Зарубежный детектив 2026-5 - Марк Эдвардс

– Значит, он тоже там был, близ Ватерлоо?

– Был. Где он сейчас, не знаю. Но мы его вычислим.

– Успеешь?

– Ингрид, в данный момент ему известно о местонахождении Хасана Ахмеда ровно столько, сколько нам. Его операция провалилась. Сейчас нужно думать о ликвидации последствий. Я понимаю, ты в шоке. Но я всегда говорила, что от него можно ждать чего угодно. А после этой истории с Партнером…

– Осторожнее.

– Официально я не в курсе, что именно там произошло, но у меня есть кое-какие догадки. И любой, кто способен на то, что устроил тогда Лэм, наверняка считает себя неуязвимым и на особом положении. Именно поэтому я и отправила туда Сид Бейкер.

– И что она доложила?

– Что Лэм ведет себя как полоумный затворник. День-деньской сидит в своей берлоге на чердаке, с опущенными шторами. Ничего удивительного, что он в конце концов слетел со всех катушек, Ингрид.

Она слишком часто обращается к ней по имени. Это следует контролировать.

– А что Бейкер говорит по поводу сегодняшнего?

– На данный момент Бейкер не в состоянии ничего говорить. Она среди сегодняшних потерь.

– Мать честная. Я что, пропустила совещание, на котором было решено начать военные действия?

– Мы сейчас всё зачищаем и ликвидируем последствия. Один из людей Лэма находится у меня внизу. Очень скоро из него вытряхнут неопровержимые доказательства. Будет достаточно, если мы продемонстрируем, что Лэм поддерживал связь с Блэком после того, как Блэк уволился из Конторы. Ведь Лэм, как известно, не самый общительный тип.

– Ты слишком рьяно рвешься в судьи.

– Так ведь ситуация-то – полная задница! Как, по-твоему, отреагирует дядя Хасана Ахмеда, когда в доме, где держали его племянника, обнаружится труп бывшего сотрудника спецслужб, пусть даже и действовавшего якобы самовольно? Сколько бы мы потом ни клялись, что Контора тут ни при чем, он все равно заподозрит, что без нас дело не обошлось. А это, на минуточку, человек, которого правительство ее величества хочет видеть в стане умеренно настроенных. Эту ситуацию необходимо разруливать.

– Там сейчас работают твои люди?

– Да. Но это не следственная группа и не эксперты-криминалисты. Если на улике написано «улика», то они ее заметят, а все остальное…

– Значит, они не заметят того, что помогло бы полиции найти Хасана, – закончила за нее Тирни.

Повисла пауза. На телефонном аппарате мигал огонек ожидающей линии – кто-то пытался ей дозвониться. Она проигнорировала индикатор. Трубка в руке словно бы раскалилась, но Тавернер сжала ее так крепко, что рука начала подрагивать.

– Ладно. Бери его.

– Лэма?

– Лэма. Посмотрим, как он все это объяснит.

– А что с Хасаном Ахмедом?

– Я думала, ты обо всем уже позаботилась.

«Играем по лондонским правилам, по лондонским», – напомнила себе Тавернер, а вслух сказала:

– Ингрид, мне нужно услышать это из твоих уст.

– О господи. Убийство племянника Махмуда Гула на нашей территории – это одно. Но если в этом каким-то боком замешаны наши органы – это уже совершенно другое. Оставь Хасана полиции и моли всех святых, чтобы его вовремя отыскали. Но что бы ни случилось, я не желаю видеть никаких упоминаний Пятерки в материалах расследования.

– Лэм, скорее всего, заартачится.

– Он не дурак. Подключи к этому Даффи. И всех остальных тоже забирай.

– Остальных?

– Весь персонал Слау-башни. Слабаков. Задерживай всех и каждого, выясняй, кому из них что известно, прежде чем они создадут еще больше проблем. Я не хочу, чтобы из-за этой истории Пятерку в очередной раз смешали с грязью. Нам и без того прилетает с избытком.

– Считай, что все сделано. Мягкой посадки.

Какое-то время Диана Тавернер сидела неподвижно, глядя на молодняк в оперативном центре. На пустые кресла за рабочими столами, где всего через несколько часов будет сидеть еще больше парней и девчонок, занимаясь все той же неблагодарной работой. Разумеется, каждого из них при поступлении на службу об этом предупреждали, и каждый из них притворился, что поверил. Хотя на самом деле в это никто никогда не верит, не с первого же дня. Каждый из них втайне мечтает о почете и общественном признании. Которого они никогда не получат. Она хотела подарить им героическую и славную победу. Этому тоже не суждено случиться. Все, что она может сделать, – это защитить их от скандала, чтобы, когда он разразится, под огонь попали не они, а никчемный балласт.

Она позвонила умельцам в Ватерлоо:

– Тело испарить. Помещение зачистить.

Зачистка помещений, если чистить как следует, требует применения сильнодействующих средств. Самым лучшим является огонь.

После этого она перезвонила Нику Даффи. Он уже вернулся в Риджентс-Парк и сейчас находился многими этажами ниже ее кабинета.

– Кого?.. Хорошо. Буду через пять минут.

* * *

– Кто это был?

– Блэк. Алан Блэк.

Ривер с ним ни разу не встречался. Из Слау-башни Блэк уволился за несколько месяцев до того, как там оказался Ривер. Блэк стал одним из тех, чей энтузиазм, которым он пылал при поступлении в Контору, сошел на нет и угас, задушенный тягомотной рутиной. Ривер понятия не имел, за какие «заслуги» Блэк оказался в компании слабаков. Расспрашивать об этом было сродни копанию в грязных семейных тайнах, сродни выяснению, с кем из прислуги путался какой сластолюбивый двоюродный дядюшка. К тому же для этого необходима была заинтересованность данным вопросом, которая у Ривера напрочь отсутствовала.

Почему тогда лицо Блэка было таким знакомым?

Ривер сидел сзади. Машину вела Луиза; Мин Харпер сидел рядом с нею. В пробегающем свете фонарей лица их выглядели одутловатыми и неприкаянными, но, по крайней мере, не были отделены от туловищ. Кислый привкус рвоты царапал горло. За несколько кварталов отсюда с кухонного стола все еще таращилась на Ривера отрубленная голова, и, наверное, теперь всегда будет таращиться.

А все потому, что Ривер уже где-то видел это лицо. И в тот раз к нему прилагалось туловище. Сейчас он не мог собрать все воедино: приложить лицо к туловищу, а все вместе – к своим воспоминаниям. Но это лишь дело времени. Он умел восстанавливать события в уме и уже прокручивал различные комбинации и возможности, выхватывая их из памяти, будто шары из лотерейного барабана. Победитель все еще не объявлялся, но надо просто немного подождать.

– Ты уверен?

– В том, что это Блэк?

– Да.

– Да, уверен. На кой черт эта сволочь выбросила наши телефоны?

– Чтобы нас не вычислили.

– Спасибо, это я и без тебя знаю. Я имел в виду, с какой стати он боится, что кто-то станет нас вычислять?

Ривер говорил, размышляя на ходу:

– Нас подставили. Предполагалось,