Доверься мне - Лука Весте

Алекс, наблюдая, как я отрезаю от блинчика маленькие кусочки. – Если бы я ни в чем себе не отказывала, о фигуре можно было бы забыть. А как вы держите себя в форме? Какой у вас секрет?

Покачав головой, я положила на стол вилку c ножом и вытерла салфеткой губы.

– Расплачиваюсь за излишества дома, на беговой дорожке.

– Понятно.

– Вы живете где-то поблизости?

Прежде чем ответить, Алекс глотнула кофе.

– Рядом. Как раз посередине между работой и домом.

– У меня такая же история, – сказала я, хватаясь за возможность найти между нами что-то общее. – Так что позволяю себе сделать небольшой привал.

– Я работаю в дневную смену, но до нее еще полчаса. Сегодня проснулась рано, поэтому отправилась на пробежку, а потом, чтобы убить время, зашла сюда.

Блинчики у меня остывали, но в присутствии Алекс есть уже не хотелось. Мой желудок бунтовал, хотя это и не было заметно. Меня так и подмывало посоветоваться с ней. Спросить, как поступить с Эллой. Кому, как не ей, знать, что делать в таких случаях. Однако я твердо знала, что это будет ошибкой.

– Я хотела у вас кое-что спросить, – начала Алекс, заглядывая мне в глаза. – Но не уверена, что здесь для этого подходящее место. Вы не возражаете?

Я затаила дыхание. Возможно, она уже знает об Элле. О Дэне, об Адаме. Я старалась сохранять спокойствие, но сердце у меня отчаянно забилось.

– Конечно, нет.

– Я знаю, что вы родом не отсюда. Верно?

– Да.

– Вы англичанка?

– Верно, – подтвердила я, гадая, к чему она клонит. – Я переехала в Америку пятнадцать лет назад. И до сих пор говорю как англичанка.

– Да, я заметила, – сказала Алекс с легким смешком. – Вы иногда произносите слова не так, как это принято здесь.

– А вы порой не совсем правильно употребляете слова.

Смешок превратился в смех. Очень мелодичный и приятный. У меня в кабинете она так не смеялась.

– Да, чисто технически это так. Родной язык у меня испанский. Но я на такие мелочи не обращаю внимания.

Мы продолжали разговаривать, попивая кофе, который неутомимо подливала нам Мэри.

Я вдруг осознала, как давно не сидела с кем-то из хороших знакомых. С подругой, например, хотя Алекс никак не подходила для этой роли. Да, мы общались с соседями – барбекю, вечеринки и все такое прочее. Но я бы не назвала их друзьями. У Джека были друзья, однако их жены не звонили мне и не поддерживали никаких отношений. Да и у меня такого желания не возникало.

Раньше я не осознавала, как мало соприкасаюсь с внешним миром. Но на то были свои причины.

Алекс обсуждала то, что видела в новостях, высказывая собственное мнение. Я слушала, не подавая вида, что не имею ни малейшего представления, о чем она говорит.

– Они там во Флориде сами не знают, что делают, – завершила она рассказ, посмотрев на часы. – Черт, я уже опаздываю на работу.

– Это я виновата, – сказала я, вставая из-за стола вместе с ней. – Хотите, напишу им записку?

Я улыбнулась, но Алекс явно не оценила юмора.

– Все нормально, – произнесла она, доставая деньги, чтобы расплатиться за кофе. – Спасибо за компанию.

– И вам тоже, – отозвалась я многозначительно. – Это никак не повлияет на нашу работу. Я умею различать личное и общественное. Это я вам обещаю.

Чуть замявшись, Алекс кивнула:

– Я знаю.

И ушла. Я снова села, размышляя, правильно ли поступила, пригласив ее за свой столик. Не помешает ли это дальнейшему лечению Алекс, особенно теперь, когда у нас намечался явный прорыв?

Хотя я в этом крайне нуждалась. В каком-то подобии нормальной жизни – пусть всего на несколько минут.

И не важно, что Алекс работает в органах правопорядка. Я знала, что делаю.

Дрожащей рукой я поставила кофе на стол. Посмотрела на входившую парочку. На мгновение мне показалось, что они смотрят на меня, но они прошли мимо и сели у стойки, болтая и смеясь. Я вдруг почувствовала себя незащищенной. Словно все вокруг читают мои мысли и видят меня насквозь.

Все, что я построила за эти годы, стояло на песке. И он безжалостно засасывал меня.

Отодвинув тарелку, я открыла кошелек. Положила на стол деньги и поднялась. Кивнув на прощанье Мэри, я вышла на улицу, где свежий воздух повеял прохладой.

Проходя по парковке к своей машине, я оглянулась на закусочную. Сквозь стекла ничего не было видно, однако мне казалось, что там все смотрят на меня.

В моей голове зазвучал голос разума, который, пробившись наружу, стал убеждать, что все это просто паранойя. И что я должна успокоиться и держать себя в рамках.

И вообще не стоит так напрягаться. Достаточно найти Эллу и убедиться, что она не собирается рассказывать свою историю кому-то еще.

Но не все так просто. Об этом уже знает она – посторонний человек. И неизвестно, как собирается поступить с этой информацией.

Я завела машину и, положив руки на руль, закрыла глаза. Уткнулась лбом в руль и попыталась отдышаться.

Привести в порядок мысли.

И не очень злиться.

* * *

– Это была она?

Колби кивнул и что-то прохрипел в ответ.

Пенни, повернувшись на высоком стуле, смотрела, как Сара идет по стоянке к своей машине.

– Я ожидала чего-то другого. А она выглядит очень… профессионально.

– А нам какая разница, – бросил Колби, взяв в руки чашку. В окно он смотреть не стал. – Мы знаем, что нам делать. Работенка несложная.

– Похоже на то, – проговорила Пенни, вовсе так не думая.

Каждый раз, когда им говорили, что все очень просто, уходили месяцы, прежде чем они получали свои деньги. И на сей раз наверняка будет то же самое.

– Так что нам нужно делать?

– Следовать за ней до офиса. И там ждать.

– А поесть мы сможем?

– Без проблем.

Глядя в окно, Пенни наблюдала, как Сара Эдвардс отъезжает от закусочной. Та повернула направо и поехала в сторону своего офиса.

– Не нравится мне наша работа, – тихо сказала она. – Вечно возникают какие-то проблемы. Ждем по сто лет, когда нам заплатят. Если вообще заплатят.

Колби, казалось, не слушал. Он увлеченно смотрел на экран телевизора, висевшего над стойкой, где показывали какой-то военный фильм.

– Об этом не волнуйся, – наконец ответил он, махнув рукой. – Деньги хорошие, так что не стоит артачиться. В итоге мы сорвем приличный куш. Надо только в точности исполнять все требования. И все будет отлично.

Пенни уже слышала это раньше. Все будет отлично. Да, если только не обращать внимания на ночные кошмары. Крики