Что скрывает прилив - Сара Крауч

Сара Крауч

Что скрывает прилив

© 2024 by Sarah Crouch

© Сизарева М., перевод на русский язык, 2024

. ООО «Эвербук», Издательство «Дом историй», 2025

© Макет, верстка. ООО Группа Компаний «РИПОЛ классик», 2025

Моей матери Лори, которая любила мои истории задолго до того, как в них появился смысл

Примечание автора

«Прилив» – это художественный вымысел, однако написать о резервации «Священная гора» и скваломском народе автора вдохновило общение с коренными народами ламми и навахо.

Автор подчеркивает, что скваломская культура вымышлена и не соответствует ни одному реально существующему племени. При этом автор стремился изобразить жизнь скваломской резервации с глубоким уважением, исследуя уникальную связь между американскими резервациями и соприкасающимися с ними городами.

Пролог

3 января 1994 года

Серая пена хлестала по носовой части крошечного рыбацкого катера, когда тот, подпрыгивая, несся на север по тихим водам залива Пьюджет-Саунд. За ветровым стеклом сидел рыбак по имени Майк Гинтер и пристально вглядывался в окаймленный елями и соснами берег. Он высматривал засохшую сосну – ту самую, у которой, точно голые кости, торчали из верхушки белесые ветви.

Стояло раннее воскресное утро. Майк, похоже, в кои-то веки первым доплыл до их с Уэсом излюбленного рыбного местечка. Он заглушил двигатель, и катер бесшумно, точно бумажный кораблик, скользнул в едва заметный проход, ведущий в бухту. Из местных рыбаков, насколько Майку было известно, о бухте знали только они с Уэсом. По узкой полоске, зажатой между засохшей сосной и соседним с ней деревом, удавалось проплыть лишь во время прилива, прижавшись к ветровому стеклу, чтобы не напороться на царапающие низкий борт длинные ветви.

В потайную бухту впадал небольшой ручей, несущий свои воды через землю, принадлежащую Элайдже Литу. Ручей наполнял бухту пресной водой, на которую со всех концов Пойнт-Орчардс сплывалась самая жирная форель. Они с Уэсом железной клятвой поклялись не говорить о бухте ни одной живой душе – хотя каждое воскресенье какой-нибудь рыбак косился на их солидный улов и спрашивал, где это им так привалило.

Катер вынырнул из-за сосен. Майк сорвал с головы шапку и закинул ее на заднее сиденье. Он уже готовился отчитать приятеля за опоздание, когда тот наконец явится, как вдруг заметил знакомую лодочку, которая, словно колыбель, покачивалась у противоположного берега. Чертыхаясь, Майк выудил из-под сиденья алюминиевые весла и принялся грести. От плеска весел безупречно четкие отражения сосен заплясали в легкой ряби. В бухте они с Уэсом всегда выключали мотор: во-первых, так их могли услышать и обнаружить проплывающие неподалеку рыбаки, во-вторых – фактически они тайком вторгались на землю Элайджи Лита.

Майк пересек озеро и подплыл к лодке. Уэс стоял к нему спиной, вытянув руки по швам и неотрывно глядя вглубь чащи. Берег с этой стороны отсутствовал: темный лес подступал к самой кромке воды, ели склонялись над заводью, а их черные тени сливались на поверхности в зыбкое кольцо.

– На часах без двадцати восемь! – крикнул ему Майк, подплывая ближе. – Солнце взошло аж минуту назад. Что тебе там, медом намазано?

Уэс не повернул головы. Не посмеялся над шуткой – даже ухом не повел. Майк опустил правое весло в воду и, поравнявшись с лодкой, притормозил.

– Как там поется? Дай прыгну я[1]…

Взглянув на Уэса, Майк осекся. Лицо у него окаменело. Не стой его приятель на двух ногах, Майк бы подумал, что перед ним труп.

– Смотри, – чуть ли не с трепетом прошептал Уэс. Майк оторвался от его лица и посмотрел в сторону леса – туда, куда глядел Уэс.

В тени, на ветке высокого гемлока, болталось тело женщины с петлей на шее. Пальцы ее ног касались влажной земли, руки безжизненно свисали по бокам. Она висела к ним спиной, но ее ни с кем нельзя было спутать. Ни одна женщина в Пойнт-Орчардс не могла похвастаться такими волосами – изумительные кукурузно-золотистые локоны, струящиеся до пояса гладкими шелковыми волнами. Волосы, которые восхищали Майка Гинтера – равно как и других мужчин, заходивших в кабинет их обладательницы. Волосы, которые его жена считала неподобающе длинными для врача. Подул ветерок, и труп на веревке стал медленно разворачиваться. Майк отвел взгляд. Он не хотел видеть ее лица.

* * *

В девять ноль два шериф Джим Годбаут привязал серебристый полицейский катер к поваленному дереву на берегу. Его помощник Джереми уже вовсю описывал круги вокруг гемлока, с которого свисало тело доктора Эрин Лэндри, и беспокойно разглядывал его от макушки до пят.

– В кармане записка, – сообщил Джереми, когда Джим подошел. Пытаясь не касаться ледяной руки Эрин, почти прислоненной к карману, Джереми осторожно выудил из ее флисовой куртки сложенный листок бумаги и вручил его шерифу. Джим развернул записку, бегло пробежал ее глазами. Дошел до конца и начал заново, на этот раз вчитываясь в каждое слово. С глубоким вздохом сложил записку и сунул в карман. Когда Джим поднял голову и встретился взглядом с Джереми, казалось, что он резко постарел и выглядит на все свои шестьдесят восемь.

– Что там? – нетерпеливо спросил помощник.

– Давай-ка спустим ее с дерева, – с горечью сказал шериф.

Джереми ухватился за ветку, торчавшую на уровне его плеч, подтянулся и, вскарабкавшись по лапам гемлока, оказался на ветке, к которой была привязана веревка.

– Похоже, залезла на дерево, закрепила петлю и сиганула вниз, – прокричал он, борясь с заледенелым узлом.

Джим обхватил Эрин за талию, веревка соскользнула. Он перекинул тело через плечо и мягко опустил его на землю возле заиндевелых зарослей папоротника. Попытался прикрыть ей глаза – один раз, другой, – но те упрямо распахивались.

Цепляясь за ветки и кряхтя, Джереми спрыгнул на землю. Вдвоем они безмолвно глядели на Эрин – ей было тридцать пять, и мертвая она была не менее прекрасна, чем живая.

– Не понимаю, – покачал головой Джим.

– Не понимаете, что ее на это толкнуло?

– Не понимаю, почему именно здесь. В городе деревьев пруд пруди. Сдалась ей эта сосна на задворках у Элайджи Лита. Она могла сделать это где угодно. В бухте тело провисело бы несколько недель, а то и месяцев – не заплыви сюда Майк с Уэсом.

Шериф присел на корточки возле головы Эрин и уперся ладонью в мшистую почву. Указательным и большим пальцами