Предначертанная. Часть 2 - Шахназ Сайн

– На улице прохладно, замёрзнешь. – Он по-хозяйски обхватил Тамару за талию и аккуратно прижал к себе.

– Хорошего вам вечера, – сказал Давлат, и они с Микаэлем пожали друг другу руки.

– Ещё увидимся, – кивнул головой Микаэль.

Он с интересом наблюдал за удаляющейся парой. Микаэль заметил, как Тамара прижалась к Давлату, и это вызвало у него лёгкое чувство ревности, которое он мигом отогнал.

Давлат и Тамара шли к выходу.

По дороге Давлат рукой подозвал официанта и шепнул ему, чтобы стул за их столиком был немедленно заменён. Он быстро расплатился за ужин и оставил щедрые чаевые. Его просьба была выполнена незамедлительно.

Давлат не отпускал Тамару, видя, как её состояние продолжало ухудшаться, а дыхание становилось прерывистым.

Выйдя на улицу, он беспокойно взглянул на неё и, чувствуя, что её глаза готовы были закрыться, сильнее прижал Тамару к себе и беспокойно сказал:

– Всё будет хорошо, держись!

Они подошли к машине. Давлат усадил её на сиденье, пристегнул, и машина выехала на дорогу.

– Я испачкаю сиденье, – взволнованно произнесла Тамара слабым голосом, с трудом шевеля губами. Кровь отхлынула от её лица.

– Почему ты не сказала, что у тебя началось кровотечение?! – Давлат нервничал, машина набрала большую скорость.

Тамара отвела взгляд к окну, чувствуя, как дрожал её голос:

– Я сама не сразу поняла…

Давлат сильно сжал руль и глубоко вдохнул, стараясь подавить гнев и тревогу, которые смешались в груди во что-то тяжёлое. Затем его голос прозвучал мягче, но не менее настойчиво:

– Зачем рисковать своим здоровьем? Если что-то не так, надо было сразу сказать мне! Ты должна была ввести меня в курс дела!

– Кому, скажи на милость, я что-то должна? – раздражённо выдала Тамара, закрыв глаза. Её тело казалось слабым. Она чувствовала, как машина быстро мчалась по дороге, каждая секунда сейчас ощущалась как никогда.

Давлат пропустил её колкость мимо ушей.

– Ещё немного, – произнёс он, поглядывая на Тамару и вновь концентрируясь на дороге. – Мы почти на месте.

Когда они подъехали к частной клинике, Давлат вышел из машины и тут же открыл дверь со стороны Тамары. Он бережно поднял её на руки, несмотря на её протесты.

– Я могу сама… – начала Тами, но её голос был слишком слабым, чтобы звучать убедительно.

– Не время для упрямства! – отрезал Давлат и быстрым шагом направился к приёмному отделению. – Нам нужен врач! Срочно! – громко обратился он к женщине на стойке регистрации.

Его голос звучал твёрдо, властно, тревожно. Женщина из регистратуры тут же подозвала медсестру. Та сопроводила их в кабинет, где Тамару вскоре осмотрел врач.

Прошло полчаса. Давлат сидел в коридоре напротив кабинета. Его руки были сжаты в замок, взгляд устремлён в пол. В голове крутились сотни мыслей, и каждая из них сводилась к неприятным догадкам.

Дверь кабинета открылась, в коридор вышла врач – женщина средних лет с собранными на затылке волосами в пучок, на груди которой висел бейдж с её именем: Мария Фёдоровна. Она слегка поправила очки.

– Как она? – тут же спросил Давлат, поднимаясь на ноги.

– Её состояние стабильно, – успокоила Давлата врач. – Это субхориальная гематома. Для понимания, небольшое скопление крови между стенкой матки и плодным яйцом. И, благо, сам эмбрион не пострадал. Такое случается у двадцати процентов женщин на ранних сроках. Главное сейчас – покой, никаких нагрузок и стрессов. Кровотечение может повториться, но, если не будет сильной боли или алой крови, паниковать не стоит. Пройдёт к середине беременности.

Давлат непонимающе посмотрел на врача, пытаясь осмыслить услышанное.

Врач, заметив его замешательство, молча кивнула и передала ему лист с рекомендациями.

Отрешённый Давлат по-прежнему стоял на месте, не двигаясь. Напряжение в теле только нарастало, сердцебиение учащалось. Он рукой потянулся к рубашке и быстро расстегнул две верхние пуговицы.

– Ей нужно больше отдыхать, – продолжила врач. – Постельный режим на несколько дней, никакого перенапряжения. Мы дадим рекомендации и выпишем препараты, чтобы предотвратить повтор. В следующий раз это может обернуться выкидышем.

– Спасибо… доктор, – коротко ответил Давлат, сделав глубокий вдох. – Я всё сделаю.

* * *

Тамара пришла в сознание, медленно всплывая из глубин забытья, в котором находилась несколько часов. Первое, что она ощутила, – тупую ноющую боль где-то внизу живота и горьковатый привкус во рту. Затем – холодную жёсткость простыни под пальцами и давящую тяжесть капельницы на руке.

Она открыла глаза, и свет лампы ослепил её, заставив несколько раз моргнуть. Взгляд сфокусировался на высоком силуэте у окна. Давлат стоял, заложив руки за спину, его плечи были напряжены, он смотрел куда-то вдаль, где уже сгущались вечерние сумерки и начинался дождь.

Давлат почувствовал пробуждение Тамары сразу – будто что-то щёлкнуло между ними. Он медленно повернулся. Его лицо было каменным, в чёрных непроницаемых глазах Тамара уловила что-то… тревожное и зловещее. И та мягкость, которую только недавно ей удалось ощутить, бесследно испарилась, будто её вовсе и не было в этом человеке.

– Почему я в палате? – голос Тамары прозвучал хрипло. Ей захотелось как можно скорее выпить стакан воды.

Давлат ответил не сразу. Он подошёл ближе, и теперь она видела каждую деталь на его непоколебимом лице: мрачные глаза, слишком острые скулы и плотно сжатые челюсти.

– Как ты себя чувствуешь? – наконец произнёс он, и в его тоне было что-то незнакомое. Мрачное. Беспокойное.

– Прекрасно, – безэмоционально ответила Тамара.

Давлат провёл рукой по лицу, словно стирая с него усталость, и тяжёлый вздох вырвался из его груди.

– Это кровотечение связано… – его голос дрогнул, и он замолчал, подбирая слова. – С беременностью.

Давлат произнёс это чересчур резко, без прелюдий, одним ударом введя Тамару в оцепенение.

Девушка непонимающе вгляделась в его сосредоточенное лицо. Не сразу, но до неё дошёл смысл сказанного.

Она обомлела, не издав ни звука. Мир вокруг Тамары резко сузился до одной точки – его губ, произнёсших эти слова. Было так легко и так сложно одновременно.

– Я… беременна? – собственный голос показался Тамаре чужим. Глаза испуганно распахнулись, рука сама потянулась к животу, к тому месту, где, возможно, уже теплилась новая жизнь.

– Да. Врач сказал, что это субхориальная гематома. Но с плодом всё в порядке.

Тамара не могла оторвать взгляд от своей руки, лежавшей на животе.

– Этого не может быть… – прошептала она, но внутри уже что-то щёлкнуло – воспоминание. Тот вечер, когда они с Давлатом…

– Послушай меня, Тамара, – голос Давлата стал твёрдым, как сталь. – Мне не важно, нужен ли тебе этот ребёнок. Но он нужен мне.

Слова врезались в сознание девушки, как нож.

– И если я