Предначертанная. Часть 2 - Шахназ Сайн

– Самира погибла ребёнком. Об этом не любят говорить.

– Как? – голос Миры перешёл на шёпот.

– Поскользнулась, упала с третьего этажа.

– Боже… – Мира прикрыла ладонью рот. – Не может быть…

– Больше об инциденте особо ничего не известно. Знаю лишь, что после случившегося Аида и Махира перестали общаться. Хотя… Когда её сестру закрыли в психиатрической, Махира навещала её. До последнего.

Мира онемела. Её глаза расширились, в них отражался ужас.

– Я предполагала болезнь… может, автокатастрофу… Но не настолько ужасный случай… Бедная девочка…

– Лейла никогда о ней не говорила. Как и все в семье.

– Понятно… – прошептала Мира, задумчиво уставившись сквозь тёмное лобовое стекло.

Ратмир повернул к ней голову. Под маской ярости в его взгляде читалось что-то ещё – мучительное любопытство:

– Когда начались эти… сны?

Мира не отвела взгляд.

– После покушения, – призналась она, не желая что-либо утаивать. – Притом они снятся постоянно, и моя связь с ними быстро крепнет. Я перестала ей противиться. Хотя мой организм пытается. После каждого видения меня выворачивает наизнанку. И чем дольше я находилась у Алана…

Удар кулака по рулю прозвучал как выстрел. Рык Ратмира сотряс салон машины:

– Не смей произносить это имя при мне! Не смей!

Мира испуганно вздрогнула, будто её ударили током.

– Что он тебе сделал? Откуда эта ненависть? – обомлела она.

– Ты издеваешься?! – голос Ратмира сорвался на хрип.

– Нет! – Мира вскинула руки, её терпение окончательно лопнуло. – Я должна понять! Алан – неплохой человек, как бы странно это ни звучало! Жизнь и так сломала его!

– Замолчи! – Ратмир ударил по тормозам, машина резко остановилась. Не будь Мира пристёгнута, то полетела бы вперёд.

– То, что он сделал с тобой… Может, это просто карма? – процедила Мира сквозь зубы. – Может, это простой бумеранг жизни? Ты получаешь то, что отдал.

– Он украл у меня единственную женщину, которую я полюбил по-настоящему! – чуть ли не прокричал Ратмир.

– Не украл! – Мира прогремела не тише него, в её глазах вспыхнули молнии. – Я здесь! И мне жаль, что другого выхода не было!

– Был! Был! Я уверен, что был! – тело Ратмира вдруг затряслось. Его дыхание стало прерывистым. Глаза потеряли фокус, зрачки расширились.

Мира поняла, что с ним произошло. Её пальцы впились в его плечо. Машины позади них начали сигналить – они мешали движению.

– Надо было… сказать правду… – хрип вырвался из пересохшего горла Ратмира. – Надо было довериться мне… не бояться… я бы попытался понять… правда… попытался.

– Дыши, – ладонь Миры беспокойно легла на его плечо. – Глубоко. Вдох… Выдох… Думай об Аише. Её смех… её улыбка…

Машины с рёвом сигналов объезжали их. Мира нервно оглянулась, затем снова сосредоточилась на Ратмире. Его лицо было мокрым от пота, губы дрожали. Она и забыла, что стрессовые ситуации оборачиваются для него панической атакой.

– Ты сильнее своих страхов. Помнишь? Смотри им в глаза. Ты сильный. – Мира коснулась рукой головы Ратмира, прошлась по затылку, шее, продолжая говорить: – Ты в силах принять свою боль и справиться с ней. Прошлое есть прошлое, не позволяй ему отражаться на настоящем. Иначе будущее так и не наступит.

– Помню… Сейчас, – Ратмир поднял на Миру взгляд – стеклянный, невидящий. Сделал короткий вдох. Потом ещё один, и глубже. Ещё. Не отрывая от неё глаз.

Мира взяла его дрожащую руку – ладонь была ледяной и липкой – и поднесла к своей щеке. Паническая атака превращала такого непоколебимого мужчину, как Ратмир, в беспомощного ребёнка. Мира мягко коснулась губами его ладони, затем снова поднесла к щеке.

Тишина. Только прерывистое дыхание. Ратмир не отводил от Миры взгляд. Машины объезжали их, недовольно сигналили, но никого в салоне это не волновало. Наступил момент, когда мир погрузился в тишину, исчезла суета, время остановилось и во вселенной остались только два сломленных человека, испытывающих друг к другу чувства.

– Я потерял тебя… – прохрипел Ратмир, стараясь дышать.

– Нет. Я ведь здесь, – мягко уверила его Мира. – Ты не можешь потерять ту, что мыслями и сердцем с тобой.

Ратмир сделал первый осознанный вдох. Потом второй. Дрожь начала отступать.

Третий вдох – и его взгляд начинал проясняться. Паника отступала, оставляя после себя измождённое, но уже живое лицо.

– Мне сложно понять твой поступок.

– Мне тоже, – печально произнесла Мира. – Я признаю, что прошла по острию ножа. Я признаю, что, желая уберечь тебя, ранила только сильнее. Видит Бог, то, что горело во мне по отношению к тебе, из-за всей этой суматохи с похищением в один момент притихло. Я будто перестала вообще что-то чувствовать – и не только к тебе, а ко всему в этой жизни. Я очень сильно запуталась, Ратмир. Я потерялась. Я вроде знала, чего хочу и куда двигаюсь, но с каждым шагом всё больше ломала себя. А когда поняла, что потеряла тебя… мой мир прояснился. Он стал чётче. Я не просто разглядела горевшие внутри чувства к тебе – они напомнили, насколько много ты, Ратмир, значишь для меня. Я никогда не верила, что любовь может развиться за короткое время, но, глядя на нас с тобой, верю. Зная, что горит внутри, – верю. Я не представляю, что нужно сделать, чтобы вернуть хотя бы часть твоего доверия, но уверяю: телом, сердцем и душой я готова быть твоей. Только твоей.

Ратмир не отводил взгляд от Миры, полностью позабыв обо всём на свете. Даже сама Мира, казалось, перестала ощущать что-либо, кроме его взгляда.

Он поднёс её руку к губам. Они обожгли мягкую кожу нежным поцелуем.

Мира улыбнулась – впервые за этот вечер по-настоящему. И внутри, там, где, казалось, было невыносимо холодно и тяжело, стало тепло. Всё произошло настолько неожиданно и было так необходимо её сердцу, что на глазах Миры навернулись слёзы.

А потом Ратмир сделал то, что разрушило все барьеры между ними, – в одночасье, резко и, как можно было подумать, уже навсегда. Он притянул её к себе и неистово впился в её губы.

Мира ответила с той же пылкостью. Её пальцы вплелись в волосы Ратмира, она крепко обхватила его за шею. Мир уменьшился до крохотного пространства между их телами. И пусть гудели сигналы проезжающих мимо машин, мчалось время, проплывали тяжёлые облака на небе – эта минута принадлежала исключительно им. Двум раненым сердцам, которые не желали терять друг друга и отказались идти на поводу у обстоятельств, обиды и боли.

Когда Ратмир наконец отпустил Миру, его голос звучал по-прежнему хрипло, но глаза… они блестели. Ликовали.

– Как я скучал…

И Мира, с желанием смотря на мужчину, от