Презумпция виновности - Макс Ганин

– Да-а-а… как у тебя всё интересно, – мечтательно произнёс Гриша.

– Ну, судя по твоим историям, произошедшим в колониях, у тебя тоже в жизни всё не так грустно, – предположил Баблоян и хмыкнул.

– У меня как раз всё банально. Посадили меня за то, что я пытался вернуть деньги компании от обнальщика, который нас кинул. Тот, оказалось, работал под крышей ОБЭП270, а эти ребята терять свои деньги не любят.

– Расскажи-ка поподробнее, мне очень интересно, – попросил Гагик.

Григорий долго и подробно рассказывал ему про свою работу в «Азимут-Гео», про коррупционные схемы по работе с РЖД и Облгазом, про Южакова, который обналичивал им деньги для откатов за выигранные тендеры и про предателей Животковых, испугавшихся полиции и бросивших его после ареста. А ещё про чудную справку с места работы, которую Антон подписал и направил в суд. Гагик несколько раз прерывал Гришин рассказ вскриками: «Не может быть!». Затем Тополев поведал своему новому «семейнику» про работу в банках в 90-ых и начале 2000-ых, про заработок 5 миллионов долларов на торговле валютой и на бирже, про создание холдинга «Медаглия» и успешную работу с компанией «Аэрофлот», про предательство его компаньонов и рейдерский захват бизнеса, похищение в 2006 году, потерю памяти и лечение в институте Сербского у профессора Келидзе. Рассказал и про борьбу за возврат своих фирм и покушение на его жизнь, про вынужденный отъезд в Израиль и про создание там инвестиционной компании, из-за чего пришлось спешно возвращаться обратно в Россию271. Баблоян внимательно слушал и частенько поглядывал на собеседника, как будто держа в голове некий вопрос, который пока не решался задать, ожидая подходящего момента. Наконец, когда Тополев закончил описывать историю своей жизни, выдержав паузу, Гагик решился.

– Значит, ты неплохо разбираешься в биржевой торговле и игре на разнице валютных курсов? – спросил он.

– Неплохо! У меня даже прозвище на рынке было «BigRussianname» – большое российское имя – за большие объёмы сделок, которые я проводил в день.

– А научить всему этому меня сможешь?!

– Это процесс небыстрый и непростой, так что за оставшиеся мне сидеть 2 месяца я тебя только с теорией смогу ознакомить, не больше.

– А как бы нам так с тобой начать зарабатывать вместе на бирже? – входя в азарт, поинтересовался Баблоян.

– Очень просто! Надо, чтобы доверенное тебе лицо открыло брокерский счет, положило на него деньги и передало бы тебе и мне доступ к торговле. Я беру 25% от прибыли за свои услуги. Если интересно, можем попробовать.

– А сколько надо денег для торговли?

– Чем больше денег, тем меньше риск проигрыша. Например, с 10 тысяч долларов мы можем заработать 3—5 тысяч при риске потери 2 тысяч.

– Значит со 100 тысяч долларов всё в 10 раз больше?! – с горящими от восторга глазами уточнил Гагик.

– Да, но при такой сумме депозита прибыль будет повыше, а риск пониже.

– Так! Теперь давай расскажи мне подробнее про брокерский счёт. Как открывать, где и кому? Это в России всё?

– Да, конечно! В одном из крупнейших банков страны – в Альфе.

– А они в налоговую сообщают об открытии счёта?

– Конечно! И с прибыли сразу же подоходный налог взимают при выводе средств со счёта.

– Это мне не подходит. У меня иски большие от Агентства по страхованию вкладов и от клиентов. И на сыновей не могу – они тоже под прицелом налоговой и приставов.

– На любовницу! – предложил Григорий.

– Ты что?! Она тут же сбежит с такими деньжищами и потом ищи её, свищи… Нет, тут надо подумать… А ты как сейчас торгуешь? На кого у тебя счёт брокерский открыт?

– На Ларису. Это моя очень близкая подруга. Она единственная, не считая тёти с отчимом, кто помогает мне и всячески поддерживает. Я ей полностью доверяю, и она за эти 2 года поводов разочароваться в ней не давала.

– Так, может быть, на этот счёт и положим? Не будем терять времени с открытием, поиском кандидатуры и прочее, а?

