В оковах Темного города - Анна Рейнер

— Господин Керреро, как продвигается расследование в поимке нового колдуна? — осведомился судья Диксон, испытывающе взглянув в глаза Мориса. — Удалось выйти на след?

— Зацепок практически нет, — пришлось признать начальнику Тайного сыска. — Но можете не сомневаться мы, рано или поздно, вычислим преступника.

— Лучше уж рано, — произнес мэр города. — Лишние волнения среди горожан нам сейчас ни к чему.

— Я делаю все возможное, — поморщился Морис. — Но, как вы может помните, у Бонсона хорошо получалось заметать за собой следы. — Не думаю, что его приемник менее хитер.

— Все верно, я тоже так не считаю, — кивнул Диксон. — Потому и вызвал из столицы преподобного Мейса — преданного слугу Спасителя и рьяного борца с нечистью. Прошу любить и жаловать!

Стоило главе ордена закончить свою речь, как из тени вышел человек и, откинув капюшон, обвел всех присутствующих пристальным взглядом. Его облик внезапно напомнил Морису коршуна, приготовившегося схватить добычу.

Что ж, сказать, что преподобный Мейс был известной личностью, значит ничего не сказать. Он действительно искоренял зло везде, где появлялся. Но также ходили слухи, что Мейс не гнушался использовать на допросах пытки, а сознавшихся в преступлениях против веры, не задумываясь вешал или предавал огню. Меньше всего Морис хотел бы, чтобы этот человек находился в Тинеоне, но судьба распорядилась иначе. Вернее, судья Диксон — будь он неладен.

Многие из ордена смотрели на преподобного с неподдельным благоговением. Все они верили, что преданный слуга Спасителя избавит их от населяющих город демонов.

— Приветствую вас, братья, — слегка поклонился он. — Могу вас уверить, что в ближайшее время мы отыщем колдуна, кем бы он не являлся.

— Мы надеемся на вас, — отозвался Диксон. — Кстати, господин Керерро, вы выяснили подробности смерти Бонсона? Или мы все должны слепо верить в слова вашей… — сделав многозначительную паузу, иронично закончил судья, — помощницы? Я понимаю, что сейчас девушка находится под вашим покровительством, но, повторюсь, в ее рассказе много несостыковок. К тому же, вчера поздно вечером ее видели в обществе герцога Шеррера в весьма компрометирующих обстоятельствах. И поскольку Аристандр вернулся в Тинеон сравнительно недавно, он тоже вызывает у совета подозрения.

Последние слова судьи Морис уже не слышал, стоило осознать, что Тайрин так и не отказала в обществе герцогу Шерреру, а продолжала с ним встречаться! Внутри все переворачивалось от мысли, что между ними что-то есть. Может, Тайрин действительно ничем не отличается от других девушек и готова на все, лишь бы иметь богатого любовника? Впрочем, чего удивляться? Ведь она так и продолжала носить подаренный герцогом браслет.

С трудом дождавшись, когда объявят конец заседания, он погнал экипаж к зданию Тайного сыска, но на полпути передумал, решив немного успокоиться и дождаться утра, прежде чем требовать от девушки объяснений.

Приказав кучеру остановиться, он вышел из экипажа и вошел в кабак, надеясь хоть так немного приглушить ревность, которая терзала его изнутри.

* * *

Как только Морис вышел из кабинета, я тяжело вздохнула. Под взглядом цепких карих глаз моя решимость дрогнула. Уверенность, что я поступлю правильно, рассказав Морису о своем сне, таяла с каждым мгновением. Скорее всего, после моего признания наши отношения станут еще напряженнее, если совсем не прекратятся. Потому что в таком случае я стану первой подозреваемой, и игнорировать этот факт он не сможет. Наверное, мне все-таки сначала стоит самой попытаться разобраться с этой чертовщиной, а уже потом рассказать все Морису. Если это всего лишь нелепая случайность, то своим несвоевременным откровением я все только испорчу.

Поджав губы, направилась в архив. Для себя я уже твердо решила, что сначала сама найду ответы, а уже потом посвящу Мориса в свой секрет.

Весь остаток дня я перебирала документы, терзаясь мыслями о сне, в котором ощущала себя убийцей. Мне не хотелось верить, что я как-то связана с колдовством, но все объяснения, которые могла придумать, казались нелепыми. Но хуже всего, что мне действительно было страшно только от одной мысли, что я могу оказаться таким же чудовищем как Бонсон. Ведь глядя на этого спокойного мужчину с печальным взглядом, невозможно было даже подумать, что он как-то причастен к колдовству. Однако же действительность шокировала. Учитель Терриса намеренно убивал людей и, судя по тому блеску в глазах, который я заметила, оказавшись в ритуальной пентаграмме, ему это нравилось.

Я поморщилась, не понимая, почему при общении с ним я так и не заметила в нем ни капли безумия? Но это уже неважно. Сейчас меня больше интересовало, как самой бы не спятить в свете происходящих событий.

Дождавшись конца рабочего дня, сразу отправилась домой. Накормив Терри ужином, уложила его спать и вошла в свою спальню. За окном уже давно стемнело, а я боялась сомкнуть глаза. Некоторое время сидела в постели, не решаясь затушить керосиновую лампу и бесцельно смотрела в одну точку. Но несмотря на все страхи, постепенно усталость и стресс брали свое — веки тяжелели, словно в них свинца налили.

Потянувшись к тумбочке, чтобы затушить свет, я вдруг заметила так и оставшуюся сиротливо лежать на полу записку от Аристандра. В ней он настаивал на завтрашнюю встречу, утверждая. что хочет обсудить некоторые вопросы и намекая, что если я не посещу его особняк в указанное время, он сам нанесет мне визит.

Конечно, о таком не могло быть и речи! Во-первых, я не хотела, чтобы он приближался к Террису, а во-вторых… у нас с Морисом и без этого в последнее время напряженные отношения. И если до начальника Тайного сыска дойдут слухи, что мой дом посетил герцог Шеррер, то неприятного разговора избежать точно не удастся. А я не хотела ему врать. Хватало и того, что о многом умалчивала.

Но и избежать встречи с герцогом у меня не получится, потому что иначе он не оставит меня в покое, продолжая добиваться моего внимания. На этот раз я просто обязана расставить между нами все точки.

Глава 4

Густой белый туман, повис плотной пеленой в воздухе, закрывая обзор. Пронзительный крик разорвал тишину. Но он не пугал, а скорее радовал. Страх витал в воздухе, заряжая силой. Он питал, придавая решимости. Меня влекло ужасом, исходящим от другого человека. Жертва убегала, ускользала, напрасно надеясь спастись, не зная, что мне не обязательно ловить ее, чтобы принести приговор в исполнение. Охота — лишь игра, забава, помогающая насладиться властью и триумфом. Обладая такой