Как мы нагибали галактику - Бандильерос

* * *

Посещение святым отсталого агромира ещё очень долго будет главной новостью и главной гордостью этой захудалой планеты…

* * *

Удар, ещё удар…

Тиранид с клинками вместо лап прыгнул на меня — но зря он это сделал — в полёте разрезал его пополам и ещё нескольким снёс головы — тиранид вокруг было — море. Настоящее море из хитина, клыков, когтей и кислоты — и оно стекалось к нам, а мы сражались с неистовством берсерков, спартанцев, как на Истваане — в окружении тварей и сражаясь до последнего — бились в неравном бою — их были сотни тысяч, а нас — две группы по восемь человек — но вёл их всех я.

Я решил размяться как следует — для чего нашёл биотитана тиранид и группу крупных тварей, которые укрылись и не контактировали с другими — они занимались размножением, и у них была охрана — поэтому мы пробивались внутрь.

Сёстры тоже были невероятно ловки, они секли их клинками и расстреливали из плазменного оружия. Каин с нами не пошёл, само собой — а зря, было очень весело! Я чуть не зазевался и увидел крупную волну тиранид, что лезли снизу, мы стояли на небольшом уступе — они вылезли кучей и забравшись к нам, напали.

Сопротивление было отчаянным — а я… я развлекался как мог — в бою моя сила святости начала меня ускорять сверх разумных и возможных для архонта пределов — когда активировался тактический анализатор — я превращался в сверхскоростную машину смерти, куда там медлительным астартес! Сносил тварей десятками за секунду, и обрушивал на них град ударов — даже очень крупный тиранид — а после мелочи вылезли крупные твари — был убит — я телекинезом рванул его вниз и одним ударом отсёк голову.

Тираниды трупами не размножались, как орки — поэтому их биомасса, если не была сожрана — превращалась в компост — а задачу по сбору и доставке к нам биомассы они выполняли прекрасно. Вот только вирусы в них были смертельно опасны для человека — и можно было заразиться. Поэтому их сжигали — две девушки с плазмомётами поливали тиранидов огнём — твари, попавшие в струю огня, превращались в пепел практически мгновенно — даже не зажаривались, а обугливались.

Ярость Солнца себя показывала ещё лучше — волкитные соларитовые винтовки исторгали яркий сияющий луч, который лишь ударившись в тиранида — вызывал почти мгновенную смерть — тиранид прожаривался изнутри до обугленного состояния за сотую долю секунды, волкит прожигал его насквозь. Луч можно было не выключая направить на других. Две сестры были вооружены масс-драйверными пулемётами — эти тяжёлые орудия стреляли снарядами, которые мгновенно превращали тиранид в разлетающийся фарш — а учитывая автоматический режим огня… Было им от этого плохо.

Плазмомётчицы — аналоги огнемётчиц — поливали врага в относительно ближнем бою, ну и конечно — все сражались мечами.

Я предпочёл меч, а не оружие дальнего боя. И прорубался — кровища и куски тварей летели во все стороны — разум улья конечно создавал психическую тень, которая мешала астропатам — но заблокировать псайкерство они не могли — поэтому масштабные атаки, вроде огненных смерчей, я мог запускать.

Рубиться было чрезвычайно весело — удары тиранид последовали один за другим — они ползли по трупам других и прыгали на меня — но в полёте разлетались на куски от моего меча, я использовал чисто арлекинскую технику фехтования мечом, которая была основана на скорости и ловкости.

Так продолжалось некоторое время — пока на поле боя не были телепортированы роботы Гетинаксы. Четыре единицы — в сиянии они появились и постояв так с полсекунды — мгновенно рванулись к тварям — и начали их крошить просто со страшной силой — они были гибкими и ловкими — и в то же время мощными, роботы — действовали по программе, имели невероятный уровень анализа ситуации на поле боя — для скорости они могли использовать и передние конечности при перемещении, их силовые когти — ударяли по тиранидам, а потом и плазменные орудия в дело пошли — гетинакс на моих глазах схватился с огромным тиранидом-карнифексом — робот ушёл от его относительно медленного удара и извернувшись вбок, вспорол ему брюхо своей силовой клешнёй — карнифекс отпрянул, но робот вцепился клешнёй в него и рванув на себя, начал того потрошить когтями — с такой скоростью двигаясь, что движения его смазывались, а карнифекс на глазах превращался в нарубленный фарш.

Обрубки тиранида упали на землю, а робот бросился на других — ему было наплевать на кислотные плевки тиранид — он не был уязвим к кислотам, поэтому пришлось им худо — всего четвёрка роботов — сражались словно самые страшные твари из кошмаров — их силовые клешни со страшной скоростью и силой потрошили тварей, разрывали на куски, при этом они полили огнём мелких и кинулись на крупных тварей — те пытались дать отпор — но силовая клешня гетинакса прорвалась через хитин и развернувшись в форме лепестков — начала вращаться с огромной скоростью, словно пила — и прорезать себе путь, во все стороны полетели ошмётки тиранида — клешня сама забуривалась глубже, проникая в тварь и превращая внутренности в фарш. Робот удлиннил руку и оказавшись на земле — пробил голову тиранида.

Они действовали крайне эффективно — четыре робота, соединённые в тактическую сеть — распределяли между собой цели и не позволяли ускользнуть ни одному — а попытка завалить их толпой мелочи — закончилась тем, что один из них снова выставил перед собой клешни, развернул их в форме пропеллера и раскрутил, продвигаясь вперёд — врезался, врубился в хитиновую волну — превращая её в ошмётки, которые кровавым фаршем полетели во все стороны. Его силовые клешни легко преодолевали хитин жуков и отбрасывали его — нарезая сразу огромное количество тиранид — тактика держаться вместе, скучковаться — оказалась для них крайне губительной — так их было легче превращать в фарш вращающимися лезвиями.

Я с высоты понаблюдал за красотой их боя — роботы были великолепны — они гибкие и быстрые — грави-манипуляторы позволяли им двигаться грациозно и быстро — а тактический анализатор — делал их крайне сложными противниками.

Они прорубили основную волну — которая подыхала