Белоснежка - Канаэ Минато

class="p1">Господин Синояма у нас считается одним из самых привлекательных холостяков. Если бы он хотел найти себе девушку, мог бы выбрать любую. И вдруг – госпожа Сироно?! Меня просто распирало от любопытства, и я засыпала ее вопросами. Кто из вас первый признался в чувствах? С чего все началось? И все такое.

А госпожа Сироно только отмахнулась: «Это не то, что ты подумала». Тогда я попробовала спросить иначе: «Ну хоть секретом успеха-то поделитесь!» И знаете, что она сказала?

«Попробуй через желудок, – сказала она. – Хватит и трех дней».

Я сейчас произнесла почти с такой же интонацией, что она тогда. Простите.

То есть получается, госпожа Сироно три дня кормила господина Синояму домашней едой. Что ж, понятная тактика. Один раз я пожаловалась ей, что мама два дня подряд дает мне с собой одэн[18], мы даже поменялись нашими бэнто – знаете, ее было очень вкусное! Я тогда подумала: если холостой мужчина задумается о женитьбе, такая жена, как госпожа Сироно, вполне может ему подойти.

Я так хотела, чтобы у них все сложилось удачно!

И даже стала лучше думать о господине Синояме. Разве мужчина, который в девушках ценит не внешность, а внутренний мир, не внушает доверия, в том числе и в работе? Но потом я такое увидела…

Я застала господина Синояму за обедом с госпожой Норико!

Это было в неприметном ресторанчике на окраине города. Мы с сестрой в то время как раз сидели на диете, решили, что надо изучить блюда из тофу, и поэтому отправились в этот ресторан. И там я увидела их – они сидели вдвоем у дальней стойки. Увлеченно разговаривали, придвинувшись друг к другу. Чувствовалось – между ними явно не просто рабочие отношения.

У меня особое чутье на такие вещи. Тем более у господина Синоямы все было написано на лице – улыбка у него была глупая.

«И ты туда же, Синояма!» – только и подумала я.

Сестра тоже с первого взгляда поняла, что господин Синояма играет на два фронта: «Похоже, у спутника госпожи Мики есть другая». Когда видишь человека каждый день на работе, такого не замечаешь, но, видимо, в тот момент от него исходила какая-то особая аура.

Разумеется, госпоже Сироно я ничего не сказала. Да и как я могла?

Ни госпожа Норико, ни господин Синояма не заметили, что я их видела, поэтому с их стороны никаких странных действий тоже не последовало.

Видимо, потом ситуация между этими троими как-то разрешилась.

Спустя какое-то время я перестала видеть начальника группы Синояму в большом конференц-зале.

Но я не стала говорить госпоже Сироно ничего вроде: «Что-то давно тут не видно начальника группы, правда?» Хотя, думаю, она заметила, как я каждый день озиралась по сторонам.

Однажды госпожа Сироно сама, без всяких расспросов, с наигранной легкостью обмолвилась: «Куда мне соперничать с госпожой Норико», – и принялась уплетать свое бэнто. Мне почему-то стало так грустно, что я расплакалась. Она растерянно спросила: «Чего это ты плачешь, Митти?» – но, может, ей лучше было поплакать вместе со мной.

Возможно, ей бы полегчало.

После этого бэнто у нее стали еще более изысканными.

Тогда мне казалось, что это какое-то ее нелепое упорство: дескать, посмотрите, какие вкусности я ем в одиночестве! Но, вспоминая об этом сейчас, я понимаю: – те бэнто были слишком уж изысканными.

Вы от Рисако слышали о кражах в компании?

Да-да, тот самый случай, когда от торта остался только каштан. Причем первая кража произошла как раз в то время, когда бэнто госпожи Сироно стали особенно роскошными.

Именно тогда в госпоже Сироно что-то стало ломаться.

Хотя я и знала о ее любовной неудаче, поначалу я совсем не связывала кражи с госпожой Сироно. Когда пропадали пирожные и сладости из холодильника, я думала, что вор просто любит хорошо поесть. А чтобы она ела в офисе сладости – так этого я почти не видела: то ли она следила за здоровьем, то ли сидела на диете.

Она ела разве что на празднованиях дней рождения, когда всем раздавали по маленькому кусочку торта или пирожное.

Сама госпожа Сироно всего один раз принесла в офис сладкое. Это был заварной крем из круглосуточного магазина. Пока я с удивлением смотрела на это, она у меня на глазах написала на пакете фломастером: «Отравлено!» – и пояснила: «Это чтобы не украли».

Но все равно украли. Она была страшно расстроена. Я ей посочувствовала, подумала: «Не везет же госпоже Сироно!»

Я начала связывать кражи с госпожой Сироно только после того, как кое-что увидела.

В первое время после начала краж некоторые пытались найти вора, но постепенно это им надоело, и все решили, что поделать ничего нельзя.

Стали говорить: «Просто не надо держать сладости в холодильнике» или «Да ладно, пусть крадут». А когда со столов начали пропадать канцелярские принадлежности, атмосфера безразличия стала еще сильнее. Тем более что пропадал инвентарь компании – украли и украли, пойдем новые принадлежности получим. Бывало, что пропадали и личные вещи – симпатичные блокноты или стикеры, но это были не такие уж ценности.

Намного неприятнее, когда пропадает еда. Даже если сумма ущерба такая же.

Госпожа Сироно каждое утро приходила на работу одной из первых. Я тоже, как могла, старалась приходить пораньше, хотя вставать рано утром мне очень тяжело. Все-таки я совсем недавно пришла в компанию, и было бы нехорошо приходить позже наставницы. Тем не менее бывало, что я приходила раньше нее.

Так вот, однажды утром я пришла на работу и, как и в другие дни, оказалась второй.

Когда я увидела госпожу Сироно, та стояла у стола госпожи Норико. Мне показалось, что она поспешно закрывает ящик стола, поэтому я спросила: «Что вы делаете?» На что та ответила, что ей нужна дискета с шаблонами документов. Сказала, что вчера последней ее брала госпожа Норико, вот она и проверяет, нет ли этой дискеты на столе.

Она не выглядела смутившейся, к тому же в то утро должно было быть совещание, для которого ей нужно было подготовить материалы, так что у меня не возникло никаких подозрений.

Но через несколько дней Рисако рассказала мне, что у госпожи Норико пропала ручка, и тут я задумалась: «А если…» Я удивилась еще больше, когда узнала, что это был фирменный сувенир от дуэта братьев-скрипачей, которых любила госпожа Норико, да еще и стоимостью в целых пять тысяч иен.

Тогда у меня и возникла уверенность – это дело рук госпожи Сироно.

И знаете, стоило произойти одному совпадению,