Не идеальная жена для предателя - Tommy Glub

в висках, а сонливости как и не было. Снова и снова, пока есть силы. Уже второй раз за сутки, чтобы не выбивать из Алисы её дурь. Чтобы дышать не только Кариной. Чтобы не прокусить пальцы или губу. Вдох-выдох. Снова глухой удар в грушу. От силы удара она бы давно затряслась, но Лёшка держит её, принимая какую-то долю ударов на себя. А я разошёлся и уже не могу остановиться. Мне так хуёво, что всё остальное просто не важно. Алиса ждёт дома. Сына давно не видел не спящим… Но блять, больно так сильно, что мне и это не важно. Почти что сжигаю внутри душу от стольких противоречивых чувств.

— Виталий Григорьевич, входящий от вашей жены, — почему-то сразу вспоминается Карина, а не Алиса. Только спустя пару секунд я дёргаю головой, чтобы избавиться от фантомного образа и запаха бывшей и ещё яростнее бью по груше.

— Блять! — вырывается у меня с ударом вместе. — Скажи, что я занят.

— Говорил, Виталий Григорьевич, — напомнил Пашка. — Она говорит, чтобы я шёл к чёрту, после того как отдам вам телефон, — прямолинейность помощника улыбает. Я бы даже засмеялся, но хочется только орать. Да так, чтобы боль ушла хотя бы на минуту…

— Вот сука, — шиплю. Принимаю у охранника наушник и гаркаю в микрофон: — Что тебе ещё надо? Не ясно сказано, я занят! — контроль мне так надоел…

— Я хотела лишь услышать твой голос, любимый… — отозвалась Алиса. Вот как.

— Ты хотела услышать лишь мой голос? Или Карины тоже? — я вытираю пот со лба. — У тебя паранойя, дорогая. Я не трахаюсь с Кариной, — хочется добавить “пока”. Но во избежании ебли мозгов в очередной раз, я только хмыкаю. То, что я пока что не отвлекаюсь от Карины ради этой суки — вопрос времени. Однако, когда я буду в ней, ни о ком думать не смогу. И тогда Алиса изойдётся вся, ища меня по всему городу.

Если я не убью её раньше.

— Не вини меня в том, что я тебя люблю, в отличии от неё.

Как же она меня бесит. Стискиваю челюсти и выдыхаю.

— Услышала? — я хмыкаю. — Лучше… А напомни мне, моя сладкая, откуда у тебя были те переписки? — неожиданно вспомнил я.

— Я тебе уже сколько раз говорила, милый… — Алиса замолчала на секунду, словно собираясь с мыслями. — Аноним прислал.

— Ладно. Хорошо, — глотнул воды из бутылки. — Не жди меня к ужину.

— Вит, но я запекла такую утку… — мурлычит она мне в динамик. Блять…

— Ты? — хмыкаю.

— Ну, Валя, — сразу сдаётся Алиса. — Приезжай. Детки так по тебе скучают… — запрещённный приём сейчас на меня не действует. Никакой приём кроме голой Карины не подействует. Точно.

— К завтраку буду, — хмыкаю.

И отдаю наушник Павлу. Тот завершает вызов, а я снова херанул по груше.

— И дёрнул меня чёрт с ней связаться. Карина никогда не звонила мне.

— Виталий Григорьевич, — окликнул меня Олег, завершая разговор по телефону. — Пять минут назад Карину Игоревну видели около школы Димы.

— Кто видел? Она подошла к сыну? — сразу оборачиваюсь к охраннику.

— Нет, — Олег подходит, показывая тёмную фотографию с едва узнаваемой Кариной. Она стоит на расстоянии и беспокойно смотрит немного в бок. Шикарная женщина… Я хмурюсь и кусаю губу, думая. Неужели, она и правда единственное, чего хочет, — это вернуть сына? А месть? От Стрижовой это могло бы быть красиво.

Но она всеми своими действиями показывает, что хочет только сына. Раз за разом, шаг за шагом. Она плачет, требует, идёт на компромиссы и просит. Она едва ли не на коленях стоит… Неужели и правда?..

— Виталий Григорьевич, так же час назад Карина Игоревна запросила отчёты всех отделов компании, — добивает Олег. А вот и ответ. Нет. Она хочет ещё и меня прижать. Вот так за секунду меняется всё отношение к ней. Несмотря на то, что она имеет на запросы права, именно то, что она всё это запросила — и ответ на все мои вопросы. Она будет воевать. — Егор Викторович передал.

— Что же ты задумала… — бормочу, сжимаю челюсти так, что ходят желваки. Смотрю на свои голые ступни и пытаюсь привести мысли в порядок. — Пусть, — киваю. — Пусть проверяет и будет в курсе.

— Окей, — парень быстро отправляет сообщение моему помощнику и отходит. Я смотрю на Лёшку.

— Что мне с ней делать?

— Если вас интересует моё мнение… Ничего. Карина Игоревна бы уже вас заказала, если бы хотела избавиться, — логично рассуждает парень. Он оценивает ситуацию со стороны и кажется, что не хочет обидеть ни меня, ни Карину. — Думаю, ваша бывшая жена просто хочет доказать, что она незаконно осуждённая, — всего лишь. Всего лишь!

— Если она это докажет, вы все будете принадлежать ей, а я как минимум пойду бомжевать, — хмурюсь. Лёша был моим телохранителем долгие годы и я всегда мог с ним поговорить о своих проблемах. Он, имея огромный опыт, помогал мне. Советами, поступками доказывая своё хладнокровное отношение к жизни.

— А как максимум? — отозвался Лёша.

— Будем похоронены в братской могилке где-то на окраине, — хмыкаю. Недооценивать Карину нельзя. Теперь точно. И надо отодвинуть все свои “хочу её трахнуть”. Если она запросила лично отчёты компании и ей не понравилось что-то в тех, что для неё брала Кира — тогда мне стоит быть осторожным.

Уже вечером, когда я ехал в центр на квартиру, чтобы там проспать до самого утра, она сама мне набрала. Я даже не удивился.

— Спасибо, что дал доступ к базе. Я даже не ожидала, — слышу ироничный хмык.

— Ты довольна?

— Нет. Ещё нет, — девушка тянет так сладко, что от одного её голоса в паху наливается приятная тяжесть. — Я подумала над твоим предложением.

— И? — сглотнул.

— Вынуждена тебе отказать, Сапфир, — снова царапает этим нареканием. Хмыкает в трубку. — Ты же меня простишь? Я, скорее всего, сейчас задела твоё мужское эго.

— Твоё право, Карин, — стараюсь ответить холодно. — Значит, сына ты тоже не получишь.

— Я отправила тебе фото, — мурчит она и дальше. Я открываю на ноуте мессенджер и едва ли не давлюсь собственной слюной. Кашляю, чтобы прочистить горло, но фантазия уже рисует другие картинки — жаркие, возбуждающие. Ведьма. Стерва, которой подчиняется всё моё тело.

На фото ничего особенного. Ванная с панорамными окнами. Голые ноги, покрытые пенкой. Судя по всему, она сейчас у себя дома в ванной. Вид там всегда был охрененный.

— Опусти глаза немного ниже, Сапфир. Там интереснее.

Слушаюсь голосу, словно блять пират, заворожённый сладкой сиреной. Ниже на фото папка с документом, который…

Не может быть.

— Твой ход,