Маневр пустого города - Юнь Хуянь

– Нечего мне зубы заговаривать! – От ярости глаза Лао Чжана полыхнули огнем. – Если вы мне будете продолжать лгать, то скоро произойдет кое-что посерьезнее, чем сегодняшнее отравление учеников!

– А? – Директор Ли явно испугалась. – Мы… мы только что закончили.

– Немедленно верните всех детей обратно!

– Но они сейчас уже выходят за ворота… – Директор Ли чуть не плакала.

– Значит, что с того места, где вы сейчас находитесь, вы можете видеть, что происходит у ворот школы, так? Тогда посмотрите, нет ли поблизости микроавтобуса?

– Нет… А! Я вижу, действительно там стоит микроавтобус, как раз напротив ворот, у него включены фары.

Толпа учеников, стремящаяся из ворот, и скрежещущий зубами, жаждущий крови монстр. Немного позже – может быть, через полминуты, может быть, через пятнадцать секунд, а может быть, даже еще быстрее – этот микроавтобус атакует их, как бешеное чудовище…

Не успели… Слишком поздно. Но что же делать? Что же делать, черт побери?!

Рука с телефоном одеревенело опускается на стол, до ушей доносятся оклики директора Ли, перемежаемые всхлипами, но рука больше не поднимается. Впервые за весь вечер Лао Чжан почувствовал горечь бессилия, и от этого чувства его обычно взвешенный и холодный ум смешался, оставались только хаос и пустота внутри, как в покинутом бегущими войсками военном лагере…

Неизвестно почему, может быть, потому, что краем глаза в этот момент он увидел летящие словно наконечники стрел хлопья снега за окном, он вдруг вспомнил Хуянь Юня, вспомнил, как много лет назад они вышли из оперного театра Чанъань и оказались посреди бескрайней белой пустыни, в какую обратил столицу тем вечером сильный снегопад.

– Но скажи наконец, я так и не понял, ты говоришь, что не фанат пекинской оперы, но почему тебе так нравится эта пьеса? – в недоумении спросил Хуянь Юнь.

– Мне нравится ее сюжет.

– Сюжет? Что такого в этом сюжете?

– В окружении войск противника, значительно превосходящих числом, в такой опасный момент, на краю гибели, только благодаря невиданной отваге и мудрости, переломить ход событий, сделав невозможное, и в итоге превратить поражение в победу!

Он коротко встряхнул головой, как бы разгоняя рой беспорядочных мыслей, и снова поднес телефон к уху:

– Директор Ли, скажите: свет в школьных классах включается автоматически или вручную?

– Для экономии электричества в кампусе установлена автоматическая система контроля, решение о необходимости включения ламп принимается на основе освещенности помещения, уровня шума и числа находящихся внутри людей – но, конечно же, можно переключиться в режим ручного управления.

– У пульта управления сейчас есть дежурный сотрудник?

– Да, есть.

– Позвоните ему и скажите, чтобы он перевел систему контроля освещения в ручной режим и после этого разом включил свет во всем кампусе!

– А? Что?

– Быстрей!

Директор Ли сняла трубку служебного телефона, позвонила в диспетчерскую и слово в слово передала дежурному приказ Лао Чжана. Во время разговора ее взгляд был прикован к окну, она не сводила глаз с автобуса, затаившегося напротив ворот, и хотя она не имела ясного представления о том, что ему тут понадобилось, но чувствовала, что его появление точно предвещает «что-то посерьезнее, чем сегодняшнее отравление». Она видела больше сотни детей, усталой походкой выходящих из ворот школы с тяжелыми рюкзаками на плечах, им навстречу хлынула толпа родителей, уже долго поджидавших у ворот школы своих чад, на которых они возлагали большие надежды, веря, что в недалеком будущем, как говорится, сыновья обратятся драконами, а дочери – фениксами. Два потока встречались у ворот и, словно застыв на месте, медленно бурля, проникали друг в друга. Директору Ли и раньше много раз случалось видеть подобные сцены, и она не находила их ничем особенным, но сейчас, когда она глядела на этих взрослых и их детей, оставшихся в старом районе и изо всех сил пытающихся получить образование и таким путем изменить свою участь, у нее в носу вдруг защипало.

Она смотрела на микроавтобус и про себя молилась: только бы он не двигался, только бы… Но Небо не следует желаниям человека – автобус все-таки тронулся с места, и, хотя было не видно, как вращается механизм двигателя, и не слышно, как шуршат шины по асфальту, она все же чувствовала, что он завелся и готов атаковать в любой момент, как бык с налитыми кровью глазами, выбивающий копытами искры из земли, – разъяренный бык, которого не остановить ни мечом, ни огнем!

Директор Ли обреченно зажмурилась, будучи не в силах смотреть на кровавую трагедию, которая вот-вот разыграется у нее на глазах…

И в этот миг!

До ушей донесся щелчок, и в тот же миг с плотно сжатых век будто вдруг сняли слой кожи, они стали странно тонкими, настолько прозрачными, что она могла видеть пронизывающие их сосуды, наполненные красной кровью.

Директор Ли распахнула глаза.

Во всем кампусе Чаннин вспыхнул свет, на всей территории стало светло как днем. Яркий свет лился из всех широких окон в классах, вырисовывая на земле ряды белых прямоугольников, напоминающих вагоны. Все дети и родители, уже начавшие расходиться, разом обернулись и оторопело уставились на здание школы, такое прозрачное и ослепительно яркое, как дворцовый фонарь немыслимых размеров.

Никто не знает, сколько времени прошло.

Директор Ли взяла телефон, который все время оставался в режиме разговора, поднесла к уху:

– Вы… вы еще тут? – Ее губы немного подрагивали.

– Да, я вас слушаю.

– Этот микроавтобус… он заглушил двигатель, водитель выпрыгнул из машины и сбежал, он сбежал, он все-таки сбежал! – не в силах совладать с волнением, кричала директор Ли, даже не пытаясь вытереть слезы, катящиеся по щекам.

Лицо Лао Чжана осветила легкая улыбка.

Он вытер пот со лба и тихонько выдохнул, приказал директору Ли срочно отправить к воротам учителей и охранников, чтобы они попросили детей и родителей как можно скорее разойтись, потом передал телефон Чжоу Юнь и сказал Фэн Ци и Лэй Лэю:

– Все в порядке, опасность миновала.

Фэн Ци на радостях что было силы сжал кулаки.

А Чжоу Юнь сложила ладони и забормотала молитву, благодаря Небо и Землю.

Лэй Лэй с натянутой улыбкой спросил Лао Чжана:

– А как ты догадался, что, если зажечь свет, он сбежит?

– Поскольку раньше мы его уже чуть было не схватили, а еще он обнаружил, что несколько объектов, на которые он планировал напасть, теперь находятся под усиленной охраной, поэтому наверняка понял, что полиция напала на его след и идет за ним по пятам, и стоит ему допустить хоть малейшую оплошность, как он сразу попадется. В таком состоянии он