Убийца с печатной машинкой - Дмитрий Петров

из камер, но через полминуты окажется внизу. –Консьерж переключил картинку, и детектив Ирвинг с мисс Шелдон увидели, как Пиквик вбегает в холл, где на руках у медбрата уже задыхается Албридж. Происходящее далее почти полностью совпадало с рассказом Пиквика – за исключением мелких деталей. Пиквик почему-то умолчал, что его тоже стошнило на Албриджа.

– Какие ещё камеры снимали? – включился старший инспектор. – Нужно отсмотреть все.

– Скажите мне, милый Карл, – серьёзно обратилась мисс Шелдон к консьержу. – Насколько точно время на записи? Не хотелось бы, чтобы оно оказалось случайно сдвинутым на четверть часа, как в плохом детективе.

– Я проверил, время точно по Мэйберривичу, – заверил консьерж и, как бы спрашивая совета, добавил: – Наверное, надо сказать обо всём директору, да?

– Это дело полиции, – машинально ответил старший инспектор и вдруг вспомнил, что сдал свой значок пятнадцать лет назад.

В этот миг за стойкой консьержа что-то запиликало, а картинка на мониторе автоматически сменилась на вид с камеры у ворот, и все увидели автомобиль с водителем и пассажиром внутри.

– Алло? – поднял трубку консьерж.

– Полиция, – донеслось в ответ.

– Слава богу! – И Карл помчался встречать гостей на крыльцо.

– Счастье, что они в штатском, – тем временем заметила мисс Шелдон, – а то бы весь дом уже стоял на ушах.

– Не переживайте, сейчас встанет, – пообещал старший инспектор. – Миссис Беверли уже оповестила общий чат.

– Я должен записать вас в журнал посещений, – объявил консьерж, впуская полицейских, и смутился от собственного предложения. – Как пишутся ваши фамилии?

Детективы немедленно догадались, что о журнале посещений в Смолчестере вспоминают только в случае какого-нибудь переполоха, однако бесстрастно достали значки.

– Детектив-инспектор Заари.

– Сержант Монтгомери.

Затем полицейские, дежурно поприветствовав мисс Шелдон и детектива Ирвинга, проследовали к лифту.

– 6 -

Старший инспектор уловил в глазах своей подруги знакомую тоску. Как в те годы, когда она тщетно пыталась разузнать чего-нибудь, относящееся к расследованиям, а он, детектив Ирвинг, отгораживался от неё неприступной стеной официальности. Каким арсеналом уловок пришлось обзавестись любительнице сыска, чтобы добывать полицейские оперативные данные!

– Прошу прощения, сержант, – вдруг окликнула мисс Шелдон одного из полицейских. – Кажется, вы сказали, что ваша фамилия Монтгомери?

– Да, мэм. – Сержант придержал лифт.

– А не родственник ли вы инспектора Джейн Монтгомери?

– Вы правы, мэм, – чуть смущённо ответил сержант. – Инспектор Джейн Монтгомери была моей бабушкой.

Тут детектив Ирвинг почувствовал дружеский толчок в сторону лифта и, не будь дураком, подключился к импровизации:

– Вы внук Джейн?

– Да, сэр.

– Одно лицо, не правда ли? – радовалась мисс Шелдон.

– Я детектив старший инспектор Ирвинг. Мы служили с вашей бабушкой. Она была лучшим криминалистом нашего отделения.

– О, я слышал о вас, сэр, – заулыбался сержант. – Вы – легенда.

– Ну, не такая уж я легенда… – заскромничал старший инспектор. – Вот наша мисс Шелдон…

– Мисс Шелдон – легенда на все времена! – Тут к разговору подключился инспектор Заари и протянул руку пожилой писательнице, а она в ответ сделала книксен.

На радостях они забыли нажать кнопку этажа, перебрали всех общих знакомых, коснулись творческих планов мисс Шелдон, снова забыли нажать кнопку, успели погрустить о безвременно усопшей бабушке сержанта Монтгомери, нажали наконец кнопку – и вышли на втором этаже уже старыми друзьями.

