Зарубежный детектив 2026-5 - Марк Эдвардс

Он готов был поспорить на свой нетронутый сэндвич, что остальные восемь файлов содержат то же самое.

Сид ждала объяснений. Вздернула бровь.

– Чего?

– Так чем ты занимаешься-то? Заучиваешь «пи» наизусть?

– Ничем.

– Ага, – сказала она. – Понятно.

Он захлопнул ноутбук.

– И часто ты ходишь обедать в пивные? – спросила она.

– Только когда хочу тишины и покоя.

– Тишины и покоя? – покачала она головой. – Это здесь-то? Ну-ну. – Она посмотрела на часы. – Ладно, раз ты цел и невредим, я пошла обратно.

– Ты действительно скопировала файлы Хобдена?

Это было одним из наставлений С. Ч. «Масса вопросов остаются без ответа потому, что никому не приходит в голову их задать».

– Я уже говорила.

– Скажи еще раз.

Она вздохнула:

– У него неизменный распорядок. Кофе каждое утро, всегда в одном и том же кафе. Первым делом выкладывает содержимое карманов на столик. В том числе и флешку. – Она помолчала, ожидая реакции, но не дождалась. – Я опрокинула его кофе, устроила переполох. Пока он ходил за тряпкой, я подменила флешку и скопировала файлы на ноутбук. А потом поменяла флешки обратно. – Она сделала паузу. – На тот самый ноутбук, который ты доставил в Риджентс-Парк.

– Ты смотрела файлы?

– Нет, естественно.

Есть разные способы определить, лжет человек или нет. Например, направление взгляда. Вверх и влево – вспоминает. Вверх и вправо – придумывает. Сид смотрела Риверу прямо в глаза. А значит, не лгала. Либо делала это мастерски. В конце концов, она прошла те же курсы подготовки, что и он.

– Хорошо, значит…

Но она уже вышла.

Он тряхнул головой и вернулся к ноутбуку. Пяти минут оказалось достаточно, чтобы убедиться, что содержимое всех файлов одинаковое: бесконечные вереницы цифр, складывающиеся в одну бескрайнюю окружность. Если отбросить предположение, что Хобден занимался вычислением «пи» до каких-то доселе невиданных величин, то вряд ли эти файлы могли вызвать интерес Риджентс-Парка. Таким образом, либо Хобден был конченым параноиком и специально выкладывал напоказ фальшивую флешку с якобы резервными копиями секретных файлов, либо Сид отлила пулю.

Либо тут велась еще какая-то игра, о которой Ривер не имел представления.

Похоже, так оно и было. Очень и очень похоже…

Он отправился обратно в Слау-башню, покинув свой так и нетронутый сэндвич.

* * *

Здесь снова наблюдалось общее оживление. На лестничной площадке из кабинета Хо его окликнули Луиза Гай и Мин Харпер, поманили к себе, словно им не терпелось поделиться новостью еще с кем-то:

– Новое кино крутят.

– Новое?

– Новое, – подтвердил сидевший перед монитором Хо.

Остальные, включая Сид, толпились вокруг.

– Предыдущее было закольцованным отрезком, – сказал Хо. И хотя в голосе его не прозвучало никакой особой интонации, однако всем тут же стал очевиден подтекст: предыдущее было закольцованным отрезком, но никто, кроме него, этого не заметил. – Теперь крутят новый. Тоже по кругу.

Подавшись в сторону, пытаясь найти просвет между коллегами, Ривер наконец разглядел изображение на экране.

– И ты даже не поверишь… – сказал Струан Лой.

Но Ривер уже верил, потому что это было у него прямо перед глазами, на мониторе Хо: та же самая картинка, за одним исключением – на мальчишке не было мешка. Его лицо было прекрасно видно, но это было не то лицо, которое они рассчитывали увидеть.

– Это, однако, не означает, что это не исламисты, – сказал кто-то. – Я имею в виду захватчиков.

– Зависит от того, кто этот пацан.

– Наверняка окажется солдатиком. Британских вооруженных сил. Боец-мусульманин. Именно то, что им нужно.

– На солдата он не похож, – сказала Сид Бейкер.

Так оно и было. Он не был похож на солдата. Он выглядел нежным домашним мальчиком. Перепуганным насмерть. Разумеется, и солдата можно насмерть перепугать, но тут было что-то иное, что-то глубже: в чертах его словно налетом проступала та невинность, которую среди прочего из новобранцев выколачивают в первую очередь.

– Поэтому в первом ролике его заставили надеть перчатки, – сказала Сид. – Прятали цвет кожи.

– Какая продолжительность отрезка? – спросил Ривер.

– Двенадцать минут, – ответил Хо. – Двенадцать с небольшим.

– Зачем им это нужно?

– Непрерывный канал вещания легче вычислить. Вернее, не так невозможно. – Хо вздохнул. Он любил показать, что разбирается в своем деле, но терпеть не мог вдаваться в объяснения. – Каждый раз, когда они переходят с одного прокси-адреса на другой, случается крохотный сбой в трансляции. Если сеть у них имеет ограниченное количество прокси-адресов, то это теоретически может помочь нам вычислить их локацию.

– А что это там сзади? – сказала Кэтрин Стэндиш.

Поначалу Ривер даже не заметил ее присутствия.

– Где – сзади?

– Вон там, слева, у него за спиной.

В паре ярдов позади мальчишки к стене был прислонен какой-то предмет.

– Какая-то деревяшка.

– Рукоять или типа того.

– На топор похоже, – сказала Кэтрин.

– О господи…

Тем временем Лой все пытался установить личность заложника:

– Если он не солдат, то, возможно, из какой-то важной семьи? Интересно, кто у него родители?

– Кто-нибудь из дипкорпуса числится пропавшим?

– Может, и числится. Но нам об этом докладывать не станут. К тому же, если бы пацан был из важной семьи, похитители бы это озвучили. Для максимального кассового успеха.

– Итак, – сказала Сид, – он не военный и не из дипломатов. Кто он тогда?

– Один из них самих, который, по их мнению, совершил отступничество.

– Либо его застукали со шлюхой.

– Или с полпинтой пива и джазовым обозрением, – вставил Лой.

– Или он не один из них, – сказал Ривер.

– То есть?

– То есть он просто первый подвернувшийся им пацан с подходящим цветом кожи.

– По-твоему, у него подходящий цвет? – изумился Хо.

– Зависит от того, кому он попался, – сказала Сид. – Ты это имел в виду?

Ривер кивнул.

– Кажется, мы это уже обсуждали, – напомнил Хо. – «Братство пустыни», «Кара Аллаха»… Не важно, как они себя называют. Это «Аль-Каида».

– Или нет, – сказал Ривер.

Не предупредив о приближении обычным салютом, в кабинете вдруг возник Джексон Лэм. Он секунд пятнадцать всматривался в экран и наконец возвестил:

– Пакистанец.

– Или индус, – подхватила Сид. – Или ланкиец, или…

– Нет, – ровным голосом сказал Лэм. – Пакистанец.

– Уже выяснили, кто он? – спросил Ривер.

– Мне-то с каких херов знать? Но это не «Аль-Каида». Факт.

Несмотря на то что сам только что хотел сказать нечто в этом роде, Ривер поставил факт под сомнение:

– Полностью исключать нельзя.

– К тому же, – вступил Хо, – кто, если не они? Отрубание башки в прямом эфире? Никто, кроме них, так…

– Бестолочи, – сказал Лэм. – Вы тут все бестолочи.

Он медленно обвел взглядом присутствующих: Ривер, Сид и