Сожженные тела на станции Саошулин - Юнь Хуянь

Испугавшись, старик Цай бегом спустился на станцию метро.

Под давлением огнетушителей вентиляционная шахта, раскаленная докрасна, как печь, постепенно угасала. Когда последняя струйка белого дыма вырвалась из тоннеля и развеялась, тьма ночи снова окутала заброшенную станцию метро, огороженную бетонными плитами. Чтобы выяснить причину возгорания, одного из пожарных, привязанного страховочным тросом, медленно и осторожно спустили в тоннель: на нем была каска, оснащенная светодиодной подсветкой, а к поясу прикреплен переносной огнетушитель.

Вообще говоря, большинство пожаров, возникающих в городских заброшках, случались по вине хулиганов-подростков или бездомных, живущих поблизости, которые бросали в опустевшие шахты окурки или другие легко воспламеняющиеся предметы. Учитывая, что горючим в этот раз послужил бензин, первый вариант с большей вероятностью привел к инциденту. Пожарные такие возгорания обычно называли «двойным обломом», что звучало несколько мрачно, но на самом деле подобное шутливое прозвище было достаточно безобидным и всего лишь означало, что вызов не сопряжен ни с экономическими, ни с человеческими потерями, и был всего-навсего обычным случаем для службы спасения.

Дальше пожарные напомнили старику Цаю, что станция метро давно заброшена, и потому вход в вентиляционную шахту в тоннеле надо бы тоже завалить бетонными плитами, дабы избежать повторного возгорания. Капитан бригады отдал приказ всем вернуться в машину и ожидать, пока один из спасателей, спустившийся в шахту, найдет очаг возгорания и выяснит причину пожара, после чего можно было бы спокойно возвращаться на базу…

Внезапно раздался крик со дна колодца, голос принадлежал спустившемуся пожарному. Он был глухим и прерывистым, да и к тому же ночной ветер все никак не унимался и только крепчал. Из-за этого капитан толком ничего не расслышал и, наклонившись ко входу в шахту, крикнул:

– Что такое?

– Тут мертвый!

Как будто невидимая рука неожиданно сжала сердце, и начальник бригады вздрогнул всем телом. Многолетний опыт позволял ему по одному голосу товарищей определять степень серьезности ситуации – и сейчас у него было стойкое предчувствие, что дело дрянь.

Следующие слова пожарного заставили его задрожать от ужаса:

– Начальник, скорее вызывайте полицию, здесь несколько тел!

– Успокойся, чего паникуешь?! – закричал капитан бригады, но тут же осознал, что паникует здесь больше всех именно он.

Он глубоко вдохнул, почувствовав, что воздух здесь не только холодный, но и зловещий. На выдохе вся кровь в его теле застыла, было боязно сделать хотя бы еще один вдох. Он начал судорожно шарить по всему телу в поисках телефона и, наконец обнаружив его у себя в руках, быстро набрал полицию.

В пределах видимости была одна только безграничная темнота и всплывающие темно-зеленые силуэты сосен во мраке. Здесь особенно важно отметить имя пожарного, который спускался в шахту для проверки: Чэнь Голян. Именно благодаря его спокойствию и хладнокровию были приняты исключительно правильные решения, и это важнейшее место преступления удалось сохранить относительно нетронутым, что вскоре оказало значительное влияние на расследование «Дела станции Саошулин».

Когда он обнаружил, что под землей, в шахте, лежали обугленные человеческие тела, он ни в коем случае не стал переворачивать их. Вместо этого Голян снял пожарные перчатки, достал мобильный телефон и, используя фонарь на шлеме для дополнительного освещения, запечатлел то, что обнаружил. Затем он крикнул своим товарищам подготовить кошму, противопожарное полотно, чтобы они уложили его ближе ко входу в тоннель, и велел команде вытащить его наверх. По мере его медленного подъема, он терпел нарастающую боль в мышцах, но все равно не касался стен шахты. Как только его подняли, Голян тут же снял свои противопожарные ботинки на стальной подошве и положил их вверх ногами на кошму, крикнув всем «ни в коем случае не двигаться».

В это время на место происшествия уже прибыл начальник полицейского участка Саошулин, который получил сигнал тревоги, вместе с несколькими полицейскими. Выслушав отчет Чэнь Голяна, он посветил мощным фонарем на дно шахты… и увиденное заставило его убедиться, что очередной простой уголовкой здесь и не пахло. Он поспешно доложил о ситуации районному отделу, и принявший раппорт дежурный побледнел от ужаса, услышав, что спустившийся в шахту пожарный нашел три тела, два из которых, вероятно, были телами детей…

Если дело касалось женщин, пожилых людей и детей, то оно вызывало внимание самого высокого уровня, поэтому начальник районного управления в первую очередь сообщил об этом в городской отдел. Городской отдел передал два приказа: во-первых, сохранить место происшествия нетронутым и ожидать прибытия назначенного специалиста для организации уголовного расследования. Во-вторых, начать обыск окрестностей близ места происшествия и незамедлительно задержать всех подозрительных лиц.

Менее чем за два часа на Саошулин были сосредоточены большие силы. Десятки вооруженных полицейских взяли под контроль все близлежащие транспортные пути, как будто создавая железный занавес, под которым не проскользнул бы даже муравей. Скорая помощь и полицейские машины также спешно прибыли – сперва узкие улицы не вмещали такого наплыва транспорта, моментально образовался затор, но после удаления дорожной полицией некоторых неправильно припаркованных автомобилей ситуация быстро улучшилась. Машины выстроились вдоль южной стороны переулка, чтобы обеспечить удобство прохода людей в метро, вход которого был заслонен бетонными плитами на северной стороне подземки. После того как руководители средней школы Саошулин, находившейся прямо напротив заброшенной станции метро, приехали, чтобы разобраться в ситуации, они мобилизовали Управление по школьным делам и студенческий офис, чтобы проверить и отследить передвижения учеников-резидентов. Начальство районного правительства также прибыло на место происшествия в кратчайшие сроки, чтобы в полной мере сотрудничать с полицией в ходе расследования.

Даже опираясь на самые строгие стандарты, можно сказать, что реакция различных соответствующих ведомств города в первые два часа после начала расследования дела на Саошулин была безупречной. И все же у людей, находящихся на месте преступления, особенно у сотрудников полиции, на душе было неспокойно: не только из-за обстоятельств зловещего дела, но и из-за личности «чрезвычайного уполномоченного», которого, скорее всего, отправило городское управление. Им должна была стать женщина-полицейский, прославившаяся крайне жестоким и требовательным нравом.

3

Когда же из машины выпрыгнул Ду Цзяньпин, на лицах всех присутствующих появилось удивление, сразу же сменившееся заметным облегчением.

Сюй Жуйлун, начальник муниципального бюро общественной безопасности, был человеком ответственным и дальновидным. В полиции, пройдя через все трудности, он очень быстро осознал, что время кардинальных перемен должно затронуть и уголовные расследования. Кроме внедрения современного полицейского оборудования и реформирования бюрократических процедур, он на принципах «смелости, верности и трудолюбия» продвигал молодых полицейских, обладающих научным подходом и современным мышлением.

После многих лет тщательного отбора он обеспечил безопасность этого города на десятилетия вперед, сделав ставку на тройку выдающихся молодых талантов: это