Графское наследство - Наталия Николаевна Антонова

тихо, — во Франции. — Её глаза приобрели мечтательное выражение. — Он, должно быть, художник, — восторженно проговорила она. Ей отчего-то вспомнилась оперетта «Фиалка Монмартра», на которую мама водила её в детстве. Оперетта ей понравилась, потому что женщины там были одеты в красивые платья и все весело пели и плясали:

«Карамболетта! Звезда веселья. И весны!

Карамболина! Карамболетта!

В тебя певцы Монмартра влюблены…»

Таисия была настолько впечатлена, что, даже несмотря на детский возраст, запомнила имя композитора, сочинившего такую прелесть, — Имре Кальман. Именно такие яркие детские воспоминания хранила Таисия в своей голове. А ещё она знала, что в Париже уже в марте цветут фиалки.

Но граф не оправдал её ожиданий. Он не говорил ни о живописи, ни о фиалках. Он банально напился. Ему вызвали такси. Но прежде чем уехать, он подозвал к себе Таисию и попросил, чтобы она сопроводила его.

— Я? — воскликнула опешившая Таисия и, не найдя ответа в глазах окружающих, со всех ног помчалась к хозяину. Она ворвалась в его кабинет, не постучавшись, и выложила ему всё с порога.

Уральцев внимательно посмотрел на неё, пожевал губами и сказал:

— Уважить надо. — В первый раз за всё время работы скомандовал: — Избушка, избушка, повернись к двери лицом, ко мне задом.

Таисия безмерно удивилась, но подчинилась.

Пётр Никифорович ощутимо шлёпнул её ладонью по заду и велел:

— Езжай.

Таисия быстро повернулась к нему лицом и пролепетала:

— Но я… Пётр Никифорович…

Уральцев в ответ усмехнулся и проговорил:

— Как я понимаю, Артемий сейчас уже еле на ногах держится. Так что можешь не опасаться за свою невинность. Так что двигай! Не забудь только рано утром вовремя слинять из его дома. Позвонишь по этому номеру, — он дал ей карточку, — и за тобой приедут.

— Хорошо, — прошептала Таисия и, забыв попрощаться с хозяином и пожелать ему спокойной ночи, бегом побежала в зал, где её как ни в чём не бывало дожидался пьяный граф.

Может, он и не дожидался уже, просто не имел собственных сил добраться до такси и загрузиться в него.

Всё это проделал с ним бармен Лёва, после того как Таисия, залившись краской до самых ушей, кивнула ему. Бармену помогал долговязый и просто незаменимый Иван. Таксисту сказали, куда именно ехать.

Когда машина остановилась возле какого-то загородного посёлка, к ней подошёл охранник и спросил таксиста, кого он привёз.

Таксист сунул охраннику бумажку, которую ему вручил всё тот же бармен. Охранник внимательно прочитал её, куда-то позвонил, потом пропустил такси.

У Таисии, с замиранием сердца глядевшей на всё это, по коже бегали мурашки. Ей почему-то пришла в голову мысль, что её привезли в гнездо разврата, где над ней непременно надругаются, потом разрежут тело на куски, сложат в непромокаемый мешок и бросят в реку.

Попытавшись разогнать свои страхи и хоть как-то утешить себя, Таисия вызвала в памяти образ хозяина «Старого романса» и пришла к мысли о том, что Пётр Никифорович не мог обречь её на такую участь. И вообще, Уральцев не такой человек. За всё время работы она ни разу не слышала о связях хозяина «Старого романса» с криминалом.

Наконец такси подъехало к каким-то воротам. Разглядеть их в уже сгустившейся темноте было сложно, и Таисия отказалась от этой затеи. Она просто стала ждать.

Водитель посигналил, и ворота тотчас открылись, словно прибытия такси уже ждали. Тут она вспомнила, что охранник-то куда-то звонил, вот и предупредил, наверное.

К въехавшему на подъездную дорожку такси подошли двое. Широкоплечий, высокий детина и пожилой мужчина. Детина взял пассажира такси на руки и как малое дитя понёс на руках в дом. Второй мужчина велел Таисии:

— Выбирайся!

Она вышла из салона и встала рядом с ним. Он же в свою очередь, расплатившись с таксистом и затворив ворота, подал ей руку:

— Прошу! — И повёл в дом. — Как вас зовут? — спросил он.

— Таисия.

— А я Андрей Савельевич. Дворецкий.

— Кто? — Глаза Таисии полезли на лоб.

— Дворецкий, — спокойно повторил мужчина. Все зовут меня просто Савельич. Спальня Артемия Константиновича на втором этаже. Идёмте, Таисия, я провожу вас.

— Идёмте, — пролепетала она в ответ.

Савельич довёл её до опочивальни хозяина, распахнул двустворчатые двери и тихонько втолкнул девушку вовнутрь.

Артемий Константинович уже был кем-то заботливо уложен в постель и потихоньку сопел. Таисия, естественно, не стала его будить и тихо, как мышь, сидела в кресле, потом выскользнула из комнаты. За окном уже светало. Таисии сильно хотелось пить, и она решилась спуститься вниз. На лестнице она столкнулась с Савельичем и сказала:

— Я хочу пить и домой.

— Отлично, — ответил он, — идёмте вниз, я напою вас чаем, и вы вызовете такси.

Только тут Таисия вспомнила о карточке, которую ей дал хозяин клуба. Она тут же вытащила телефон и сообщила, что её нужно забрать из, — она обернулась к Савельичу, чтобы спросить адрес. Но в трубке ответили, что прекрасно знают, откуда именно её забрать. Связь отключилась. Таисия недоумённо послушала короткие гудки и повернула голову к Савельичу.

— Я бы на вашем месте умылся, — сказал он, — и причесался, а также выпил хотя бы чашку чая.

— А где у вас ванная?

— У нас много ванных комнат, — ответил почему-то Савельич. Таисия не поняла, как может быть много ванных комнат, и подумала, что он шутит. Но Савельич, ничего не объясняя, взял её под локоть и куда-то повёл по коридору. Вскоре она оказалась в уютной умывальной комнате. Приведя себя в порядок, Таисия вернулась туда, где остался Савельич.

Мужчина напоил её чаем и накормил вкусным завтраком. К тому времени, когда она с ним управилась, возле ворот загудела машина.

— Это за вами приехали, — сказал Савельич и вывел её из дома на улицу.

— Вас в клуб отвезти? — спросил водитель прибывшей за ней машины.

— Если можно, домой, — жалобно попросила она, — надеюсь, что Пётр Никифорович на меня не рассердится.

Водитель только плечами пожал и отвёз её по адресу, который она ему назвала.

Глава 8

Вернувшись домой, Таисия сразу же легла спать и проспала до четырёх часов вечера.

К семи она как ни в чём не бывало вышла на работу. Её сразу же окружили сослуживицы и стали выпытывать, что у неё было с Артемием Константиновичем. Даже бармен Лев проявил умеренное любопытство. Таисия только успевала отмахиваться:

— Да ничего у меня с ним не было! Чего пристали?! Он лёг спать ещё до того, как я вошла к нему.

— А что делала ты? — не отставала самая любопытная из официанток, Светлана