Современный зарубежный детектив-22 - Лэй Ми

– Мы приехали.

– Что-то не похоже на фотки из интернета… – прокомментировала Ханна, ступая на очищенную от наледи заасфальтированную дорожку.

Лора, выползавшая после нее, только что-то промычала в знак согласия.

Фабрика, построенная по последнему слову технического прогресса, выглядела в гористой местности Хайленда чужеродной. Лора поняла, что их привезли не к главному входу: перед ней предстала огромная, обшитая белым сайдингом коробка, по размерам едва ли не превосходящая самый большой супермаркет «Теско». Часть логотипа фирмы можно было, если хорошенько напрячься, увидеть с левой стороны. Всего пара секунд, и перед девушками открылись двери, тоже выполненные из сайдинга, их трудно было разглядеть невооруженным глазом.

Все продолжало казаться Лоре если не миражом, так точно обманом зрения.

Глава 7

Лору не покидало липкое ощущение обмана. В действительности же никакого обмана не было: ее завышенные ожидания просто не совпали с реальностью. Да, она была уверена, что фабрика Колтов будет похожа на традиционную фабрику тети Мэдди. Тем более после увиденного в интернете!

«Хотелось бы сказать, что я больше никогда не доверюсь информации в сети. Но было бы глупо себя обманывать».

В холле, точнее маленьком складском помещении, девушек встретила миссис Колт. Она заметно нервничала и сразу же начала забрасывать их вопросами о дороге, об обеде и через каждые два слова предлагала выпить чаю и отчитывала мистера Сондерса. Они почти не останавливались и проходили то через складские помещения, выглядящие как строительный магазин, то через широкие коридоры, которые могли бы использоваться для лечения клаустрофобии и указывали на совершенно неуместное распределение площади.

– Как и многие в Шотландии, Колты начинали с производства тартанов. Но вскоре нас оттеснили фабрики с многовековой историей. Понимаете, маркетологи таких небольших семейных брендов уже давно смекнули, в чем их сила. Теперь акцент делается на семейной истории, их страшных лишениях и помощи армии и гражданам во время войны, а также, конечно, пошиве платья для какого-нибудь посла или дальнего родственника Вильгельма Второго или Людовика Пятнадцатого. Мы в этой иерархии были даже не в середине. Поэтому родители Лахлана решили заняться пошивом другой категории – теплыми, но элегантными вещами. Сейчас бы это назвали «сменить концепцию». Представляете, у нас есть небольшой музей в западном крыле, могу провести для вас экскурсию. Там хранятся самые первые коллекции. Вскоре Колты перевезли нескольких мериносов из Испании и Австралии, так как производить шубы из меха ягнят они не считали этичным. Ох, как это было модно! Но ничего не поделаешь. Лучше отстаивать свои принципы, чем поступать в угоду веяниям моды.

Мериносы оказались непросты в содержании, и австралийская порода у нас не прижилась. Зато сейчас на фабрике больше тысячи мериносов! Вспомнилась шутка, вы, должно быть, ее слышали: говорят, в Шотландии овец больше, чем людей.

Ханна натянуто улыбнулась и испустила короткий смешок. Хуже всего, когда собеседник не реагирует на твой анекдот.

– Смена концепции пошла нам на пользу. «Колтенберри» стали элитой в мире шерстяных изделий по всей Великобритании. Мы и теперь одни из немногих шьем вещи из своей же пряжи. Большинство мануфактур в стране обрабатывают шерсть и продают ее оптом. Знаете, ходит легенда о том, что Колтам поступал большой заказ от королевской семьи. Но это еще до того, как правление перешло к Лахлану, а я вышла за него замуж. Думаю, что это неправда, иначе мы бы стали популярны во всем мире. А может быть, отец попросил ничего не афишировать. Такой уж был старик Колт – преданный делу и семье, он не гнался за славой. А я вот чуть-чуть гонюсь. И именно поэтому ожидала, что появление на шее монарха шарфа от «Колтенберри» выведет нас на новый уровень.

Миссис Колт остановилась у кулера с водой и покачала головой. Она вновь достала флакончик антисептика – в воздухе повис химозный арбузный аромат.

– Извините меня, я вас, наверное, заболтала. Зачем вам вся эта информация? Когда я переживаю, совсем не слежу за собой – могу говорить без умолку.

Лора вмиг забыла все вопросы, которые хотела задать рассказчице. В голове промелькнула мысль, что все это было спланировано миссис Колт, чтобы сбить ее с толку. Чтобы втереться в доверие. Но осушенный ею за секунды пластиковый стаканчик ледяной воды показал, что та как минимум нервничает без толики наигранности. Только вот из-за чего она нервничает на самом деле?

– Давайте я напою вас чаем, а там решим, что делать дальше?

«Соберись, Лора. Соберись, прежде чем Ханна наговорит лишнего».

– Миссис Колт, если позволите, я задам вам пару не совсем удобных вопросов?

Ханна подавила искренний смешок, который чуть не вырвался у нее от гордости за подругу. «Совсем как детектив!» – подумала она и отступила назад.

– Конечно, мисс Картленд. Тогда пока останемся здесь. Коридоры здесь на удивление самые уединенные места. – Повисло короткое молчание, Энн переводила дыхание, будто нанизывала слова на нить диалога. – Если вы хотите докопаться до правды, вам придется задать не одну пару неудобных вопросов.

И этот ответ заставил Лору напрячься. Все же Энн была непростым собеседником, и уж точно многогранной личностью. Страшило то, что перед Лорой представала всего одна из этих граней.

Энн сделала короткий звонок и попросила некую Меган заварить чая на три персоны, после чего посмотрела на Лору, словно жаждала скорее оценить ее возможности.

У Лоры было несколько тактик и вариантов развития событий. Но все они могли пойти прахом из-за неизвестной переменной – миссис Колт.

– Извините, что спрашиваю, но что произошло с вашим мужем? Как он сейчас себя чувствует?

– Мне столько раз задавали этот вопрос, что я знаю все свои ответы наизусть. Я имею в виду ответы для прессы, для родственников, для друзей. Но так как я вас нанимаю, не вижу смысла вам лгать. У Лахлана случился инсульт: внезапно, в чудесный летний день. Мы собирались в ресторан отметить годовщину свадьбы. Он с самого утра жаловался на слабость, путал слова. А я смеялась, представляете? Думала, что он шутит. Ему тогда было сорок восемь лет, он вел активный образ жизни, занимался спортом, хорошо питался… Врачи сказали, что всему виной стресс. Естественно, Лахлан переживал за фабрику. А кто нет? Мы привыкли жить хорошо, привыкли к достатку. Но постоянное повышение пошлин, аренды и комиссий свело нашу прибыль к минимуму. Поэтому мы и обсуждали модернизацию, поэтому и размышляли о викуньях. Нам предстояла тяжелая реабилитация. Видеть мужа таким…