С тех пор никто не видел - Пол Финч

она заглянула внутрь. Как и следовало ожидать, там царил разгром. Байкеру особо нечего было портить, но он очень постарался: обе раскладушки валялись сломанные, спальный мешок был разорван на части, приемник разбился вдребезги.

Чистюля присела на корточки и стала деловито подбирать то, что еще можно было спасти.

– Кто этот псих? – спросил Дэвид, выглядывая из окна на пустую стоянку.

Девушка рассеянно оглянулась.

– Да какая разница. Ты-то сам кто такой?

– Если назовусь другом, поверишь?

Она отвернулась, продолжая сортировать хлам на полу.

– У меня нет друзей.

– Ну вот… – усмехнулся он. – Выпрыгиваю из штанов, спасая твою шкуру, а ты меня вроде как отшиваешь.

– Не то чтобы я не благодарна… – Благодарности в голосе не чувствовалось. – Извини, что ударила. – Виноватой она тоже не казалась. – Просто мне нужно убираться отсюда. Датчанин ошивается где-то поблизости.

Дэвид снова посмотрел на улицу, но никого не заметил.

– Датчанин?

– Угу.

– А кто он такой?

Она подозрительно прищурилась.

– Ты что, коп?

– Разве похож?

– Тогда кто? Зачем тут шляешься?

– Может, сначала сама ответишь? Давай хоть немного доверять друг другу.

– Доверие… Боже мой, – фыркнула она. – Точно не коп. Не припомню ни одного копа, который бы стал меня выручать или предлагал дружбу. Ну ладно. Просто чтоб ты знал, во что ввязался. Датчанин – мой дилер.

– Ты осталась ему должна?

– Ничего не упускаешь, да?

– Много должна?

Чистюля застегнула молнию на рюкзаке.

– Пять сотен… примерно.

– Ничего себе! И где ты столько возьмешь?

– Нигде! – Она закинула рюкзак на плечо. – Потому и бегаю.

Дэвид порылся в кармане, перебирая купюры.

– Боюсь, не смогу тебе помочь. Несколько фунтов у меня есть, но никак не пятьсот.

Уже на полпути к двери она обернулась.

– Да кто ты такой, приятель? Нет, серьезно? Только увидел и вдруг хочешь отдать мои долги!

Он с улыбкой протянул руку.

– Меня зовут Дэвид Келман.

Девушка отстранилась.

– Вот еще, ручкаться с тобой!

Отвращение на ее лице поразило Дэвида. Как правило, приличные люди стараются избегать общения с бродягами. Оказывается, верно и обратное.

– Вообще, можешь про себя не рассказывать, – добавила она. – Едва ли ты с добром сюда приперся, но даже если так, лучше сваливай поскорее. Если Датчанин тебя поймает, то поймет, что это ты мне помог… или заподозрит. Размажет по стене, к гадалке не ходи.

Чистюля шагнула к выходу.

– Я был другом Фредди Мартиндейла, – торопливо выговорил Дэвид.

Она обернулась.

– Хочу узнать, что случилось, – продолжал он, – почему Фредди покончил с собой.

– Ты его знал?

– Не так хорошо, как хотелось бы. – Ответ прозвучал хотя бы честный.

– Выходит, плохо знал, – покачала она головой, – иначе не явился бы сюда.

Дэвид вышел за ней, но увидел уже почти в конце коридора.

– Чистюля! – крикнул он, пускаясь вдогонку. – Помоги мне, пожалуйста!

Девушка остановилась.

– Значит, интересуешься, почему Фредди покончил с собой? – хмыкнула она. Он пожал плечами, чувствуя себя неловко под ее презрительным взглядом. – Ну ты и придурок! Такой же, как все остальные. – В глазах ее вдруг мелькнула жалость. – Что, правда не понимаешь? Фредди не покончил с собой. Его убили!

Глава 16

– Вот отсюда, говорят, он и спрыгнул, – показала Чистюля.

