Кровавые деньги - Фергюс Хьюм

– Донна Кристина?

– Ах! – раздался стон. – Это вы, сеньора?

– Да! – Элисон пошла на голос, в угол, куда бросили связанную женщину и где она лежала, подобно тюку шерсти. – Вы удивлены, что я к вам пришла.

– Конечно, если учесть, что я убила вашего отца, – ответила донна Кристина и снова застонала. – Но вы отмщены, сеньора. Я испытываю муки ада, душой и телом. Веревки терзают мою плоть, а от жажды хоть кричи караул.

– Потерпите минутку, – сказала мисс Уэлдон и вернулась к двери. При всей ненависти к этой женщине за совершенное ею преступление, Элисон, видя ее страдания, все же сжалилась над ней. Возможно, эти страдания заслужены, но Элисон не считала себя вправе выносить приговор донне Кристине. На кухне она налила в кувшин воды, нашла несколько кусков хлеба. Вернувшись в подвал, она дала пленнице попить и поесть.

– Вы помогаете мне? – изумилась донна Кристина, когда жажда была утолена.

– Да! Я считаю вас злодейкой, вы нравились моему отцу и тем не менее лишили его жизни. Но я знаю, что вы страдаете, как и я, к тому же мы обе – во власти этого негодяя. Давайте я ослаблю путы, тогда вы сможете подумать, как спастись. Но прежде расскажите, как именно вы убили моего бедного отца.

– Это был в некотором роде несчастный случай. Я сейчас вам расскажу. Но эти веревки…

Проворные пальцы Элисон быстро нашли в темноте узлы, и вскоре пленница высвободилась и принялась растирать затекшие лодыжки и запястья.

– Я и не надеялась на такую доброту, сеньора, – поблагодарила донна Кристина.

– Как вы вообще могли ждать от меня доброты? – с горечью спросила Элисон и села во мрак рядом с женщиной, которую и ненавидела, и жалела.

– Наверное, я ждала слишком многого, – ответила та, хрипло усмехнувшись, и добавила с искренними нотками в голосе: – Но вы были ко мне добры и будете вознаграждены. Расскажите, что творится наверху.

– Полиция штурмует дом, а мистер Меркер с туземцами отбиваются. Несколько полицейских убиты.

– Его ждет виселица, – пробормотала донна Кристина сквозь зубы. – Но для Пола одним преступлением больше, одним меньше – не имеет значения. Он заслужил смертный приговор уже с десяток раз. Он скорее убьет вас, сеньора, чем позволит вам вернуться к мистеру Карверу.

– Убить меня он может, если захочет, – ответила Элисон, внезапно вспыхнув от гнева. – Но он никогда не заставит меня выйти за него замуж.

– Он сейчас в таком положении, что ему не до женитьбы – ни на вас, ни на мне. Но у меня есть план, который поможет вам сбежать. Я перед вами в большом долгу, учитывая мой жестокий поступок. Сначала я вам все расскажу.

Элисон всхлипнула, у нее перехватило дыхание.

– Я хочу все услышать, – слабо прошептала она. – Хотя не знаю, выдержу ли я правду.

– Надо выдержать, – ответила испанка, – на случай, если в моем преступлении обвинят кого-то другого.

– Значит, это ваше преступление?

– Да! Слушайте и перебивайте только в крайнем случае, потому что времени мало, а сказать надо многое. – Донна Кристина сделала паузу, а потом спокойно продолжила, будто рассказывала историю, не имевшую никакого отношения ни к ней, ни к слушательнице, что сидела во мраке рядом. – Многое из того, что я говорила вам раньше, – правда. Я родилась в Нигерии, воспитывалась в монастыре в Севилье. Мой отец был партнером Пола во многих странных сделках и надеялся укрепить их связи, отдав меня Полу в жены. Поэтому меня отвезли в Лагос, а затем в Озу, где Пол жил под именем Ибено.

– Он все-таки был настоящим Ибено? – перебила Элисон.

– Нет. Настоящий Ибено был любимым рабом Контагоры и принадлежал к племени сенусси. Пол знал его и убил, чтобы занять его место вождя разбойников.

– А что же сами разбойники? Не возражали?

– Некоторые возражали, но Пол их застрелил. Вы не знаете Пола, сеньора. Он только с виду тихий, способный разве что гулять по Пикадилли и вести бесцельную светскую жизнь. Но он – сущий дьявол. После смерти Ибено он переоделся в одежду покойника и забрал его дворец, людей и все, что тому принадлежало. Он также продолжил традиции Ибено – убивать, угонять в рабство, грабить. Отправляясь на свои вылазки, он вымазывал свою кожу и надевал варварскую одежду. А чиновники в Лагосе считали, что он исследует внутренние земли Нигерии.

– Понятно, – кивнула Элисон в темноте. – Власти думали, что он исследует страну, как мистер Меркер, а на самом деле он убивал людей и сжигал целые деревни, как Ибено.

– Именно. А потом возвращался в цивилизованное общество, как Пол Меркер, и клеймил Ибено так же громко, как все остальные. Пол очень умен. Так или иначе, меня отвезли в Озу, и отец представил меня Полу как его будущую жену. Потом отец умер, и я так и не выяснила: то ли его отравил Пол, то ли жрецы джу-джу. Пол о джу-джу знал много. Настоящий Ибено украл «Нечто» у племени умбиди, и Пол верил в этот амулет не меньше других. Он многих принес в жертву, чтобы…

– Не надо, не надо! – вскричала Элисон, содрогаясь. – Я не могу больше это слушать.

– Да, приятного мало, – цинично согласилась донна Кристина. – Но ваш отец, как вы знаете, добрался до Озу и украл амулет. Пола эта потеря привела в ярость, но он так и не узнал имя похитителя. Я должна рассказать вам, сеньора, как я жила в Озу. Мы с Полом договорились не жениться, пока все не наладится, ведь за ним, как за Ибено, велась настоящая охота. У меня был дворец и множество рабов, и я жила припеваючи, как королева варваров. Пол, признаюсь, всегда относился ко мне с уважением, потому что полагался на мой ум. Мы были скорее товарищами, чем любовниками. Думаю, я всегда любила Пола больше, чем он меня, но никогда не поддавалась чувствам, обстановка к этому не располагала. Тем не менее я всегда думала, что мы поженимся.

– Как вы узнали, что амулет у моего отца?

– По его же глупости. Он написал статьи об амулете, как ему поклоняются племена эборото и умбиди. Полу одна из этих статей попалась на глаза, ее прислали одному миссионеру на Кросс-Ривер. Пол посоветовался со мной, и мы решили отправиться в Англию и вернуть «Нечто». К тому же Пол, как и я, устал от своего опасного положения в роли Ибено. Он решил стать комиссаром Акпама и жить там под своим именем, а меня взять в жены. Так мы и решили поступить. Я приехала в Англию, чтобы остановиться в Бан-хаусе рядом с вашим отцом и амулетом. Пол, как вы знаете, присоединился ко мне позже, а потом влюбился