрелил на звук падающего булыжника, а я увидел его силуэт в кустах и выстрелил в него. Пуля вошла прямо в предплечье, и рука повисла, словно плеть, да и сам он повалился на бок. Молниеносно приблизившись к нему, я произвел контроль в голову и отбежал назад, увидев, что он что-то сжимает во второй руке. И это было чертовски правильное решение, там была граната, которая взорвалась спустя пару-тройку секунд.

— Это тебе не французские круассаны трескать. — поднимаясь на ноги, произнес я. И тут же рядом с моей ногой в камень прилетела пуля. — Ух ты ж ежик! — выругался я и тут же спрятался за камень.

Глава 19

Теперь ясно, чем этот Гансик так сильно увлекся, что даже меня не заметил. Снайперская дуэль не шутка, и я случайно помог одному из игроков одержать верх. Точнее, я сделал за него всю работу, и в благодарность за это он теперь взялся за меня. Прижав меня пузом к земле, да так неудачно, что мне теперь ни лут собрать, ни выползти из-за валуна в сторону.

Игра, словно издеваясь надо мной, выстрелила в воздух ракетницей, указывая положение, но не мое, снайпера.

— А то я не знаю, что он, сука, там! — выругался я.

Я лежал на ровном плато за большим камнем. Игрок сделал два выстрела по мою правую и левую руку. Не знаю, чего он хотел этим добиться. Понадеялся на рикошет? Или просто как бы сказал: «Я тебя вижу, только высунешься — и ты труп!»

До ближайшего укрытия метров пятнадцать, но я при всей своей старческой прыти не успею до него добраться, все же пуля быстрее. А еще рюкзак остался в стороне, в нем была последняя дымовая шашка, что могла бы мне прикрыть отход. Ситуация в очередной раз патовая, но не критическая, как ни крути, ему меня не достать. А ракетница, что взмыла в небо над его головой, может привлечь к себе новых игроков, что зайдут к нему с тыла, на это и уповаю. Но все это может обернуться и иначе, если зайдут с этой стороны, с фронта. И тогда мне точно конец, бежать некуда и спрятаться тоже. Попал так попал.

Время шло. Солнце замерло в зените, испепеляя своими лучами. Голову пекло, хотелось пить, есть, спать и жить, и все это было под вопросом. Снайпер с той стороны не унимался и периодически постреливал то по камню, то по земле рядом со мной. Теперь я уже понимал, что он просто