Они стояли на крыше Сомерсби-хауса, и места там было немного. Центральную часть занимала кирпичная надстройка с плоской крышей, заполненная ржавыми старыми цистернами и кусками водопроводных труб. Расстояние между стенами надстройки и краями крыши было около метра – только так можно было тут ходить. Благо от падения оберегало невысокое – считай, до пояса – кровельное ограждение.

Дэвид не боялся высоты, но живо представил, какого это – сорваться с нескольких десятков метров в узкий проход между зданиями. Внизу тоже виднелись обрывки полицейской ленты.

– Он умер сразу?

– А сам как думаешь? – хмыкнула девушка.

– В смысле, успел он что-нибудь сказать перед смертью?

Она пожала плечами.

– Нет, насколько я знаю.

– Почему же тогда уверена, что его столкнули?

– Потому что хорошо его знала. Фредди никогда бы такого не сделал.

Такой аргумент мало что значил. Друзья и близкие самоубийц часто отрицают, что покойный переживал кризис. Это не более чем способ психологической самозащиты, и такие слова нисколько не убедят профессионального следователя.

– А нечаянно он не мог сорваться? Допустим, под наркотиками, ничего не соображая.

– Ни разу не видела, чтобы он сюда поднимался. И потом, он же пытался бросить.

Дэвид задумался. В самом деле, токсикологическая экспертиза установила, что в момент смерти кровь Фредди Мартиндейла не содержала наркотиков. Однако коронер предположил, что осознание реальности оказалось непосильным для психики наркомана.

– И потом, – добавила Чистюля, – он говорил, что неплохо продвинулся.

– В чем?

– Он искал сестру и сумел что-то раскопать.

Дэвид снова подумал.

– На другой раскладушке спал Фредди? – спросил он.

Девушка молча кивнула.

– Значит, вы жили вместе?

– Не в том смысле, если ты это имеешь в виду.

– Просто близкие друзья, да?

– Пожалуй.

– Ну раз уж он делился с тобой своими успехами в поисках…

– Да ну, каждая собака знала, чем он занимается! Больше его ничто не интересовало. Ко всем новеньким здесь приставал, выспрашивал.

– Неужто надеялся, что это сработает?

– Почему бы и нет? – Она взвалила рюкзак на плечо и двинулась вдоль парапета, Дэвид последовал за ней. – Люди тут разные, чем только не промышляют, не только кражами. Каждый выживает как может. Фредди думал, может, кто-то что-то знает или у кого-то найдется знакомый с информацией… – Они спустились по внутренней лестнице бок о бок. – Слухи не остановишь.

– Так что, выходит, Фредди не скрывал, что ищет сестру.

– Иначе что бы он сумел узнать?

– И в итоге узнал…

– Да, он очень радовался. Говорил, вот-вот найдет.

– А имена какие-нибудь называл? С кем бы я мог поговорить.

– Здесь ни у кого нет имен.

– Ну ты же вот Чистюля…

– И что? – фыркнула она.

– Хотелось бы знать, как тебя зовут по-настоящему.

– Зачем?

– Надо же мне с чего-то начать.

Девушка задумалась.

– Ты что, тоже взялся разыскивать Джоди?

– Это все, что я могу сделать для Фредди.

Она помолчала.

– Меня зовут Лора. Лора Рейнольдсон.

– Ты нездешняя, верно? Дай догадаюсь… из Манчестера?

Она криво усмехнулась.

– Если рассчитываешь отправить меня обратно, даже не надейся. Тебе и твоим дружкам придется сначала меня поймать.

– У меня нет полномочий отправлять тебя куда-либо.

– Зато у копов есть. – За разговором они уже спустились на первый этаж и подошли к главному входу. – Можешь рассказать им, если хочешь, но только зря потратишь время.

– Ты в розыске, что ли? Там, на севере.

– Говорю же, каждый выживает как может.

Они вышли на заброшенную парковку. После сумрака, царившего внутри здания, солнце слепило глаза.

– Я