Современный зарубежный детектив-15. Книги 1-16 - Рада Джонс

Ларс здорово разозлился на отца. И на пса тоже. Но в то время как собака ничего не могла поделать со своими носовыми пазухами, отец, безусловно, мог держать в узде любовь к бренди. Конечно, это несправедливо. Уве имел право делать что хочет и пить что хочет, в конце концов, это ведь его квартира. И все же Ларсу хотелось, чтобы он проявил чуть больше внимательности к сыну. Папа прекрасно знал, что от алкоголя храпит, как целая бригада строителей. Даже мама всегда его этим попрекала. Гус же, вероятно, вообще не знал, что храпит.

По правде говоря, Ларс злился на весь мир. Как-никак, вчера ранним утром он лицезрел труп, застрявший в хлебном тесте. Так что он не высыпался уже вторую ночь подряд.

Он хмыкнул и покрепче сжал руль, изо всех сил стараясь держать глаза открытыми.

А ведь изначально именно этот старый пес навел его на след. Отец. Не Гус. Без него он не придал бы открывшемуся обстоятельству особого значения. И это только добавляло ситуации загадочности. Ларс ненадолго задумался, действительно ли было хорошей идеей ехать сюда одному. С другой стороны, он чувствовал, что обязан ей хотя бы этим. В каком-то смысле. Ему нравилось это место. Его тут тепло приняли. Несмотря на сложившиеся… безумные обстоятельства.

«Как же я устал!»

Он направил патрульную машину под въездные ворота. Как по команде Гус издал низкий рык, что немного позабавило Ларса.

— Что такое? — Он посмотрел на пассажирское сиденье, где, глядя в окно, сидел его пес. — Думаешь о том маленьком гавкающем немецком недоразумении?

Гус низко зарычал. Ларс потрепал собаку по широкой груди. На самом деле ее место было в багажнике в собачьей переноске. Но Ларс всегда водил осторожно, когда Гус сидел рядом с ним, и позволял себе пускать его на соседнее кресло только во время длительных поездок по проселочным дорогам. Не считая исключений, из-за которых овчарка все неохотнее залезала в багажник.

Ларс притормозил перед первыми домами — в основном для того, чтобы не испортить гравием краску на автомобиле. Потом ненадолго задумался, какое из зданий ему нужно. Поиски облегчило море пестрых цветов в садике перед домом.

Не успел он припарковаться перед выкрашенным в белый цвет штакетником, как входная дверь распахнулась.

Ларс вышел из машины, поправил фуражку и захлопнул дверь перед носом Гуса, который недовольно гавкнул. Ларс дождался, пока женщина с соломенно-светлыми волосами дойдет до садовой калитки, и шагнул ей навстречу. На самом деле он собирался зайти к ней и обсудить этот вопрос в доме. Однако что-то во взгляде женщины нарушило его план.

Она поприветствовала его словами:

— Кто тебя вызвал?

Ларс наклонил голову, а затем снова поправил фуражку.

— Что?

— Это сделала Эбба? Она рассказала тебе о Янисе?

— Эбба? — Ларс не мог скрыть растерянности. Оттолкнувшись от машины, он сделал шаг к ней. — В общем… — нерешительно протянул он, все еще подыскивая нужные слова. Он понятия не имел, о чем говорит эта женщина.

— Наконец-то! Полиция!

Ларс обернулся и увидел, что к нему спешит немка вместе с мужчиной. Не хватало только маленького пса.

В мужчине он узнал немногословного Сванте, о котором до сих пор не составил определенного мнения.

— Ты все-таки решилась позвонить в полицию? — спросила Ина, обращаясь явно не к Ларсу. — Очень мудрое решение.

Теперь уже не только он выглядел растерянным. Агнета казалась такой же озадаченной. Только Сванте ничего не сказал, а просто откровенно его разглядывал.

— Ты уже все ему рассказала? — тут же задала следующий вопрос немка. — Мы можем еще чем-нибудь помочь? — повернулась она к Ларсу. — Мы же свидетели.

— Свидетели? — переспросил Ларс, еще больше чувствуя себя киногероем, попавшим не в тот фильм. Он не мог избавиться от ощущения, что явно что-то упускает.

Немка ткнула локтем Сванте, отчего тот на мгновение опешил, а потом что-то проворчал.

Ларс наблюдал за этими двумя, пытаясь уловить смысл услышанного. Безуспешно. Поэтому он вернулся к своему первоначальному плану.

— Что ж, — начал он. — Наверное, вы действительно можете помочь.

Запустив руку в карман брюк, он достал оттуда прозрачный пластиковый пакет.

— Прежде всего, я хотел бы получить подтверждение относительно этого предмета. — Он повернулся к блондинке, которая стояла перед ним со скрещенными на груди руками и нахмуренным лбом, не сводя взгляда с пакета. Внезапно она изменилась в лице.

— Это мой кулон!

Ларс удовлетворенно кивнул. Значит, он все-таки не ошибся.

— Я не понимаю. — Немка подошла к нему и тоже присмотрелась к пакету. Ларс хотел было прогнать ее, но решил не вести себя излишне грубо. Тем более что она действительно могла пригодиться ему в качестве свидетеля. — Какое отношение этот кулон имеет к Янису?

— К кому? — быстро переспросил Ларс. Он буквально почувствовал, как у него на лбу образуются глубокие складки.

— К Янису! — наконец подал голос Сванте.

Ларс опустил пакет.

— Я не имею ни малейшего понятия, о чем вы говорите. Я здесь не из-за Яниса, а из-за нее. — Он выпятил подбородок, указывая на светловолосую женщину.

— Из-за Агнеты? — удивленно переспросила немка.

— Из-за меня? — еще более удивленно переспросила блондинка.

— Криминалисты нашли этот предмет в тестомешалке, — пояснил Ларс, не обращая внимания на всеобщее удивление, и ответом ему стали лишь еще более удивленные лица. — В тестомешалке у вас в пекарне, — уточнил он. — В чане, где вверх ногами торчал мертвец.

— О, — отозвалась Агнета.

«Вот именно, — подумал Ларс. — О!» Однако он еще не закончил.

— Криминалисты считают, что кулон выпал из руки Матса, когда его доставали из чана.

Немка снова бросила взгляд на пакет и даже сделала попытку дотянуться до него, из-за чего Ларс взял его в другую руку.

— Эта цепочка и кулон… Я их помню, — задумчиво произнесла она. — Разве мы не их обсуждали позавчера, на празднике в честь середины лета? — Она задумчиво посмотрела на него. — Вместе с твоим отцом?

Так и есть. Тем не менее Ларс оставил ее вопрос без ответа и повернулся к Агнете.

— Я… я могу объяснить, — сказала та в ответ на его требовательный взгляд.

— Очень на это надеюсь. — Ларс на мгновение закрыл глаза и вложил в свой взгляд всю серьезность, на какую только был способен: — Но, пожалуйста, помни: все, что ты теперь скажешь, может быть использовано против тебя в суде.

— Господи! — Она схватилась за шею. — Меня подозревают в… убийстве?

Ларс оставил и этот вопрос без ответа. Он шагнул к задней двери своей машины, открыл ее, и оттуда к нему проворно потянулась пыхтящая морда