Современный детектив. Большая антология. Книга 1 - Карстен Дюсс

В своем гостиничном номере, потушив свет, Пеллетер долго лежал и не мог уснуть, несмотря на то, что невероятно устал за день и за вечер.

Он все вспоминал свой разговор с заместителем начальника тюрьмы.

Фурнье был искренне удивлен, когда Пеллетер рассказал ему о пятерых убитых арестантах, найденных в поле. Меранже можно было считать шестым, а заключенного, на которого напали с ножом, — седьмым… Таким образом, напрашивался вывод, что кто-то убивает людей прямо в тюрьме. Но главный и основной вопрос, который Пеллетеру задал Мауссье, а Пеллетер задал его сегодня Фурнье, а сейчас, снова и снова, задавал самому себе, заключался в следующем:

Как эти мертвые тела оказались за пределами тюрьмы и почему при этом никто об этом ничего не знал?

Или вопрос можно было поставить иначе:

Кто вывез мертвые тела из тюрьмы и почему при этом никто об этом ничего не знал?

На самом деле Пеллетер был убежден, что Меранже убили в стенах тюрьмы. И если Фурнье действительно ничего не знал…

Пеллетер попытался припомнить всех, кого он видел за три своих визита в тюрьму, но таких людей было слишком много, и к тому же он там видел далеко не всех. Собственно, в этом и заключалась проблема — он видел далеко не всех.

Он снова и снова прокручивал это в мозгу, спрашивая себя, кто мог вывезти из тюрьмы тело Меранже, и незаметно уснул.

Глава 10

Очередь на допрос

На следующее утро, выйдя из отеля, Пеллетер успел сделать всего пару шагов, как его остановили.

— Инспектор Пеллетер! Вы довольны моей статьей? Как-никак спецвыпуск!..

Это был Филипп Сервьер.

Пеллетер, даже не глянув в сторону репортера, молча развернулся и направился в полицейский участок. Город кипел утренней деловой жизнью. Мужчины спешили на работу, женщины, любительницы походов по магазинам, уже возвращались с покупками. Два пожилых горожанина уселись на привычные места у памятника на площади. Возможно, местные жители относились к последним событиям как к проблеме, касающейся только самой тюрьмы, а никак не их города.

Сервьер сбежал вслед за Пеллетером по ступенькам.

— Мы уже готовим сегодняшний спецвыпуск! Убойные новости! Хотите что-нибудь добавить? Я могу пустить в номер. Как вы думаете, удастся нам вспугнуть убийцу?

Пеллетер шагал не останавливаясь. Он проснулся сегодня с настоятельной потребностью действовать, как-то подкрепить делом свои вчерашние обещания в газете, и эта ходьба сейчас была ему на пользу — наконец-то действие вместо затянувшегося ответного реагирования.

— Мне нужно как-то оживить всю эту историю. Я не могу больше замалчивать исчезновение Розенкранцевой жены! Инспектор!.. Может, скажете что-нибудь? Какие-нибудь комментарии?..

Они уже подходили к зданию мэрии, где на площадке стояла припаркованная полицейская машина. Пеллетер завернул за угол, направляясь к дверям полицейского участка.

— Я думаю, — следуя за ним по пятам, продолжал Сервьер, — что у мадам Розенкранц могла быть только одна причина для бегства — это если она убила своего отца. И вы допускаете большую ошибку, не проявляя интереса к ее розыску.

Пеллетер, уже стоя на ступеньках, резко повернулся к Сервьеру. Тот от неожиданности даже отпрянул.

— Вы так и собираетесь написать в своей газете? — спросил Пеллетер.

— Ну да… — ответил Сервьер, чья самоуверенность заметно поубавилась.

— Я бы на вашем месте дважды подумал, делать ли это. Месье Розенкранцу это очень не понравится.

— Я печатаю свои материалы не для того, чтобы кому-то понравиться. Я печатаю новости.

— Но это же не новость, а всего лишь ваши домыслы. — С этими словами Пеллетер повернулся и скрылся за дверью, оставив растерянного Сервьера одного на лестнице.

Атмосфера, царившая в полицейском участке, являла собой полную противоположность безмятежности нежащегося на солнышке города. Здесь опять бушевали страсти. Все та же старушка с тявкающей собачонкой на руках опять обвиняла очередного водителя в попытке совершения собакоубийства. С обеими возмущенными сторонами безуспешно пытались справиться два офицера. Весь этот гвалт перекрывал зычный голос месье Розенкранца, который, нависая над другим столом, орал на третьего офицера, два дня назад помогавшего Пеллетеру с выкапыванием гробов.

Завидев Пеллетера, Розенкранц, отстав от полицейского, сразу бросился к нему.

— Она так и не появилась, представляете? — сказал он.

— Да я обязательно помогу вам! — крикнул ему офицер.

— Я вижу, сегодня вы крепче на ногах держитесь, — язвительно заметил Пеллетер.

— Да я просто в панике, не нахожу себе места!

— Вот этот офицер примет у вас заявление, — сказал Пеллетер, жестом приглашая Розенкранца вернуться к столу.

— Да эти офицеры должны были принять у меня заявление еще несколько дней назад! У меня жена пропала. Она, может, мертвая где-нибудь лежит, а они тут чем занимаются?! Какими-то шавками, какими-то ребятишками!.. Ее отца убили, могли убить и ее. Могли же ведь? Вырезать целую семью. И этим как раз вы и должны сейчас усиленно заниматься.

— Надо же, это уже вторая версия, которую я слышу за сегодняшний день. А первая была такая, что ваша жена убила своего отца и поэтому сбежала.

— Кто это сказал?

— Вы справлялись в станционной кассе? Она на поезд садилась?

— Я справлялся. Нет, не садилась. А все-таки кто сказал, что она убила своего отца?

— А как насчет машины?

— Машина у меня есть. Но она могла уехать из города, голосуя на дороге. Да и вообще, при чем тут это? Я считаю, что ее могли убить. И все-таки требую, чтобы вы сказали, кто несет эту чушь насчет того, что она убила своего отца!

Офицер, устав ждать Розенкранца, вернулся за свой стол.

— Сервьер. Он собирается напечатать это в «Веритэ». Он, кстати, сейчас снаружи околачивается.

— Да я ему сейчас… — взвился Розенкранц и, не договорив, опрометью бросился к двери.

— Сработало! — удовлетворенно заметил Пеллетер, улыбаясь офицеру за столом.

От истошного тявканья собачонки в ушах стоял звон.

На пороге своего кабинета показался Летро, осунувшийся, как будто не спал всю ночь, какой-то всклокоченный и помятый.

— Что здесь происходит? — устало возмутился он.

Пеллетер подошел к Мартену, доставая из кармана свой клеенчатый блокнот.

Увидев инспектора, Летро тоже подошел к стойке дежурного офицера, но тут собачонка снова зашлась в визгливом лае, и Летро, повернувшись к офицерам, взревел:

— Уберите отсюда эту живность!

Хозяйка собачки мгновенно переключила свою шумную тираду на Летро, и он тут же оказался втянут в разборки.

Пеллетер дал Мартену переписать арестантские номера из своего блокнота. По тому, как старательно молодой полицейский переносил к себе цифры, было видно, что он очень горд тем, что Пеллетер выбрал для этого задания именно его.