– Мне надо с ней поговорить! Я не могу за неё такие решения принимать. Одно дело мои маленькие денежки, а другое дело – тысячи долларов.

– 100 тысяч долларов! – поправил Баблоян. – Я хочу начать со 100 тысяч, а там посмотрим. Видишь ли, у меня, как я уже говорил, все деньги спрятаны за границей, поэтому я слегка ограничен в средствах, а жить я привык широко, поэтому мне очень не хватает тысяч 30 долларов в месяц для комфорта. У меня большая семья, а значит, немаленькие расходы, потом любовнице 300 тысяч рублей в месяц как минимум вынь да положь, здесь в лагере я хочу питаться хорошо и шикарно жить, на взятки бабки нужны и так далее. Так что ты очень кстати появился со своей биржевой торговлей. Если у нас всё получится, то это сильно поможет нам в жизни.

– Это всё понятно, но повторюсь, без согласия Ларисы я тебе пока ничего сказать не могу.

– Хорошо! Давай не 25, а 35% тебе от прибыли. 10% твоей Ларисе отдашь за беспокойство.

– Мне принесут мой телефон после вечерней проверки, и я ей позвоню. Мы втроём пообщаемся, и если она согласится, то тогда начнём.

Вечером они переговорили с Чувилёвой, которая, не задумываясь, согласилась стать временным бенефициаром таких деньжищ, связали её со старшим сыном Баблояна Нареком, и они договорились на следующий день встретиться и внести всю сумму на счёт Ларисы. Гагик также обсудил с сыном предстоящий визит прокурора к нему в лагерь и модели смартфонов для передачи Акименко из рук в руки. Как и договаривались, Баблоян и Тополев стали семейничать. Гриша порекомендовал Гагику в качестве ещё одного «семейника» Нестерова Борю.

– У него хорошие связи на вахте, и он может затащить через передачку любые продукты! – нахваливал его Григорий. – Он может легко достать любую одежду с баулов этапников и отнятых при приёмке вещей, договориться о стирке белья в бане и, самое главное – он будет прятать твой новенький айфон, принесённый прокурором, у себя в банном комплексе, где найти его будет нереально.

– А кто такой этот Боря Нестеров? – недоверчиво поинтересовался Гагик.

– Начнём с того, что он отличный парень и очень преданный человек. Да, он бывший наркоман, причём настоящий – героиновый. У него срок «конский» – 7,5 лет за то, что он, якобы, не только употреблял, но и барыжил, но это неправда, и зона этот вопрос после тщательной проверки на воле рассудила справедливо, не объявив его барыгой и не поставив за это на деньги. Он неоднократно судился и пытался смягчить свой приговор, но в нашей стране это практически нереально. Слава Богу, ему на жизненном пути повстречалась Настя – его девушка, которая стала женой уже здесь, в колонии. Она поддерживает его, как может, привозила ему в лагерь дорогущие лекарства и вылечила от наркозависимости. Теперь держит его в ежовых рукавицах и контролирует каждый шаг, поэтому я за него спокоен. Он уже 7 раз подавал на УДО, и всякий раз его «прокатывали», но, скорее всего, он осенью уйдёт досрочно. Во всяком случае, с большой долей вероятности. Поэтому, если ты пообещаешь трудоустроить его после освобождения к себе, он в благодарность будет твоим преданным псом как здесь, так и там. Такие люди всегда нужны и полезны, Гагик, поверь мне.

– Под твою ответственность! – согласился Баблоян. – Я этого человека пока плохо знаю. Наркоманов я не привечаю, по правде сказать, но готов попробовать, если ты настаиваешь.

– Вот увидишь, он тебя не подведёт!

Боря воспринял приглашение в «семью» за большую честь и в качестве благодарности тут же притащил Гарику новенькие кроссовки его размера и тренировочный костюм с капюшоном, а на «швейке» заказал сшить для него комплект робы из качественного хлопчатобумажного материала, с резинкой в штанах и с молнией вместо пуговиц на кителе. В этот же вечер он забрал список с необходимыми продуктами для своих новых товарищей, в основном из запрещёнки, и на следующий же день, найдя необходимые лимиты на чёрной стороне и договорившись с операми, забрал передачки на вахте и притащил собственноручно в отряд. Баблоян был в восторге. Начиналась та его вольготная жизнь, к которой он привык и к которой так