Ангел-хранитель - Сара Парецки

class="p1">Я открыла боковой ящик Харриет и достала оттуда большой манильский конверт с обратным адресом «Кроуфорд, Мид» в углу. Засунув в него свои копии, я адресовала конверт себе самой в свой офис и бросилась бегом по коридору. На бегу я крикнула мистеру Контрерасу, чтобы он не беспокоился и что я его не бросаю.

Мистер Контрерас был прав: это были полицейские. Я слышала, как они разговаривают внизу у внутренней лестницы, обсуждая, как обыскать верхние этажи. Слегка впадая в панику, я искала во всех комнатах, пока в одной из них не нашла корзину с предназначенной к отсылке почтой. Я сунула свой конверт в середину стопки и вернулась к мистеру Контрерасу.

Я подошла к офису как раз в тот момент, когда один из патрульных уже шел по коридору вместе с ночным охранником из вестибюля.

Глава 48

Сорвались с крючка

Фред Ропер, ночной охранник, торжествовал:

– Я знал, что с кондиционерами не могло ничего случиться. Раз мне ничего об этом не сказали, когда я вышел на дежурство, значит, все в порядке.

– У вас ушло всего пять часов на то, чтобы об этом догадаться, – сказал мистер Контрерас. – Что вы для этого делали: сняли ботинки и носки и ждали, пока эта мысль дойдет от пяток до головы?

Фактически нас еще не арестовали, а только привели в один из маленьких боковых кабинетов для того, чтобы задать вопросы. Мистер Контрерас находился в таком взвинченном состоянии, что если бы его энергии дали выход, то ее хватило бы, чтобы послать ракету на Марс. Я только надеялась, что он успокоится, прежде чем к нашему списку прибавятся новые обвинения; незаконное проникновение в помещение и обыск – этого было более чем достаточно. Хотя нам удалось вовремя убрать большую часть улик, мистер Контрерас, когда появились полицейские, все еще перематывал мотки проволоки.

Его последнее замечание было определенно справедливо. Это крайне обидело Фреда Ропера. Он начал в третий раз подробно объяснять, что у него стали возникать подозрения после того, как ушли последние служащие «Кроуфорд, Мид» – это было около половины второго, – а мы до сих пор еще были наверху. Наконец до него дошло, что мы затеяли там что-то неладное, и он позвонил своему начальнику. Ночной дежурный охранной фирмы позвонил дежурному управляющему инженерных служб здания и убедился в том, что все приборы и проводки функционируют исправно. Согласно распоряжению своего начальника Ропер вызвал полицию.

Неторопливый гнусавый голос Ропера, возбужденно повторявшего свой рассказ, полиция использовала как орудие пытки, с помощью которого можно выбить у меня признание.

– Что же вы здесь делали? – строго спросил старший патруля. – И хватит морочить нам голову, что вы электрик, а это ваша соседка, которая вам помогает. Сотрудники этой службы так не действуют. А простые соседки не носят с собой пистолет и лицензию частного детектива.

Офицер Арлингтон был плотно сложенным мужчиной около шестидесяти с лысиной, которую он пытался прикрыть несколькими длинными прядями волос, зачесанных сбоку. Как только он втолкнул нас в конференц-зал – не сказав еще ни слова, – он снял фуражку и причесался.

– Нет, я знаю, – поспешно сказала я, пока мистер Контрерас снова не выступил на ковер. – Мистер Контрерас только пытается защитить меня, что очень любезно с его стороны. Дело в том, ну, об этом очень трудно говорить с незнакомыми людьми.

– Привыкайте, девочка, – вы увидите много незнакомых вам людей, прежде чем закончите рассказывать свою историю. – Офицер Минивер, более молодой чернокожий полицейский, разделял грозное отношение своего товарища к подозреваемым.

– Ну ладно, дело вот в чем. – Я развела руками, изображая женскую слабость и беспомощность. – Тот человек, в офисе которого мы были, мой бывший муж. И я никак не могу от него добиться выплаты алиментов на детей. У меня нет денег, я не могу позволить себе тащить его в суд, а если бы и были, как я смогу выиграть процесс против такого крупного юриста, как он?

– Многие женщины не могут получить алименты, но они же не взламывают офисы своих мужей. Зачем вам это понадобилось?

– Я надеялась найти, ну, может быть, свидетельства того, что он в состоянии платить. Он все время повторяет мне, что не может себе этого позволить, потому что у него заложен дом и у него есть новая семья и все такое в «Оук-Бруке».

– И для этого вам нужен был пистолет? – насмешливо произнес Минивер.

– Он раньше угрожал мне. Может быть, это было глупо с моей стороны, но я не хотела, чтобы меня снова избили.

– Он страшный человек, страшный, – подтвердил мистер Контрерас. – Я никогда не смогу понять, как он мог так подло поступить с такой милой девушкой, как Вик.

Я понимала, что ни у Арлингтона, ни у Минивера сердца от этого не разобьются. Им, казалось, доставляло удовольствие думать, что Дик оказался достаточно хитрым, чтобы уклониться от своих обязанностей. Они задали мне ряд вопросов о решении суда по нашему делу и о том, как Дик умудрялся столько лет избегать уплаты алиментов.

В конце допроса Арлингтон восхищенно присвистнул:

– Пожалуй, это юридическое образование в конечном счете что-то дает… Жаль, душечка, что вы не потратили свои деньги на адвоката, вместо того чтобы врываться в офис. А вам определенно придется потратиться на адвоката, потому что мы вас арестуем.

– Почему бы нам сначала не позвонить Ричарду Ярборо? Ведь это он, в конце концов, должен будет выдвинуть обвинение?

– Да, но парень, который не станет платить алименты, вряд ли с пониманием отнесется к тому, что вы копались в его личных бумагах, – сказал Арлингтон.

– Пусть он сам это решит. Что я точно знаю о Ричарде Стэнли Ярборо, так это то, что он терпеть не может, когда другие решают за него.

Сейчас было половина пятого. Они чувствовали, что не могут беспокоить такого важного адвоката среди ночи. Как бы то ни было, им страшно хотелось забрать нас с мистером Контрерасом в отделение и запихнуть в камеру на остаток ночи.

– Я имею право сделать один телефонный звонок, – сказала я. – И у меня нет никаких предписаний насчет того, можно ли беспокоить такого важного человека дома. Так что я позвоню ему. Вы можете слушать по параллельному телефону, но вашему начальнику необязательно будет знать, что вы его беспокоили.

Прежде чем Минивер или Арлингтон успели возразить, я подошла к телефону, стоявшему в углу, и набрала домашний номер Дика. По какой-то умственной извращенности я знала его номер наизусть.

Он снял трубку