Кукла для зверя - Ника Долгина

— ротвейлеры так и остались поодаль, а огромный серый зверь подошёл ближе, но не напал, а понюхал её ноги, уселся чуть в стороне и стал громко лаять, видимо, подзывая хозяина.

Казалось, прошла целая вечность и вся жизнь промелькнула у девушки перед глазами…

Мама с улыбкой протягивает ей мороженое и гладит по голове...

Она с диким визгом летит на тарзанке над речкой в деревне у бабушки, где всегда проводила лето...

Однокурсник на посвящении пытается напоить её коктейлями и лапает в коридоре общаги...

Больничный стационар и приговор врача, который ей, студентке медицинского, не нужно было объяснять — инсульт, приковавший её любимую мамочку к постели...

Она закрыла глаза, чтобы не видеть этих оскаленных пастей и поняла, прислушавшись к себе, что почти уже ничего не чувствует — холод сковал не только тело, но и мозг, заморозив все эмоции.

Если этот псих рассчитывал на сопротивление, то она уже практически ступила за грань — настолько измучены были её душа и изранено тело.

Краем угасающего сознания она отметила оживление собак, почуявших приближение хозяина, а вскоре появился и он сам — в отличие от неё одет он был по погоде — на ногах удобные трекинговые ботинки, он был в спортивном костюме и жилете.

Присев на корточки, он потрепал по холке псину непонятной породы и свистом дал команду остальным — они послушно потрусили прочь.

Конечно, с горечью подумала Лера, свою задачу они выполнили на отлично — дичь загнана. Ей, по традиции, уделялось не больше внимания, чем окружающей обстановке.

Сил на сопротивление у неё не было, и даже режь он её сейчас на куски, она и крикнуть была не в силах — горло сковал спазм, тело оцепенело, она как врач поставила себе окончательный диагноз — кома — тело ещё сохраняет признаки жизни, но жизнь как таковая из него уже ушла.

Девушка крепко зажмурилась, не желая видеть, что будет дальше, но всё равно инстинктивно дёрнулась от первого прикосновения — она ощутила себя невесомой и поняла, что плывёт.

То ли травмированный мозг сыграл с ней злую шутку, то ли этот утырок тащил её куда-то.

Впрочем, не всё ли равно, где он сделает своё грязное дело? Если этому моральному уроду важен комфорт, ей уже было всё равно.

Даже перед крепко зажмуренными глазами орбита вращалась с бешеной скоростью, оцепенение охватило разум, и она провалилась в милосердную тьму.

* * *

Лера очнулась, почувствовав жар и с трудом приподняла будто налившиеся свинцом веки. Наверху прямо перед глазами был яркий свет, и она с благодарностью взирала на него, ощущая блаженное тепло, тело было невесомо.

Вот он — небесный свет, забравший боль и страх.

Она блаженно улыбнулась, поняв, что всё уже позади и она избавлена от страданий, попав в лучший из миров.

Но неожиданное движение чуть поодаль привлекло её внимание и заставило вернуться из страны грёз — её личный мучитель мрачной тенью стоял чуть в стороне, а она сидела в ванне, наполненной тёплой водой с пеной.

Это открытие повергло её в такой шок, что она резко дёрнулась, всплеснув руками, разбрызгивая вокруг себя воду и ароматную пену. Она испуганно посмотрела на мужчину, тот лишь отступил немного назад, давая понять, что не тронет. Пока.

А дальше началось то, что повергло её в настоящую прострацию и на полном серьёзе заставило усомниться не только в ясности её ума, но и в реальности происходящего.

Она уже поняла, увидев знакомый интерьер, что находится в санузле той самой комнаты, из которой бежала, казалось, жизнь назад. Он вынул её из воды и завернул в мягкий халат, а затем отнёс в спальню.

Ей попался чистоплотный псих? Он вымыл её перед тем, как изнасиловать?

Девушка изо всех сил сжала кулаки, вонзив ногти в ладонь, боль немного отрезвила, но не спешила вырывать её из параллельной реальности.

Её перенесли и посадили на кровать, затем он ненадолго вернулся в ванную комнату и принёс ватные диски и Хлоргексидин для обработки ран.

Она сидела ни жива, ни мертва, изображая куклу, пока он обрабатывал ссадины и порезы, поворачивая её нужной стороной и частью тела как манекен на занятиях по оказанию первой помощи.

Дальше — и вовсе вышел прочь, но скоро вернулся, сменив свой мокрый спортивный костюм на пижамные штаны и футболку.

Девушка так и сидела в той же позе и на том же месте, где он оставил её. Любое движение сейчас требовало колоссальных усилий, сил на которые попросту не было.

Он погасил свет, зайдя в комнату, оставив лишь ночник с другой стороны кровати и интерьерную подсветку.

Он собирается остаться здесь?!?

Лера боялась даже дышать, даже думать боялась и сидела с неестественно выпрямленной спиной, прислушиваясь к его движениям за спиной и своим ощущениям.

Она согрелась, но до комфорта было далеко — по комнате молча рыскал незнакомый ей мужчина. Господи, она даже имени его не знает...

Надо что-то сказать? Сам он упорно молчал. Спросить, как к нему обращаться?

А она собирается обращаться к нему?

У неё в голове спиральной галактикой вертелся триллион вопросов о том, что будет с ней дальше, а его имя интересовало её в последнюю очередь.

Но вот он подошёл почти вплотную и глухо приказал:

— Подними волосы.

Девушка дрожащими руками приподняла растрёпанные и полувлажные волосы и почувствовала, как на шее защёлкнулся замок. Он надел на неё кожаный ошейник, металлическая цепь от которого заканчивалась браслетом на руку, который он зафиксировал уже на своём запястье.

— Это вынужденная мера, — так же тихо и отрывисто пояснил он.

Ну конечно, он посадил её на цепь как своих псов, о чем тут говорить?

Всё и так предельно понятно. Вынужденно.

А вынудила его, конечно, она сама, своим неправильным поведением. Или ему вовсе не нужны были предлоги?

Затем он обошёл кровать, размеры которой были довольно внушительны, и улёгся поверх покрывала, слегка натянув поводок. Девушка сидела истуканом, пока не услышала ещё один приказ:

— Ложись спать, тебе ничего не угрожает. Поговорим завтра.

Реальность навалилась на неё всей тяжестью, и оглушила, как со стуком захлопнувшаяся дверь темницы.

Она здесь, в неволе, на цепи.

Рядом то ли псих, то ли маньяк и она в полной его власти.

Что она сделала не так? Чем заслужила подобное?

В горле саднило от непролитых слез, вставших комом и практически перекрывшим дыхание. Она с трудом заставила себя собраться и отпустить ситуацию — тело обмякло, спазм в горле прошёл, она порциями