Современный зарубежный детектив-23. Компиляция. Книги 1-18 - Шахназ Сайн

Он неохотно прошел за ней в гостиную и помог откатить раздвижную дверь, ведущую в меньшую комнату.

– Приедет миссис Поул с сыном. – Голос у Линды был усталый. – Это невестка Хлои. Ее муж, мистер Поул, сейчас за границей, а она ближайшая Хлоина родственница. Бедняжка сильно расстроилась.

Линда вздохнула, и Кэмпион повернулся к ней.

– Нелегко?

– Боюсь, нелегко будет с ней. Она меня продержала у телефона почти сорок пять минут. Ужасно, да? Я как-то не осознаю, что речь идет о смерти. Нехорошо так говорить, но у меня, скорее, ощущение, будто это новая постановка.

Взяв протянутую Кэмпионом сигарету, Линда присела на подоконник.

– Вам не помешало бы сейчас поспать. – Сыщик чувствовал себя как-то глупо. – За последние сутки у вас было столько переживаний – все эти события да еще ребенок…

Линда посмотрела на Кэмпиона, и он удивился выражению ее лица.

– Я забочусь о дочери, – сказала она. – Я ее люблю. Я отнюдь не безответственная. Делаю все, что только могу. Я бы даже гулять ей разрешила, но боюсь, как бы чего-нибудь не случилось. Она еще маленькая, совсем маленькая. Бедная моя девочка… – Линда отвернулась к окну.

Она не плакала, но рот у нее чуть скривился. В своем горе молодая женщина была так трогательна, что Кэмпион позабыл о тягостном и ранее неизведанном смущении, которое его охватывало в ее присутствии.

– Это же и так понятно, – кивнул он.

– Правда?

– Думаю, да.

Она благодарно улыбнулась со слезами на глазах, и у Кэмпиона болезненно сжалось сердце, напомнив ему тем самым о своем существовании.

– Я не успела поговорить с доктором из-за миссис Поул, – с сожалением произнесла Линда. – И вот так постоянно. Хотя у меня нет никакой работы, все равно времени ни на что не хватает. Казалось бы, смешно даже говорить о хозяйстве, когда у нас столько слуг, но в доме, где постоянно приезжает и уезжает куча народу, причем без предупреждения, всегда много чего приходится организовывать. Слуги же не обязаны за нас думать. Если у них есть какой-то распорядок, они ему следуют, а если нет, нужно всякий раз принимать решения. При этом им часто приходится перерабатывать, и они сильно устают. Есть еще и всякие другие мелочи: с кем-то договориться, кого-то встретить на станции, занять гостей, когда всем остальным не до них. Я не забросила Сару, ни в коем случае. Каждую свободную минутку я с ней. Толку от меня, конечно, немного. Трудно думать так же, как думает ребенок, а если Сару не понимают, она начинает скучать или пугается. Девочка так одинока… – Линда перевела дух и, поймав взгляд собеседника, впервые сообразила, что он человек чужой. – Простите, – суховато извинилась она. – Я весь день не в себе, потому что не успела поговорить с доктором насчет Сары. Ужасно несправедливо: у меня наболело, а вы просто оказались рядом, и я все на вас вывалила. Еще раз простите.

Кэмпион искал достойный ответ, изящный и утешительный. Ничего такого не придумалось, зато он сделал некое открытие и сообщил о нем – прямо и бесхитростно:

– Вы ведь и сами одиноки, правда?

Линда окинула его понимающим взглядом.

– Вы умный человек. Гораздо умнее, чем я вначале подумала… Простите, это грубо прозвучало, я не хотела… Скоро вернутся Ив и Мерсер. Очень мило с ее стороны, что она его свозила.

Кэмпион принял эту неловкую попытку сменить тему и стоял, любуясь профилем Линды на фоне окна.

Она продолжила, пожалуй, слишком поспешно:

– Они поехали в Берли забрать кое-какие ноты. Кому еще, кроме Мерсера, приспичит в такой момент ехать за нотами. Его ничто не выбьет из колеи. Его водитель уехал, и Ив, боюсь, была просто вынуждена предложить помощь. Сам он в жизни за руль не сядет. Скоро уже все вернутся. Вердикт ведь будет «несчастный случай», да? Носок говорит, вы позаботились.

– Я ничего не сделал, – отозвался Кэмпион излишне, как ему показалось, правдиво. – Но насчет вердикта, думаю, да: «несчастный случай».

Линда кивнула.

– С чего бы ей кончать жизнь самоубийством? – пожала плечами она. – По-моему, Хлоя была вполне собой довольна, бедняжка. И к тому же en grande tenue[228]. Очень странно.

– En grande tenue?

Линда слегка смутилась.

– В смысле – старалась выглядеть соблазнительной. Бывает у людей такой настрой, когда они в поиске. Вы меня понимаете. Некоторые люди подсознательно всегда себя так ведут, а другие – когда их интересует кто-то конкретный. Подобное замечаешь инстинктивно.

Мистер Кэмпион поднял брови:

– Хлоя Пай была в поиске?

– Думаю, да. – Линда говорила тихо и задумчиво. – Не знаю, кто ее интересовал. Я думала – Носок. Он многим женщинам нравится. Такой неприхотливый. Не то чтобы совсем неопрятный… ну, вы понимаете, о чем я.

Кэмпион улыбнулся:

– Вряд ли это подошло бы Хлое Пай, верно?

– Не знаю. – Взгляд у Линды был серьезен. – До того как она приехала, я ее видела только один раз. Я зашла к Джимми в гримерку, а Носок привел ее со мной познакомиться. Хлоя сразу сказала, что мечтает провести выходные за городом, и я ее пригласила чисто из вежливости, а она сразу ухватилась. Джимми потом расстроился, требовал, чтобы я от нее отделалась, но мне не хотелось поступать грубо. Господи, лучше бы поступила.

Некоторое время Линда помолчала.

– Наверное, это и был несчастный случай, – проговорила она наконец, без особого, впрочем, убеждения. – Как тяжело и страшно.

– Страшно?

Линда посмотрела на собеседника, и в ее взгляде мелькнуло нечто, от чего он разволновался.

– Я слишком много говорю. Потому что вы такой человек, все понимаете, вот и хочется вам рассказать.

Кэмпион сел.

– Мне можно довериться, – просто сказал он. – Так почему страшно?

Линда призадумалась, а потом повернулась к нему.

– У вас в доме когда-нибудь были крысы? – неожиданно спросила она. – Когда есть мыши, это просто неприятно, как мухи или, скажем, кучи старых журналов. Но с крысами – иначе: вы ощущаете чей-то злой и невидимый разум, который направлен против вас в вашем собственном доме. Если вы подобного не испытывали, я не смогу вам объяснить, а если испытывали, значит понимаете. Кажется, что рядом какой-то враг. Именно так я чувствую. Хлоя погибла странно, и произошло это на фоне других нехороших моментов.

Линда, сжавшись в комочек, смотрела на собеседника. На ней было темное атласное платье, золотистая кожа казалась теплой, лицо – живым и умным. Маленькая изящная женщина, но, несомненно, с характером. До Кэмпиона дошло, что он влюбился и никогда уже в ее присутствии ему не будет спокойно.

По поводу своего дома Линда совершенно права. Ее окружают враги, и, если сейчас он ее бросит, это будет настоящее предательство. Кэмпион не отводил глаз от ее лица, но едва ли