– Какими судьбами в Смолчестере? – нарочито беспечно поинтересовался детектив Ирвинг, когда полицейские начали осматриваться в поисках тех самых камер, а их лица приняли служебно-разыскное выражение.

Возникла неловкая пауза: видимо, сержант Монтгомери не собирался отвечать вперёд своего начальника, а инспектор Заари задумался над максимально расплывчатым ответом. Мисс Шелдон открыла было рот, чтобы произнести что-нибудь уместное, но Роберту Ирвингу быстро наскучила вся эта канитель.

– Не всё так гладко в основной версии «смерть от старости»? – панибратски подмигнул он.

– Мистер Ирвинг, сэр… – деликатным тоном, не предвещавшим ничего хорошего, наконец ответил инспектор Заари. – Поймите нас правильно. Мы не можем раскрывать детали нашей работы…

– Да ладно, – отмахнулся старший инспектор, не замечая, как мисс Шелдон хватает его за локоть. – Вы приехали сюда, детектив, а это уже о многом говорит. Стало быть, кто-то в участке отсмотрел записи камер и заметил, как одна из них отворачивается к стене. Странное обстоятельство, не так ли? Вот и мы так думаем. А ещё вряд ли вы уже получили результаты вскрытия, значит…

К этому моменту Мисс Шелдон буквально висела на руке старшего инспектора.

– … вас тупо отправили в нашу дыру для того, чтобы подчистить огрехи в ночном рапорте.

Детектив Ирвинг был, несомненно, прав, но почему-то это не сблизило его с полицейскими.

– Мы обязательно обратимся к вам, если нам потребуется, – спокойно улыбнулся инспектор Заари и отошёл, чтобы сфотографировать камеру на свой смартфон.

Его любезное пренебрежение уязвило старшего инспектора до глубины души.

– Я отслужил в Скотленд-Ярде сорок восемь лет! – мгновенно вспыхнул он. – И если в этом доме стряслось что-то криминальное, то какого чёрта вы отвергаете помощь? Мы не дилетанты! А вы даже не удосужились выяснить, чья комната ближе всех к этой злосчастной камере. Моя комната!

Мисс Шелдон, доселе питавшая слабую надежду на то, что её друг одумается и возьмёт себя в руки, перестала верить в чудеса и в конце концов просто прикрикнула на разбушевавшегося старшего инспектора:

– Роберт!!! – И, добившись его внимания, контрастно смягчилась: – Раз уж мы находимся у вашей комнаты, не могли бы вы принести мне стакан воды?

Далее случилось невероятное. Наверное, сработали какие-то рефлексы, приобретённые в супружеской жизни, но старший инспектор вдруг стих, подумал, успокоился и послушно отправился за водой.

– Джентльмены, – тихо обратилась к полицейским мисс Шелдон, – я прошу прощения за нашего старшего инспектора. Он просто сходит с ума от здешней скуки.

– Мы понимаем… – отозвался инспектор Заари, но мисс Шелдон жестом остановила его.

– Вы не понимаете его так, как я. Тридцать лет мне приходилось чуть ли не побираться, чтобы добыть крохи информации о расследованиях. Вам ведь известна моя история? Выскочка-графоманка. Любительница. Женщина.

Детективы потупили взоры.

– Сержант, – продолжала мисс Шелдон, – когда-то ваша бабушка была чуть ли не единственным человеком во всём Скотленд-Ярде, кто делился со мной хоть какими-то сведениями.

Сержант начал посматривать на начальника, как ребёнок на строгого папашу.

– И это, безусловно, нарушение с её стороны… – Здесь мисс Шелдон драматически помолчала, – …помогло мне раскрыть не меньше двух десятков дел. Убийств. Доказала ли я тем самым полезность гражданского участия?

– Ладно, – пробурчал инспектор Заари в ответ не то на тираду мисс Шелдон, не то на проникновенный взгляд сержанта. Для виду закатив глаза, он разблокировал свой телефон и показал его мисс Шелдон.

– Что это? – тотчас спросила