Современный зарубежный детектив-14. Книги 1-22 - Себастьян Фитцек

спасти Энди. Даже не знаю, как вас за это благодарить… Когда пропал Коди, я молилась. Молилась так усердно и так долго… Я молилась о том, чтобы кто-нибудь пришел и помог нам. Теперь у меня есть вы и Мелисса.

Было непривычно слышать, как кто-то называет Блок по имени. Она его никогда не использовала. Для всех она была просто Блок. Наверное, исключение делалось лишь для таких женщин, как миссис Дюбуа. Та выпустила меня из объятий, но продолжала держать руки у меня на плечах, глядя мне в лицо.

– Сам Господь послал мне вас, мистер Флинн! Я знаю это.

Я не стал говорить ей, что меня послал коррумпированный правительственный агент, у которого внезапно пробудилась совесть. Мне показалось, что момент для этого не самый подходящий.

– Если я собираюсь помочь Энди, то вы мне тоже понадобитесь, миссис Дюбуа.

– Я сделаю все, чтобы вернуть моего мальчика домой! Мелисса сказала, что вы виделись с ним в тюрьме. Как он? Они не позволили мне с ним поговорить.

Я не хотел ей говорить. Просто не смог.

– Он держится, миссис Дюбуа, но нам нужно вытащить его оттуда.

– Этот человек, мистер Корн… В нем есть что-то холодное. Что-то старое и дурное, что витает вокруг него подобно запаху. Он – это зло. Он хочет убить моего Энди. Сказал, что если я уговорю Энди признать себя виновным, то он проследит за тем, чтобы Энди умер во сне. А если я этого не сделаю, то мой мальчик… мой мальчик перенесет нечто ужасное!

Глаза миссис Дюбуа опять наполнились слезами, и она низко согнулась в поясе. Мы с Блок усадили ее в машину и проехали шесть миль до дома миссис Дюбуа. По дороге я решил, что в историях о том, что Корн одержим идеей смертной казни куда больше правды, чем казалось мне вначале. А еще дал торжественное обещание – самому себе. Что не просто добьюсь оправдания Энди. А еще так или иначе пущу Рэндала Корна ко дну.

На веки вечные.

Глава 15

Эдди

Одноэтажный деревянный дом, в котором жила Патриция Дюбуа, находился на самых задворках Бакстауна, неподалеку от узенькой двухполосной шоссейки. Грунтовая дорога вела от нее между старыми, покрытыми мхом деревьями к дому с покатой крышей. Имелись в нем небольшая гостиная, даже еще более маленькая кухня и тесная, словно кладовка, комнатка, служившая спальней. Еще одна спальня была лишь ненамного просторней. За домом виднелась пристройка, в которой располагались туалет и душ.

Невзирая на все, с чем ей сейчас приходилось иметь дело, Патриция – как по ее настоянию мы стали ее называть – сумела создать в гостиной атмосферу тепла и гостеприимства. Старый диван был застелен пледами. Крайняя правая из трех его подушек была заметно вдавлена, как будто на ней сидел какой-то невидимый человек. На средней подушке тоже была большая вмятина, и я понял, что именно здесь сидели Патриция и Энди, вместе. Перед диваном на ящике из-под молока стоял старый угловатый телевизор. Ящик был накрыт одеялом, но не до самого низа. Стены увешаны фотографиями с Энди: его первого дня в школе, верхом на велосипеде, сидящего на коленях у матери и так далее – от обедов в честь Дня благодарения до вечеринок по случаю дня рождения. Денег в этом доме было очень мало, но любви побольше, чем во многих других.

– Садитесь, устраивайтесь поудобнее, – предложила Патриция.

Мы с Блок устроились на диване. В свете единственной лампы, горевшей в углу, мы едва могли различить очертания старого кресла, на которое Патриция бросила свой фартук.

– Хотите кофе?

При мысли о кофе у меня слегка закружилась голова.

– Я бы с удовольствием, спасибо.

Блок просто кивнула.

Патриция отдернула занавеску, отделявшую кухонный уголок от гостиной, и принялась открывать шкафчики.

– Увы, но кофе у нас закончился… Может быть, чайку?

Кофе я не пил уже почти сутки, и исправить ситуацию мне по-прежнему не светило. Пришлось довольствоваться чаем, хотя бы из вежливости.

Она принесла два стакана чая со льдом. Я взял еще сахара, Блок отказалась.

Кроме телевизора и серванта, здесь повсюду стояли коробки со старыми книгами. В основном в бумажных обложках, а то и вовсе без обложек. Блок полезла в коробку на своей стороне дивана и достала несколько книг – это оказались любовные романы. Коробка с моей стороны была набита в основном старыми детективами – не только дешевыми книжками в мягкой обложке, но и журналами на эту тему.

– Гляжу, вы оба любите читать… Энди, должно быть, заразился любовью к чтению от вас, – заметил я.

– Этот телевизор сломался, когда Энди было одиннадцать. К тому времени, как я накопила достаточно деньжат, чтобы купить новый, Энди сказал, что лучше нам потратить деньги на книги. Что мы и сделали. Сидим вот тут по вечерам и читаем. По телевизору все равно ничего хорошего не показывают, – сказала Патриция.

– А когда Энди начал работать в этом баре для дальнобойщиков? – спросил я.

– Где-то три года назад. Сначала мне это не понравилось, но я поговорила с владельцем, приятным человеком по имени Райан, и он сказал, что будет присматривать за моим Энди. И не обманул. У Энди никогда не было проблем в этом баре. Он подметал полы, мыл стаканы, поддерживал чистоту и порядок. Энди настоящий труженик, как и его мама. Отлично со всем справлялся и не допускал, чтобы это как-то мешало его учебе в школе, – с сияющим лицом сообщила Патриция, явно не в силах сдержать гордость за своего Энди.

– Он был близок со Скайлар?

Огонек, на миг вспыхнувший в глазах у Патриции, тут же погас под сомкнувшимися веками, брови сошлись на переносице, губы резко захлопнулись и поджались так, что чуть ли не полностью исчезли во рту. Когда она заговорила опять, голос ее звучал едва слышно:

– Бедная девочка… Нет, он особо не говорил о ней. Разве что от случая к случаю. В основном Энди рассказывал про Райана. И про посетителей. Для бара, рассчитанного на дальнобойщиков, там было очень много завсегдатаев. В этом городе нет недостатка в пьянчужках, это уж точно.

– Они были друзьями? Энди и Скайлар?

– Приятелями, я бы сказала. Не друзьями. Он никогда не встречался с ней вне работы. Во всяком случае, насколько я знаю. Но она тепло относилась к нему. Сразу же ввела его в курс дела. Заботилась о нем. Энди может всего за пару часов прочесть какой-нибудь роман и написать по нему работу для