Операция «Барбадосса» - Майк Логинов

— Добрый вечер, Рэй! — приветствовал меня Кржеминьский. — Сегодня у мисс Тони аншлаг! Тут есть местечко, но не на чем сидеть. Если вы раздобудете себе стул…

Я ухватил за рукав пробегавшего мимо парня по имени Гаррет. Тони обычно приглашала его помочь официантам, когда ожидалось много гостей.

— Слышь, Гаррет, сделай одолжение, притащи мне табуретку из кухни, — прокричал я ему в ухо.

Гаррет исчез в толпе и через минуту появился, неся высоко над головой трехногий табурет с сиденьем, обитым кожзаменителем. Я устроился вполне удобно: вместо спинки у меня была стена, я мог говорить с Тедди и одновременно наблюдать за стойкой, где Мамис — черт бы его побрал! — что-то рассказывал Тони, размахивая левой рукой. Впрочем, слушала его Тони не очень внимательно — она еле успевала наливать пиво, виски и прочие напитки

— Как дела, Тедди? — спросил я, устроившись. — Как поживает наш дружок Мауна-Браво?

— Отлично, Рэй, отлично! — откликнулся Кржеминьский. — У меня сегодня важный день.

— Что случилось?

— Я получил очень интересные результаты!

— Вот как? Что же вы раскопали? — спросил я, глядя, как Тони ловко орудует за стойкой, раздавая шоты виски направо и налево. В эту секунду она подняла глаза, и наши взгляды встретились. Она улыбнулась и помахала мне рукой. Ее жест, видимо, не ускользнул от Мамиса. Он обернулся, чтобы посмотреть, кому это она машет, и увидел меня. Скроив на лице дежурную улыбку, Мамис поднял стакан с пивом и слегка склонил голову. Я помахал ему рукой.

— Так что вы нашли, Тедди?

— О, это длинный разговор!

Я про себя вздохнул.

— И заслуживает того, чтобы за это выпить, я угощаю! — торжественно произнес Кржеминьский и попытался привлечь внимание официанта.

— Послушайте, Тедди, мы сделаем проще. — Я положил руку ему на плечо. — Я сейчас проберусь к стойке и принесу нам выпить. Что вам взять?

— Пиво, пожалуйста, светлое, нефильтрованное. Вайс!

«Вайс», — эхом отозвалось у меня в голове. Он, кстати, тоже может быть где-то здесь. Я огляделся, но рыжего толстяка нигде не было видно. Я перевел взгляд на Кржеминьского. Вот интересно, что сказал бы поляк Тедди, если б узнал, что я русский, вдруг подумал я. Изменятся ли его чувства ко мне? И если да, то как? Сейчас он относится к Рэю Винаверу, как средний европеец к среднему американцу, с уважением, к которому примешивается капля высокомерия. Вы, американцы, богатые и успешные, но в то же время простоватые и некультурные. И вдруг — русский! Тут совсем другая история и, кажется, давние счеты. От этих мыслей мне вдруг стало весело.

— Отличный выбор! А вы, старина, держите мое место, — сказал я и направился к стойке.

Мне удалось всунуть плечо и локоть между Мамисом и сидевшим рядом незнакомым ямайцем с дредами.

— Извините, Кингсли, — пробормотал я.

— Привет, Рэй! Рад вас видеть, — откликнулся дипломат, немного отодвигаясь.

— Привет, Тони! — обратился я к хозяйке. — Отличная вечеринка!

— Сама не ожидала такого. — Тони тряхнула своими дивными черными волосами. — Что будете пить, Рэй?

— Налейте, пожалуйста, два светлых нефильтрованных для нас с Тедди.

Тони быстро набузовала две пинты светлого в высокие стаканы и пододвинула их ко мне.

— Спасибо.

— Веселитесь, Рэй! Увидимся.

— Увидимся!

Я вернулся к столику, за которым сидел Кржеминьский, и поставил перед ним стакан с пивом.

— О, прекрасно, Рэй, прекрасно, — пробормотал Тедди и залпом выдул половину.

Я последовал его примеру. А пока пил, одним глазом посматривал на Тони. Вдруг она подняла глаза и отыскала меня взглядом. И улыбнулась. А я улыбнулся ей в ответ. И салютовал ей стаканом. Черт, до чего же она мне нравилась! И тут в голове у меня сложился план, хотя, пожалуй, слово «план» звучало в этом случае слишком громко. Я просто решился наконец подойти к ней. Не в смысле просто подойти, а в смысле — подъехать. Дождаться конца этого сумасшедшего дома и, когда народ начнет расходиться, подойти к Тони и пригласить ее на свидание. Куда? Я еще не знал, но это были детали. Главное, я решился и впереди у меня появилось что-то хорошее, что-то, чего стоило ждать. Вечер сразу обрел объем и смысл, и даже разговоры Тедди о вулканах меня больше не пугали.

— Так что вы там такого открыли, старина?

Тедди отодвинул недопитый стакан и вытер усы тыльной стороной ладони. Несколько секунд он собирался с мыслями, глядя мимо меня куда-то вдаль.

— Видите ли, Рэй, — начал он, по-мефистофельски подняв левую бровь, — в последнее время можно слышать много всяких разговоров про изменение климата, глобальное потепление и все такое прочее.

С этим трудно было спорить, и я только кивнул.

— Но всякий раз, когда речь заходит о действительно сложной и важной проблеме, поднимается много пены. Являются всякие незваные популяризаторы, а на самом деле вульгаризаторы, журналисты, разные экзальтированные недоучки вроде Греты Тунберг. Они начинают говорить, говорить, говорить так, что голоса настоящих специалистов перестают быть слышны. В результате уважаемая публика… — Тут Тедди сделал широкий жест, едва не опрокинув мой стакан с пивом. — Уважаемая публика получает вместо научного знания набор упрощенных представлений, создающих у нее ложное ощущение осведомленности. Это похоже на кубики, из которых дети складывают простенькие картинки. Девять кубиков — картинка! Всякий идиот может сделать это!

Я прямо заслушался.

— Когда речь идет об изменениях климата, таким любимым «кубиком» для профанов становится тезис о роли человеческого фактора.

— Но вы не можете отрицать, Тедди, что климат действительно меняется, что температура на планете повышается, — аккуратно ввернул я.

— Повышается! — с готовностью подтвердил Кржеминьский. — Но поймите, Рэй, изменение климата — это сложный процесс, и отнюдь не человеческая деятельность является решающим фактором.

— А что является? — спросил я.

Тедди откинулся на спинку стула и задумчиво пожевал губами.

— Я полагаю, — важно заявил он, — что все дело в солнце. В конце концов именно количество тепла, которое мы получаем от нашей звезды, определяет климатические процессы. Но даже если оставить в стороне космический фактор, и на Земле можно найти явления, которые в гораздо большей степени влияют на климат, чем автомобильные выхлопы. — Поляк сделал большой глоток и громко рыгнул.

— Что же это за факторы? — принял я его подачу.

— Один из них — вулканы! — заявил Тедди и хлопнул рукой по столу так, что стаканы подпрыгнули, а люди за соседними столиками стали на нас оборачиваться.

— Вулканы?

— Да, вулканы!

— Как же это работает?

— При сильных извержениях, Рэй, — Кржеминьский поводил пальцем у меня перед