Зуб мудрости - Лэй Ми

Из-за жары в районе было безлюдно. Прикрывая лицо телевизором, Лу Цзиньтан зашагал к комиссионке. Несмотря на приличный вид техники, хозяин лавки предложил гроши. Торговаться не было ни сил, ни желания – получив триста пятьдесят юаней, Лу Цзиньтан договорился притащить холодильник после обеда.

Солнце поднималось выше, и жара становилась невыносимой. Он шагал под палящими лучами, его лицо покрылось каплями пота. Свернув в круглосуточный магазин, купил пачку сигарет и бутылку ледяной колы. Осушив половину бутылки залпом, закурил и направился обратно в район Ваншуй. На перекрестке зашел в лотерейный магазин, сделал вид, что рассматривает билеты, затем вышел. Теперь он был уверен: за ним следят.

* * *

К району Ваншуй Юань Сяофэн добрался только глубокой ночью. Офис соцслужб уже давно закрылся. Не зная, где живет «Чжан Мин», Юань Сяофэн бродил по соседним полузакрытым дворам, надеясь на случайную встречу. К рассвету, так и не найдя его, он в изнеможении рухнул на клумбу в одном из дворов, снова и снова перечитывая статью. Пара часов тревожного сна – и в восемь утра Юань Сяофэн уже звонил секретарю Цинь по номеру с таблички у входа.

– Я прочитал о судьбе Чжан Мина и его матери, – соврал он. – Хочу помочь деньгами и вещами.

Секретарь Цинь, растрогавшись, дала адрес: улица Ваншуйлу, дом 28, квартира 102.

Когда Юань Сяофэн увидел худого смуглого мужчину, тащившего на плече телевизор, его сердце бешено заколотилось. Но лицо незнакомца было наполовину скрыто техникой, и он не мог быть полностью уверен. Для верности последовал за ним до комиссионки. Когда тот вышел, сжимая в руке несколько купюр, во рту у Юань Сяофэна пересохло.

Это был ОН.

Мужчина шел неспешно, с видом полного безразличия. Потягивая ледяную колу, заглянул в лотерейную лавку. Под почти зенитным солнцем его тень на асфальте была короткой и черной. Юань Сяофэн сжимал рукоять ножа за поясом, уже представляя, как сталь войдет в эту худую спину.

Мужчина вошел в подъезд дома 28 на улице Ваншуйлу. Юань Сяофэн рванул за ним, успев проскользнуть в захлопывающуюся дверь. Резкий переход от палящего солнца в полумрак на мгновение ослепил его.

Еще не успев адаптироваться, он почувствовал, как что-то тяжелое со всей силы обрушилось ему на голову. Перед глазами поплыли кровавые пятна. Выхватив нож, Юань Сяофэн закричал и начал слепо размахивать им в воздухе. Все вокруг словно отдалилось, даже удивленный голос мужчины звучал как сквозь воду:

– Черт, да это же ты…

Кровь заливала правый глаз. Левым он различал лишь размытый силуэт, на который бросился с ревом. Мужчина увернулся, отшвырнул кирпич и вцепился в руку с ножом. Голод и бессонница сделали свое дело – после нескольких рывков руки Юань Сяофэна онемели, как каменные. Нож выскользнул из пальцев.

В отчаянии он ухватился за рукав мужчины и впился зубами в плоть. В тот же миг что-то холодное вошло ему под ребра. А потом еще. И еще…

Сун Дачунь

Летний полдень. На улицах провинциального городка было безлюдно – палящий зной высушил все до хрустальной хрупкости. Вывеска ювелирного магазина «Дафу» слепила отраженным светом, будто золотые буквы вот-вот растекутся раскаленной лавой.

Лу Цзиньтан сидел в сером микроавтобусе без номеров, уставившись на сияющую надпись. Его сознание затуманилось: неужели эти буквы действительно из золота?

