Современный детектив. Большая антология. Книга 12 - Андреас Грубер

— Жанет, не надо выступлений. — Надзирательница приложила дубинку к ее подбородку. — Это ни на кого не производит впечатления.

Соловей-разбойник послушно отступила на шаг. Тем временем сверху спускались остальные женщины. Они уже не помещались на лестнице, поэтому Хельга приказала им, чтобы первые ряды продвинулись в том направлении, где стояли она и Залусская. Через минуту вокруг Саши совсем не осталось свободного места. Заключенные заполнили весь проход. Профайлер слышала, как они перешептываются. Некоторые без стеснения показывали на нее пальцем. Только шестерки, находящиеся на низших ступенях иерархии, стояли без движения, и на их апатичных физиономиях не отражалось ни единой эмоции.

— Красивая, — прозвучало откуда-то сзади. — Берем ее к себе на зону.

Саша старалась игнорировать комментарии, хотя это было непросто. Она знала, что женщины провоцируют ее от скуки и на самом деле им ничего от нее не нужно. Но когда одна из них едва не схватила ее за пах, Саша резко увернулась и на лице ее отобразился страх. Именно этой цели и служила провокация, потому что вместо одобрения прозвучал дикий гогот. Возле Саши опять возникла гладиаторша с повязкой.

— Смотри, принцесса. — Жанет примирительно усмехнулась. Только сейчас Саша смогла оценить, насколько та огромна. Ростом она была около двух метров, выше Саши на две головы. Гигантша театрально сорвала пластырь и продемонстрировала собственноручно нанесенное увечье. — Выходной нам дать не хотели, суки.

Спасла Залусскую надзирательница, ведущая заключенных из швейного цеха.

— Достаточно, Жанет, — сказала она устало. — Вернись в строй.

Потом она подошла к Хельге, подписала документ и дальше уже «белоногая» вывела толпу женщин во внутренний двор. Ее кудри подпрыгивали в ритме марша. Под командованием Хельги ни одна из подопечных не решилась даже пикнуть. Но Саше еще долго казалось, что она слышит их шепот. Вторая надзирательница была посимпатичнее, даже улыбалась. Еще раз обыскав Сашу, она ввела ее в маленькое помещение, из-за прозрачных стен напоминающее аквариум.

По другую сторону кубика из оргстекла уже ждала Мажена Козьминская, с которой так долго и безуспешно пыталась встретиться Саша. На первый взгляд, она совершенно не была похожа на опасную преступницу. Такие особы встречаются в банках, на почте. Их полно в центрах занятости, на парковых аллеях, когда они одновременно курят, говорят по телефону и толкают коляски с детьми. Определить ее возраст непросто. Эдакая не слишком ухоженная тетя, бабушка, мама. Она подошла бы на любую из этих ролей. И наверное, ей случалось их играть. Стройная. Пропорционально сложенная шатенка. Лицо совсем не выразительное, если бы не легкое косоглазие, которое только придавало привлекательности. На носу дешевые очки, с заклеенной изолентой дужкой. Стрижка каре. Поношенные шлепанцы, поверх белоснежных, хоть и ветхих носков. Штанины оранжевой униформы для особо опасных преступников, подвернутые до колен, демонстрировали худые, белые как молоко, гладкие ноги.

Саша не узнала бы убийцу, если бы встретила ее на улице. Тетенька по ту сторону стекла совершенно не была похожа на ту блондинку неблагополучного вида, которую Залусская запомнила по снимкам из оперативных материалов после ареста за убийство варшавского выпускника. Но это была она. Мозг банды. Оса. Первая и до сих пор единственная в Польше женщина, осужденная пожизненно без возможности условного освобождения через тридцать лет. Ее образование закончилось восемью классами, но во время психологического обследования, выяснилось, что IQ Козьминской составляет 178. Если бы она продолжила учебу, то без труда окончила бы вуз. Она была отличным стратегом, обладала коммуникативными способностями и лидерскими качествами. Диагностированная психопатка. Андрогинный тип, каких полно сейчас на менеджерских должностях в крупных компаниях.

Но, к сожалению, Мажена происходила из неблагополучной семьи, с раннего детства сталкивалась с агрессией и другой жизни не знала. Оса жила за счет преступлений, пока ее не задержали. Сама она ни разу не взяла в руки орудие убийства. Не нанесла ни одного удара. Не участвовала в убийствах, за пытками же наблюдала как зритель. Обычно она стояла в стороне, тщательно контролируя процесс. Следила, чтобы мокрая работа была выполнена согласно ее плану. Исполнителями убийств, как правило, были актуальные любовники Осы, либо те, кто рассчитывал на ее благосклонность. Как она их соблазняла при своей красоте, а точнее, ее отсутствии, до сих пор остается тайной. В течение долгих лет она была слишком хитра, чтобы позволить поймать себя. Оперативники утверждали, что у нее на счету множество серьезных преступлений, хотя доказать удалось лишь одно. Она так ни в чем и не призналась.

— Я не согласна, — вместо приветствия произнесла Мажена и широко улыбнулась, демонстрируя отсутствие одного зуба.

Саша села на табуретку. Не зная, куда деть руки, она сунула их в карманы куртки. В заднем кармане джинсов она чувствовала выпирающую пачку сигарет R1. Она вынула ее и переложила в нагрудный карман. Надзирательница забрала у нее зажигалку, но в этом помещении все равно нельзя было курить. Камера бдительно наблюдала за ними.

— С чем? — Залусская не собиралась быть слишком вежливой, она слегка нервничала, из-за чего чувствовала мурашки на затылке.

Она пришла сюда не затем, чтобы о чем-то просить, а лишь хотела раздразнить заключенную. Разогнать обманчивое спокойствие и хотя бы на минуту сорвать маску Осы. А потом, возможно, подвернется случай, чтобы применить другую стратегию. Сначала ей нужно было удостовериться, что стоит ломать копья.

— Ни с чем не согласна, — прозвучало из-за стекла. — Я невиновна.

— Значит, мы обе теряем время? — Саша вынула руки из карманов и заметила черную полосу на запястье. Оттерев ее дочиста, она указала на кубик из бронированного оргстекла, который их разделял. — И почему тогда ты находишься вот в этом?

Мажена гордо вздернула подбородок. Когда она начала говорить, Саша почувствовала контролируемую мягкость. Люди этого типа ничего не делают просто так. Профайлер убедилась, что тон разговора был выбран правильно. У Козьминской было к ней дело.

— Ты обследовала Шимону, — заявила заключенная. — Это моя хорошая знакомая, сокамерница.

— Интересный объект.

— Сколько платишь?

Саша покачала головой.

— Но кофе и сигареты тебе куплю. Или фильмы, а может, книги. Не знаю, что тебе нужно. Я научный работник.

— Брешешь. — Саша напряглась. — Ты легавая. Я чувствую.

— Это имеет значение?

Мажена уселась поудобнее. Расстегнула униформу. Под оранжевой робой была поддета зеленая майка с вышитыми люрексом цветочками, облегающая большую красивую грудь. Может, это и был тот самый манок. Декольте демонстрировало след, оставшийся от попытки суицида. Рана плохо заживала и выглядела отвратительно.

— Ты обманула девочек. Они недовольны, потому что не хотели говорить с легавыми.

— Тогда была другая