Гостиница заблудших душ - Юлия Миллер

во времени и оказался в усадьбе до того, как ее переделали под гостиницу. В грязные окна едва проникал тусклый свет, мебели почти не было, а та, что оставалась, выглядела весьма печально. С пустого крюка на потолке, предназначенного для люстры, свисала веревка с петлей на конце.

Василий Петрович пораженно замер, боясь пошевелиться. Холодное дыхание, вдруг коснувшееся затылка, ясно дало понять, что за его спиной снова кто-то стоит.

Глава 1

Отразившись от зеркала заднего вида, луч солнца игривым зайчиком скользнул по глазам, и Лина торопливо надела солнцезащитные очки. К счастью, на нужной ей остановке выходили всего двое: она и девочка-подросток, выбравшая заднюю дверь. С тем количеством вещей, что привезла с собой Лина, было бы удобнее доехать от вокзала на такси, но бюджет, и так изрядно пощипанный дорожными и другими расходами, накладывал определенные ограничения. Цена билета на городской автобус выглядела намного привлекательнее суммы, которую озвучивали таксисты, увидев явно иногороднюю одинокую девушку с двумя дорожными сумками и чемоданом в половину ее роста. Зато водитель попался понимающий: помог занести чемодан, когда она забиралась в автобус, а когда выходила, повернулся и сочувственно покивал, давая понять, что вещи можно вынести по очереди, он подождет.

Когда чемодан и сумки оказались вместе с Линой на нагретом солнцем асфальте, автобус, фыркнув на прощание, поехал дальше по маршруту, а она осталась одна на пороге новой жизни. Жизни, в которую придется войти самой, без помощи и поддержки.

Игнорируя ноющие руки и спину, Лина принялась распределять поклажу, чтобы можно было идти дальше. Передвинула маленькую дамскую сумочку, чтоб та не врезалась в бок. Закинула на плечо ремешок одной дорожной сумки, распухшей от количества вещей и документов, а вторую, размером поскромнее, примостила на чемодан, который, к счастью, передвигался на двух колесиках. Тащить его за собой все равно было тяжело, да и колесики угрожали в любой момент не выдержать и отвалиться, но благодаря им справиться с поклажей было пусть и трудно, но вполне реально.

Выдохнув, Лина медленно побрела к дому на другой стороне улицы, а точнее, к арке, явно ведущей во двор. Настроение, несмотря на усталость и проблемы – прошлые, настоящие и будущие, – было весьма оптимистическим. Сложно грустить и расстраиваться, когда ярко светит и по-летнему пригревает южное солнце, на небе ни облачка, у супермаркета галдят рядом с выплеснутой водой птицы, а воздух наполнен ароматами цветов и влажным, чуть солоноватым запахом моря. С каждым вдохом этого совершенно нового для нее воздуха будущее пугало Лину все меньше и меньше. Если сюда добралась, то и дальше как-нибудь прорвется.

Двор, огороженный несколькими длинными четырех- и пятиэтажными домами, оказался просторным и спокойным. Еще проходя через арку, Лина услышала шуршание метлы дворника, а когда миновала ее, увидела, что он как раз остановился, вытер вспотевший лоб носовым платком и приветливо улыбнулся бабушке, вышедшей из подъезда с маленькой собачкой на поводке. Стайка подростков, к которым, возможно, присоединилась и ее попутчица, оккупировала турники. Навстречу, намереваясь выйти в ту же арку, прошла цыганка, наряженная как в старых фильмах: яркое пестрое платье, куча позванивающих браслетов и бус, тяжелые серьги, похожие на виноградные гроздья, платок с кистями, скрывающий волосы. В глазах слегка зарябило, а в голове зазвучал перебор гитарных струн, и Лина отвернулась, осматриваясь дальше. Большая детская площадка жила своей жизнью. Мальчишки и девчонки, смеясь и визжа, бегали по маленькому городку с горками, лесенками и трубами, катались на качелях и противно скрипящей карусели, а мамочки болтали друг с другом или гипнотизировали экраны смартфонов. Одна даже лепила с малышами в песочнице куличики, громко называя цифры, которые дети пытались повторить.

– Ангелина? – прозвучало вдруг откуда-то со стороны дома. – Это вы?

Возле третьего от арки подъезда стояла невысокая полноватая женщина с кучей бумаг и смартфоном, который она только что отняла от уха. Лина направилась к ней, догадываясь, что это управляющая, с которой они договаривались о встрече.

– Опаздываете, – укоризненно проворчала женщина, сбрасывая чей-то звонок и роясь в сумке, больше похожей на небольшой, но набитый до отказа мешок.

– Извините, автобус задержался, а потом долго стояли на светофоре, – попыталась оправдаться Лина, скидывая на землю дорожную сумку, порядком натершую ремешком плечо.

– Могли бы такси взять! Общественный транспорт – штука ненадежная. Между прочим, я вас уже двадцать минут тут жду. Мне идти пора: ничего не могут без меня сделать! Вот ваши ключи. Как немного обживетесь и получите документы, зайдите в управляющую компанию, чтобы оплату переоформили на вас. Только не забудьте! У меня нет времени бегать за каждым по отдельности. Вы девушка молодая, но, надеюсь, проблем не будет. Договорились? Все, я убежала. Да, кстати, у вас четвертый подъезд, четвертый этаж и квартира сорок четыре. Запомнить, думаю, несложно.

Женщина торопливо ушла, оставив массу вопросов, два ключа и «таблетку» от домофона, которые Лина сжала в руке. Она предпочла бы в первый раз войти в новую для себя квартиру с кем-то, пусть даже с сотрудником управляющей компании, но не сложилось. Придется идти одной, и лучше поторопиться.

Подъезд встретил ее сумрачной прохладой и неожиданной чистотой. На подоконнике даже стояло несколько горшков с цветами! Чей-то самокат был бережно прикреплен тросиком к радиатору. Пахло влажностью и чуточку хлоркой. Все это порадовало: Лине не хотелось соседствовать с маргиналами или наркоманами.

Лифта, конечно, не оказалось: слишком мало этажей, чтобы ждать подобной роскоши. Поэтому восхождение на четвертый – последний в этом доме – этаж со всеми вещами несколько затянулось. Когда оно наконец завершилось, Лина остановилась перед старенькой, но еще крепкой дверью с прибитыми двумя четверками. С нижним, более новым, замком она справилась без проблем, а вот с верхним пришлось повозиться. Все-таки найдя нужное положение ключа, Лина впервые переступила порог неожиданно унаследованной квартиры. Оставив вещи прямо у входа, она с интересом осмотрелась.

План квартиры прабабушки нотариус прислал ей в электронных вариантах документов, но в реальности все, разумеется, выглядело иначе. Прихожая была длинной и узкой, но благодаря яркой лампе и большому зеркалу не казалась мрачной. На полу лежали полосатые потертые дорожки, скрывая старенький линолеум. Две комнаты располагались рядом друг с другом, а кухня – напротив, что казалось немного непривычным, но довольно практичным решением.

Зал удивлял обилием мебели. Два мощных шкафа с антресолями стыдливо прикрывали содержимое чуть покосившимися дверцами. Сервант прятал за стеклами хрусталь и чайные наборы, в которых четыре блюдца несли на себе составленные панцирем чашки. В паре шкафов книги стояли в два