Современный детектив. Большая антология. Книга 12 - Андреас Грубер

Голуэе, пытаясь осознать происшедшее и отыскать в нем смысл. Его отец владеет баром в Латинском квартале. И они часто засиживались там допоздна, обсуждая его видения, особенно одно — на побережье Коннемары. (Точнее, говорил всегда один Джар, а отец только слушал.) Некоторые из этих видений были порождены ложными тревогами, и Джар это понимает. Но другие он не может ни объяснить, ни выбросить из головы…

— Ты похож на смерть, дружище, — заявил Карл, плюхаясь в свое кресло так, что сиденье под ним издает плаксивый свист. — Опять видел призрак?

Джар ничего не отвечает приятелю, пока тот ждет, когда загрузится его компьютер.

— Господи, дружище, прости, — пробормотал Карл, перебирая на своем столе диски. — Я подумал…

— Я купил тебе кофе, — перебил его Джар, передавая Карлу латте. Он не хотел продлевать замешательство друга.

Карл был немного полноват; его детское лицо украшала копна светлых, заплетенных в дреды волос и улыбка херувима. Правда, у него имелась одна раздражающая Джара привычка — сокращать слова в электронных посланиях («пож» вместо «пожалуйста», например) и перемежать свою речь такими словами, как «господи», «чудненько», и «лады». Но в нем гораздо меньше злобности и ехидства, чем у всех остальных знакомых Джара.

— Чудненько! — раздался ожидаемый возглас, и в воздухе повисает неловкая пауза.

— Что случилось? — первым прервал молчание Карл.

— Я сделаю сегодняшние дудлы, — сказал Джар, игнорируя его вопрос.

— Ты уверен?

— Это Ибсен. Мой старый приятель.

Они с Карлом по очереди писали статьи о текущих тематических рисунках Google. Для этого они должны были заходить на страничку австралийского Google в ночь перед публикацией, опережая спящий люд на целых одиннадцать часов. Но оба часто забывали это делать. Статьи загружались на веб-сайт, где их никто не мог увидеть, но отлично стимулировали трафик, поскольку люди тщетно кликали на приукрашенный логотип поисковика.

Получасом позже, загрузив об Ибсене даже больше информации, чем требовалось (преимущественно о Гине Экдал из «Дикой утки» и необыкновенном студенческом спектакле в Кембридже пять лет назад), Джар уже прятался с Карлом от моросящего дождя в улочке неподалеку от офиса, морща нос от запаха пива и куда более неприятного смрада испражнений, еще не выветрившихся там с прошедшей ночи.

— Типичный лондонский денек, — сказал Джар, заполняя молчание. Он понимал: Карл собирался с духом, готовясь завести разговор на щекотливую тему. И оглядывался по сторонам в поисках отвлекающего момента. — Ты смотри, какой «пиццаед»!

— Где? — тут же среагировал Карл.

Джар кивком головы указал на мужчину, который шел по тротуару на противоположной стороне улицы и разговаривал по мобильнику, держа его перед своим ртом горизонтально — как кусок пиццы. Карл и Джар наблюдали за ним, посмеиваясь. У них обоих был «пунктик» насчет людей, неловко обращающихся с мобильниками. Наблюдать за такими чудаками и вправду было забавно. Одни украдкой шептали что-то, прикрывая рот сложенной в пригоршню рукой; другие подносили мобильник то к уху, то ко рту. Но «пиццаеды» были их любимчики.

— Я знаю, это не мое дело, — все же заговорил Карл, прикуривая сигарету, как только очередной «пиццаед» исчез в толпе. Он зажимал сигарету своими пухлыми пальцами, большим и указательным — как ребенок, пишущий мелом. — Но, возможно, тебе стоит серьезней отнестись к своим видениям, ну ты понимаешь…

Пряча руки в карманах своей замшевой куртки, Джар отвел взгляд в сторону. Ему тоже хотелось закурить, но он пытался бросить. В который раз! Роза никогда не курила. Он вышел на улицу, чтобы составить Карлу компанию, дать ему понять, что его утреннее смятение и раздраженность развеялись. А заодно и увильнуть от совещания в одиннадцать часов.

— У меня есть на примете человек, способный тебе помочь, — продолжал Карл. — Психотерапевт. Консультирует людей, переживших тяжелую утрату.

— Тебя снова потянуло к могилам? — спросил Джар, припоминая Карлу его недавний печальный опыт «знакомства на похоронах». Движимый идеей о том, что на похоронах выделяются феромоны («полна страсть горя и полно горе страсти»), Карл побывал, иногда даже без приглашения, на множестве поминок в надежде найти там свою любовь — не обязательно вдову, а просто какую-нибудь смятенную, но соблазнительную особу в трауре.

— Она классная. Я бы с ней замутил, — признался Карл.

Джар бросил на друга удивленный взгляд.

— Да нет, ничего не вышло. Она всего лишь помогла мне с одной статьей.

— О «Тиндере»?

— Меня заинтересовали последние психологические исследования — о благотворном воздействии музыки в приемных психиатров. Под звуки старого, традиционного джангла люди могут расслабиться и разоткровенничаться гораздо больше.

— Или выпрыгнуть из окна, что более вероятно. — Джар взял паузу. А потом отнял у друга сигарету и глубоко затянулся. — Дело в том, что сегодня утром я уверился больше, чем когда-либо, что Роза жива.

— Но это была не она, ведь так?

— Может быть, и она. В том то и дело.

Какое-то время приятели стояли молча, глядя на дождь. «Надежда — вещь очень личная и очень хрупкая, легко убиваемая другими», — думал Джар, снова забирая у Карла сигарету и делая затяжку. Он не винил друга за скептицизм — он у него был в крови. Приятели уже собирались вернуться в офис, когда взгляд Джара привлекло движение: у окна в «Старбаксе» через дорогу садился высокий человек. Черный пиджак от «Норт фейс», приподнятый воротник, обычные каштановые волосы, невыразительные черты лица. Вполне себе заурядный тип. Если не считать того, что Джар его видел уже в третий раз за два дня.

— Ты узнаешь этого человека? — спросил он Карла, кивая на «Старбакс».

— Не могу сказать.

— Ручаюсь, он был прошлой ночью в пабе. И в моем автобусе вчера.

— За тобою опять следят?

Джара последнее время не покидало ощущение, будто за ним наблюдают. Он уже говорил об этом Карлу. И сейчас лишь кивал в притворном согласии: друг, наверное, опять поднимет его на смех. Так и есть. Карл ухмыльнулся:

— Дружище, а тебе известно, что каждый третий человек страдает паранойей?

— Всего то? А двое других?

— А двое других за ним наблюдают.

Джар пытался выдавить улыбку, чтобы показать Карлу, что с ним все в порядке — просто разыгралось воображение. Но у него не получалось.

— Знаешь, когда я увидал ее сегодня на эскалаторе, у меня возникло такое странное чувство… — Он замолчал, косясь на человека в черном пиджаке. — Ну, в общем… Розы здесь нет, Карл, но она существует. И она ищет путь, как вернуться назад.

4

Кембридж, осенний триместр 2011 г.

Вот уже две недели, как я приехала сюда. И, как никогда, скучаю по отцу. Я думала, что смена обстановки, новые впечатления