– Все займет пять минут. Хватай сколько унесешь, – прошипел Лу Цзиньфу, заметив рассеянность брата. – Бей сильно, с одного удара вдребезги… – Он шлепнул его по затылку. – О чем, твою мать, задумался?

– Ага, ага, – поспешно закивал Лу Цзиньтан. – Пять минут, одним ударом.

– Ладно, ты контролируешь охрану. Грабить буду я. – Лу Цзиньфу достал из холщовой сумки обрез охотничьей двустволки. – Если охранник вздумает геройствовать – вали на хрен.

– Без проблем. – Лу Цзиньтан принял ружье, с клацаньем передернул затвор. – Непослушных пристрелю.

Лу Цзиньфу повернулся к водителю и хлопнул его по плечу:

– Дачунь, повтори задание.

– Подкатываем к салону связи, вы выходите… – Сун Дачунь вцепился в руль так, что костяшки побелели. – Через пять минут, как увижу вас, – подъезжаю.

– Номера?

– Сняты. – Он кивнул на сиденье сзади. – Не парься.

– Ладно. – Лу Цзиньфу сделал последнюю проверку. – Двери не закрывай, запрыгиваем на ходу.

– Понял.

– Погнали. – Лу Цзиньфу глубоко вдохнул, надвинул вязаную шапку до глаз, оставив прорезь для рта. – Сейчас разбогатеем или никогда…

Лу Цзиньтан тоже скрыл лицо под шапкой. Рука, сжимавшая обрез, дрожала.

– Погнали.

Сун Дачунь рванул с места, подкатив микроавтобус прямо ко входу в салон связи. Братья Лу распахнули двери и быстрым шагом направились к ювелирному магазину в двадцати метрах.

Не заглушая двигатель, Сун Дачунь уставился на дверь «Дафу». Через несколько секунд изнутри донеслись крики, ругань и звон бьющегося стекла. Его плечи дергались в мелкой дрожи – даже кондиционер на полной мощности не спасал от жара. Пот струйками стекал по вискам, моментально пропитывая футболку. Страх сжимал горло. Он то и дело поглядывал на электронные часы. Пять минут тянулись как пять часов. В его голове спорили два голоса:

– Зачем мы вообще за это взялись? Голодать ведь не приходилось…

– Ты предпочитаешь, чтобы семья доедала огрызки с рынка?

– Можно потерпеть… Ребенок еще маленький.

– А школа? Университет? Где деньги возьмешь?

Нерв будто натягивали с двух сторон. Вдруг – пронзительная тревога. Мысли слились в одну: БЕГИ.

Натянутый нерв с треском лопнул. Сознание Сун Дачуня превратилось в белый лист. На автопилоте он сорвался с тормоза, вдавил газ в пол и рванул прочь.

Вечер застал его дом в трауре. Жена, рыдая, складывала вещи в сумку. Дочь тихо всхлипывала у стола, глядя на отца, который сидел на кровати, уткнувшись лицом в ладони. Страх? Раскаяние? Нет. Сун Дачуню хотелось смеяться. Через незакрытую дверь микроавтобуса вылетели на дорогу спрятанные номера. Его паническое бегство лишь усугубило вину.

Жена ткнула пальцем в потрескавшуюся антресоль:

– Достань шерстяные кальсоны. Неизвестно, как долго тебя не будет… пригодятся.

– Может, подождем? – пробормотал он. – Вдруг полиция не…

– Ты что, думаешь, они идиоты?! – взорвалась женщина. – Камеры на каждой улице! Куда ты убежишь? Говорила же – не связывайся с этими братьями! Послушал бы меня…

Сун Дачунь замолчал, опустив голову еще ниже.

– Сегодня же иди с повинной! – сквозь слезы говорила жена, но голос ее был тверд. – Если придут арестовывать – будет поздно. Не бойся: дадут пять лет – подожду пять, десять – подожду десять.

Сун Дачунь поднял голову, глаза наполнились слезами:

– Может… сбежим вместе?

– Куда?! – Женщина повысила голос. – Я еще могу, а Яояо? Ей всю жизнь провести