Зарубежный детектив - Мэри Хиггинс Кларк

На секунду Кейси подумала, что она, должно быть, ослышалась. Увы, стоило ей повернуться к скамье присяжных, как выражение лица старшины перестало быть непроницаемым, а само лицо — добрым. Вместе с семейством Рейли она глядела на Кейси с осуждением. На Чокнутую Кейси, как окрестили ее газетчики.

Кейси услышала позади себя сдавленное рыдание. Обернувшись, она увидела мать; та осеняла ее крестным знамением. Анжела в отчаянии обеими руками схватилась за голову.

По крайней мере, хоть один человек поверил мне, подумала Кейси. По крайней мере, Анжела верит, что я невиновна. Но все равно я, как обещал прокурор, надолго попаду в тюрьму. Моя жизнь кончена.

Глава 1

Пятнадцать лет спустя

Услышав щелчок, Кейси Картер шагнула вперед. За спиной раздался знакомый металлический лязг. Это лязгнула дверь ее камеры. Она слышала его каждое утро, когда выходила на завтрак, каждый вечер после ужина и обычно еще дважды в день. Четыре раза в день в течение пятнадцати лет. Итого примерно 21 900 раз, не считая високосные годы.

Но сегодняшний звук отличался от остальных. Сегодня вместо обычной оранжевой тюремной робы на ней были черные брюки и белоснежная хлопчатобумажная рубашка, которые мать накануне привезла в кабинет начальника тюрьмы. И то и другое на размер больше. Сегодня, когда она выйдет из этих стен, ее книги и фотографии выйдут вместе с ней.

Слава богу, сегодня она в последний раз услышит это убийственное металлическое эхо. После этого все будет позади. Никакого условно-досрочного освобождения. Никаких ограничений. Как только выйдет из этого здания, она будет совершенно свободна.

Здание это было Йоркским исправительным учреждением. Когда она впервые попала сюда, ей каждое утро и каждый вечер было жалко себя. Газеты называли ее Чокнутой Кейси. Правильнее было бы — Проклятой Кейси. Хотя со временем она научилась чувствовать благодарность за небольшие радости. Жареная курица по средам. Сокамерница с прекрасным певческим голосом и любовью к песням Джони Митчелл. Новые книги в библиотеке. Спустя несколько лет Кейси получила разрешение вести для небольшой группы желающих занятия по истории искусства.

Йорк, штат Коннектикут, — не то место, где Кейси когда-либо представляла себя, но он на полтора десятилетия стал ее домом.

Она шагала гулкими тюремными коридорами — одна надзирательница впереди, вторая сзади, — и другие заключенные кричали ей вслед:

— Иди, Кейси!

— Не забывай о нас!

— Покажи им, на что ты способна!

Они свистели и хлопали, провожая ее на свободу. Нет, она не будет скучать по этому месту, но никогда не забудет этих женщин — и те уроки, которые они ей преподали.

Кейси была рада покинуть эти стены. И все же ей давно не было так страшно — с того самого первого дня. Она слышала 21 900 лязгов двери, подсчитывая оставшиеся дни. И вот, наконец обретя долгожданную свободу, была в ужасе.

Услышав совершенно новый для себя звук — это распахнулись наружные двери тюрьмы, — Кейси подумала: «Что ждет меня завтра?»

Волна облегчения накатилась на нее, стоило ей увидеть, что снаружи ее ждут мать и двоюродная сестра. Волосы матери поседели, а сама она стала почти на дюйм ниже, чем когда Кейси только попала за решетку. Но стоило матери обнять ее, как она вновь почувствовала себя маленьким ребенком.

Ее двоюродная сестра Анжела выглядела столь же потрясающе, что и прежде. Она тотчас заключила Кейси в крепкие объятия. Та старалась не думать о том, что с ними нет отца: три года назад ее не отпустили на его похороны.

— Большое спасибо, что приехали за мной из Нью-Йорка, — сказала она Анжеле. Большинство подруг Кейси перестали общаться с ней сразу после ее ареста. Те немногие, что во время судебного разбирательства внешне сохраняли нейтралитет, исчезли из ее жизни, как только она получила срок.

Единственными, кто не отрекся от нее, были мать и Анжела.

— Как можно было не приехать! — сказала сестра. — Но я должна перед тобой извиниться: сегодня утром я была так взволнована, что, уезжая из дома, забыла взять одежду, которую твоя мама попросила захватить для тебя. Однако не переживай: по дороге домой можно заглянуть в торговый центр и купить пару-тройку вещей.

— Тебе лишь бы найти повод для шопинга, — пошутила Кейси.

Анжела, бывшая модель, теперь возглавляла отдел маркетинга в фирме «Ледиформ», специализировавшейся на женской спортивной одежде. Уже в машине Кейси спросила у Анжелы, насколько хорошо та знала семейство Пирсов, основавшее «Ледиформ».

— Я знакома с родителями, а их дочь, Шарлотта, управляет офисом фирмы в Нью-Йорке. Она в числе моих хороших знакомых. А почему ты спрашиваешь?

— В прошлом месяце в эпизоде шоу «Под подозрением» шла речь об исчезновении Аманды Пирс, младшей сестры твоей подруги. Это шоу заново исследует нераскрытые случаи. Может, Шарлотта поможет мне договориться о встрече? Хочу, чтобы люди узнали, кто действительно убил Хантера.

Мать Кейси устало вздохнула.

— Может, ты проведешь хотя бы один тихий, мирный денек, прежде чем браться за это дело?

— Не хочу обидеть тебя, мама, но пятнадцать лет — это слишком долгое ожидание истины.

Глава 2

В тот вечер Пола Картер сидела в постели, прислонившись спиной к спинке кровати и положив на колени «Айпэд». Ей было приятно слышать в гостиной приглушенные голоса Кейси и Анжелы, а также закадровый смех комедийного сериала. Ею были прочитаны несколько книг о переходном периоде для заключенных, вернувшихся во внешний мир. Учитывая вольнолюбивый характер Кейси в ее молодые годы, Пола поначалу обеспокоилась тем, что дочь сразу попытается с головой окунуться в оживленную жизнь Нью-Йорка. Из книг же она узнала, что люди в положении Кейси обычно не сразу осознавали степень своей свободы.

Пола старалась лишний раз не выходить из своей комнаты. Пусть Кейси побродит по дому одна, без вездесущей матери. Поле было больно думать, что для ее независимой, умной, талантливой, волевой дочери переход из спальни в гостиную, с пультом дистанционного управления в руках, был едва ли не самым ярким событием за эти пятнадцать лет.

Кейси была искренне благодарна Анжеле, что та взяла выходной, чтобы встретить кузину из тюрьмы. Да, они лишь двоюродные сестры, но Пола и ее сестра Робин вырастили своих дочерей так, как если бы те были родными.

Отец Анжелы так и не появился в кадре, и поэтому девочке его заменил Фрэнк. Затем, когда той было всего пятнадцать, Робин тоже не стало, и забота о племяннице полностью легла на плечи Полы и Фрэнка.

Анжела и Кейси были близки,