Великолепная пятерка - Сергей Гайдуков

— Свободны, молодой человек, свободны...

— Но вы же, Марина...

— Даже если мы где-то встречались, это не значит... Быстрее... (треск) слушают. Вы от Бориса (треск) послал...

— Да кто нас слушает-то?

— (треск)... стрее!

— Я там был... Мужчина с дочкой попросил подойти (треск) жена Марина. Сказал, что ему сюда опасно идти, а мне ничего не будет. Мне ведь ничего не будет?

— Ну...

— Они вас (треск) какой-то школе, но вы опоздали...

— Я знаю...

— Что?

— Ничего, дальше...

— Если можете (треск)...

— А если не могу?

— Они вас будут ждать... У Парамоныча, что ли... Без вас они никуда (треск)...

— Пошел! Пошел (треск) быстро! Беги, придурок, беги!

— А?

— Это не он, не он! Он просто подходил! Это не муж, не муж!

Марина заметно волновалась, когда слушала эту запись впервые, заново переживая ту суматошную встречу у Парка культуры. Но когда она заговорила, то слова ее звучали вполне обдуманно и уверенно:

— И где же я вам соврала? Это на самом деле был не мой муж...

— Я не сомневаюсь, — согласился Челюсть. — Вы наверняка никогда раньше не видели этого человека.

— Совершенно верно.

— Но он к вам подошел и стал говорить о вашем муже, о вашей дочери, он назвал вас по имени...

— Это странно, — пожала плечами Марина. — Больше я ничего не могу сказать. Он угадал, как меня зовут. Имен мужа и дочери он не называл, так что...

— Вы сами назвали имя мужа.

— Я волновалась...

— Он упомянул школу, куда вы опоздали, и потому Борис уехал, не дождавшись вас... Это тоже гениальная догадка?

— Вы не представляете, насколько бывают изобретательны мужчины, когда они хотят чего-то добиться от женщины, — улыбнулась Марина. — Например, хотят познакомиться.

— Лично я хочу от вас добиться лояльности, сотрудничества... Правды, наконец. Насколько изобретателен я должен быть, чтобы мы миновали наконец стадию игры в непонимание и перешли к делу? Мне встать на голову или нарядиться в карнавальный костюм? Скажите мне это сразу и...

— А вы вообще имеете право меня здесь держать? Я знаю, милиция может для выяснения личности... А у вас есть такие права? По-моему — нет.

— Я должен вам сообщить по этому поводу одну печальную новость, — усмехнулся Челюсть. — Марина, вы живете в России. И здесь, как всем известно, кроме вас, неформальные контакты играют куда более важную роль, чем формальные законы. У нас сейчас с вами как раз вот такой неформальный контакт. Между корпорацией «Рослав» и вашим мужем произошло недоразумение, нелепый конфликт. Помогите нам разрешить эту ситуацию.

— Что я могу для вас сделать?

— Расскажите мне, кто такой Парамоныч и где он проживает?

— А я должна это знать?

— Да. Иначе вашему мужу не было смысла отправлять такое послание с тем парнем...

— Я уже говорила — вряд ли это был мой муж. Скорее всего, ко мне подвалил просто случайный парень...

— Да, случайный парень с потрясающими телепатическими способностями...

— Спросите у него, кто такой Парамоныч. Вы же поймали того парня?

— Я хочу услышать правду от вас...

— Я никогда не слышала ни о каком Парамоныче. Зато я с удовольствием послушаю про конфликт моего мужа с «Рославом». Это поможет мне разобраться в ситуации...

— В двух словах...

— Я хочу подробно.

— В двух словах, ваш муж подумал, что со стороны корпорации для него исходит какая-то опасность. Типа увольнения. И он пустился в бега.

— Увольнение — это не опасность, это неприятность. Что же тогда опасность?

— Я неточно выразился...

— Как бы не так.

— Он пустился в бега, хотя оснований для этого нет. Вы должны помочь нам найти его...

— Увы, — Марина развела руками. — Я сижу здесь уже вторые сутки — и как я помогу вам? Я бы могла позвонить каким-нибудь знакомым мужа, поспрашивать?

— Дайте нам их адреса и телефоны, — мы сами позвоним...

— Вы приедете к ним на танках, притащите их сюда и станете пытать.

— Вас же никто не пытает, Марина...

— Вы пытаете меня морально.

— А вы не хотите нам помочь.

— Отпустите меня домой, я приму душ, отдохну, поразмыслю на досуге и что-нибудь придумаю...

— Душ есть на этаже. А уж что касается поразмыслить — пожалуйста, я могу даже выйти из кабинета, чтобы вас не смущать...

— Но вы меня не выпустите.

— Я пока не услышал ничего про Парамоныча.

— И не услышите. Я хочу поехать домой.

— У нас нет бензина для служебных машин. Тём более сегодня суббота, все машины в гараже, а гараж закрыт. Подождем до понедельника. Как раз будет время поразмыслить...

— А еще можно меня не кормить, не поить и не пускать в туалет.

— Я подумаю об этих вариантах...

В понедельник Марина разговаривала уже иначе — она не играла, не делала большие удивленные глаза, она не пыталась обаять Сучугова. Марина была сосредоточенна, серьезна и немногословна.

— Кто такой Парамоныч и где он живет? — спросил гладко выбритый и одетый в свежее Сучугов, глядя на Марину, которой пришлось уже три ночи кряду спать на коротком диване в секретарской комнате.

— Я не знаю, — сказала она.

— Почему вы мне лжете?

— Потому что вы лжете мне.

— Интересно, в чем?

— Должно было случиться что-то из ряда вон выходящее, чтобы Борис так поступил. Это не маленький конфликт, как вы сказали. Это что-то другое.

— Другое, третье, четвертое... Я говорю вам, что имею право говорить. Я сам не в восторге от происходящего, но чем раньше вы скажете мне, где нам искать вашего мужа, тем будет лучше для всех.

— Я не уверена. Вы говорите «для всех», подразумевая "для корпорации «Рослав». У нашей семьи могут быть совсем другие интересы...

— Вы не хотите вернуться домой? Вы не хотите, чтобы ваш муж, ваша дочь вернулись домой? Разве не это — интерес вашей семьи? Так начните со мной сотрудничать!

Марина сжала губы, было заметно, что она поглощена какими-то своими мучительными размышлениями. Челюсть решил было, что его аргументы вкупе с тремя ночами на диване взаперти произвели должный результат, но, когда Марина разжала бледные губы, он услышал совсем не то, что ожидал: